— Всё хорошо, — выдохнул Нико и попятился к своей кровати, сел и потянул её за собой. — Всё нормально.

— Нет, не нормально! Я… не хочу потерять и тебя!

— Хейзел…

— Аполлон был прав! Я только путаюсь под ногами! Ты можешь… можешь… из-за меня…

Нико всё-таки отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Перестань, — сказал он. — Это Фрэнк был прав. А Аполлон… он так не думает на самом деле.

— Конечно, думает!

— Он это сказал, потому что… ну… — Нико замялся.

— Почему? — нахмурилась Хейзел, подняв голову.

— Мы с ним… вроде как… говорили? О сёстрах? И он, кажется, решил… помочь мне? Отправить тебя в безопасное место?

Хейзел уставилась на него, распахнув глаза. По крайней мере, она перестала плакать.

— Ты его попросил так сказать?

— Нет. Просто, видимо… он не такой уж и козёл, каким кажется.

Хейзел фыркнула и потёрла глаза.

— Интересное толкование случившегося… Ох, надо будет рассказать Фрэнку.

— Фрэнку? Зачем?

— Ну, ты, наверное, заметил, что он слегка…

— Фанат Аполлона?

— Ну да, — Хейзел рассмеялась. — И он здорово расстроился, когда тот мне нагрубил. Надо восстановить его веру в добро.

Хмыкнув, Нико опустил голову ей на плечо.

— Я правда хотел бы, чтобы ты вернулась домой, — сказал он. — Но не потому, что ты бесполезная. А потому, что беспокоюсь за тебя. Беспокоился бы, даже если бы ты была… ну, боевой машиной, как Кларисса.

— Кларисса, — вздохнула Хейзел. — Жаль, что Фрэнк с Уиллом её не захватили.

— Тебе, может, и жаль, но нам на заднем сиденье было бы тесновато.

Они помолчали. Потом Хейзел сказала:

— Я ведь тоже беспокоюсь. А у тебя даже телефона нет. Если я вернусь домой, то не буду знать, ни как ты, ни где находишься. Нико, я так не могу. Хотя… хотя… — Её голос снова задрожал. — До этого я ведь была рядом, а ты всё равно чуть не умер.

— О чём ты?

— Я не… не замечала, что ты… жрец сказал… ты мог умереть в любой момент… а я даже не…

— Эй! — Нико чуть отстранил её от себя, чтобы заглянуть в глаза. — Слушай… этот жрец явно преувеличил. Думаю, ему просто нужно было отправить меня с Аполлоном. И он сказал, что мне непременно нужен надзор. Может, он всё и выдумал. — Нико вовсе не был в этом уверен, но сейчас эта версия была кстати.

— Но ведь ты не просто так обратился в храм?

— А, это… — смутился Нико. — Ну, это забавная история. Я тебе её как-нибудь расскажу. Но сейчас уже… поздно. — Он погладил её по волосам. — Давай спать. Устроимся на моей кровати, всё равно постельного нет. Ляжем на это покрывало и накроемся твоим. А вместо наволочек возьмём футболки. У нас же их хватает? Ты сложила в сумку весь шкаф.

— Нам тесно не будет? — спросила Хейзел, уже поднявшись, чтобы принести покрывало.

Нико вдруг вспомнил, как отлично уместился на этой кровати кое с кем другим, и покраснел; к счастью, было довольно темно.

— Нормально, — пробормотал он, роясь в сумке.

— А твои кошмары?

Нико и забыл, что для нормального сна ему нужен Аполлон. Ненадолго застыв, он пожал плечами и положил футболки на подушки.

— Там посмотрим.

Но выспался он отлично. Когда он наконец проснулся, Хейзел не было рядом, а за окном вовсю светило солнце. Сбросив покрывало, он сел и свесил ноги с кровати; после сна в одежде очень хотелось принять душ. Выглянув в окно, он никого не увидел. Стоило ли бросаться кого-нибудь искать? Если его не будили, наверное, можно было не спешить, так что он всё-таки помылся, переоделся и только потом вышел из домика.

Лагерь выглядел… по-родному. Словно он вернулся в какое-то место из детства, в котором не был лет десять. При виде окружавших поляну домиков сердце защемило.

А ещё было очень тепло. Только вчера Уилл жаловался, что не захватил тёплую куртку, а потом они проехали пару километров и попали в лето. Солнце светило так же радостно, как и тогда, когда Нико попал сюда впервые.

Нико направился к обеденному павильону, но, как и вчера, застыл, увидев арсенал. Его снова потянуло войти, и на этот раз он не стал противиться.

— Нико? — окликнула его Хейзел. Он обернулся: она стояла в дверях павильона. — Тут есть еда!

Он заколебался было, но всё же крикнул:

— Сейчас! — и зашагал к арсеналу.

Заперто не было: он просто толкнул дверь и вошёл. И сразу же увидел свой меч, хотя тот и висел на стене среди бесконечного количества других. Нико шагнул к нему, нерешительно протянул руку…

— Нико?

Нико обернулся. На пороге стоял Уилл.

— Привет, — смущённо пробормотал Нико. — Я…

До него дошло, насколько глупо он должен выглядеть. Ни с того ни с сего вломился в арсенал и тянется к своему мечу, как какой-то…

— Это твой меч? — с любопытством спросил Уилл, подходя. — Хочешь его взять?

— Да нет… зачем он мне?

— Тогда что ты делаешь?

— Просто… — Нико закусил губу. — Просто мне вдруг очень захотелось…

— Ну так возьми его.

— По-моему, так нельзя.

— Конечно, можно, — Уилл пожал плечами. — Мы же тут с Аполлоном. Кто нам запретит?

— Да зачем мне его брать? — спросил Нико, не отрывая взгляда от меча. — Я определённо не собираюсь рубить тех бедолаг, которым боги запудрили мозги. — Он решительно отвернулся от меча.

— Значит, я возьму, — сказал Уилл. И в самом деле снял меч со стены и повесил ножны себе на пояс.

— Что? Зачем?

— Да просто так, — заявил Уилл. — И доброе утро, кстати. — И он потянулся поцеловать Нико.

Утро и правда было очень доброе.

В обеденном павильоне были только Фрэнк и Хейзел. Оба странно посмотрели на Уилла, которого при каждом шаге били по ноге ножны.

— Это чтобы мы подумали, что вы в арсенале так долго оружие подбирали? — поинтересовалась Хейзел.

— Ха-ха, — сказал Уилл, а Нико ограничился оскорблённым взглядом.