— Тише, Итан, — глубокий голос тянется, как сладкая патока. — Я просто поставлю её на стол. Ничего более, обещаю.
Белые глаза уговаривают мягко, заглядывают в самую душу, и Итан с трудом разжимает стальные пальцы. Карл осторожно и медленно вытягивает колбу из механической ладони, удерживая её как нечто самое ценное в его жизни. Под пристальным потерянным взглядом испуганных глаз аккуратно ставит её на стол к двум другим колбам, стараясь даже не издать ни звука толстым стеклом о металлическую столешницу. Возвращается обратно к Итану, который машинально цепляется за ворот тёплого плаща живыми пальцами до побелевших костяшек.
— Хайзенберг… — снова задумчиво тянет Итан.
— Карл, — его вновь мягко поправляют.
— Карл, — шепчет почти беззвучно, взгляд пространно устремлён куда-то в кафельный пол. Одёргивает себя и хмурится, словно не уверен, стоит ли. — Покажи… покажи волка. П-пожалуйста?
Карл впадает в ступор. Показать? Волка?
— Ты, — прокашливается отрывисто, потому что голос неожиданно сел, — ты уверен?
Итан лишь хмурится больше, не в силах поднять глаза. Не понимает себя, не понимает, почему ему это так интересно, почему привлекает. Не может этому противостоять — кивает отрывисто и безмолвно.
А Карл даже не знает, как на это реагировать. Его, пожалуй, впервые за долгие полсотни лет просят о подобном, просят в принципе о чём-либо так мягко и неуверенно, так… нежно. Рвано ведёт плечами в попытке сбросить оцепенение и напряжение, неожиданно сковавшее мышцы. Тянется пальцами к пуговицам рубашки, начиная расстёгивать их слишком медленно.
— Ну, раз уверен, — тянет хрипло и задумчиво скалится, улыбка получается больно уж хитрой.
Яркая лампа несколько раз моргает, погружая комнату в тьму буквально на мгновения, и в этой секундной тьме белые глаза горят пугающими звериными искрами. В белом освещении всё вновь возвращает себе человечность. Карл машинально проводит рукой по жетону на груди, по спутанным цепочкам, трёт в пальцах звенья в неуверенности, отступает в тьму и скрывается за дверным проёмом в тёмной лаборатории, стягивая рубашку по пути. Всё затихает.
Итан ждёт долгие минуты, сильнее кутаясь в тёплый плащ, пропахший табачными смолами, машинным маслом и немного потом, всматривается в темноту с опаской и успевает уже десять раз передумать. Болезненно вздрагивает от неожиданного металлического грохота — кажется, Карл всё-таки перевернул какой-то из столов. И замирает, боясь дышать.
В дверном проёме появляется волчий силуэт. Зверь заходит в комнату медленно, опустив голову к полу, боязливо прижав уши и ведя чёрным носом. Длинные толстые когти звонко цокают о кафель с каждым шагом. Он осторожно выходит на яркий свет, и Итан давится вздохом.
Красивый. Несмотря ни на что, зверь действительно очень красивый. Тёмная лоснящаяся шкура поблёскивает на свету, белые глаза смотрят ясно и осознанно. Красивый и огромный, метра полтора в холке, если не больше. Волк застывает в центре комнаты, навострив чуткие уши, присматриваясь, прислушиваясь — ожидая разрешения подойти. Итан осторожно тянет к нему живую руку.
Пальцев касается тёплая шерсть. Зверь доверчиво тычется лбом в протянутую ладонь, всё ещё боязливо прижимая уши к голове. Итан осторожно ведёт большим пальцем по росту плотных тёмных волосков, медленно поглаживая, опускает всю ладонь на широкий лоб, чувствуя живое тепло. Гладит аккуратными движениями между ушей, задевает их случайно пальцами. Неожиданно пушистые и очень мягкие, особенно на контрасте с остальной шкурой, и от этого открытия его захлёстывает какой-то совсем детской радостью, с трудом давит её в себе. Опускается ниже, на холку, зарывается глубже в жёсткую шерсть, доставая до греющего шёлкового подшёрстка. Ещё секунды назад напряжённый, сейчас зверь подставляется открыто, ластится, расслабляясь под нежными осторожными касаниями. Садится перед кушеткой и кладёт тяжёлую голову Итану на колени, заискивающе заглядывая в глаза, как послушный домашний пёс.
Итан умиротворённо гладит, зарывается пальцами в тёплую толстую шкуру, с удивлением отмечая, что она не серая, как ему казалось. Густо-чёрная и лоснящаяся, цвет визуально изменяет лишь проредившая белая седина, которая попадается кое-где чаще, кое-где реже. Волк матёрый, явно закалённый в боях за жизнь, под густой шкурой отчётливо перекатываются сильные мышцы. А ещё шрамы. Много, самых разных, их не видно, но можно почувствовать бугристость пальцами, если зарыться в жёсткую шерсть. И на морде, где волоски короче и немного мягче: длинный под глазом и поперёк переносицы, крестовина на другой щеке, толстый и короткий поперёк губы. Прямо как… у Карла на лице. Один в один.
Ладонь на загривке неожиданно натыкается на что-то, похожее на цепочку. Ошейник? Ещё чего. Итан осторожно тянет за звенья пальцами, прося показать, волк поднимает голову. Точно, военный затёртый жетон, безмен-кантер и круглый карманный компас. Итан хмыкает, удивляясь, что Карл даже в волчьей форме не снимает эти побрякушки. Проводит пальцами по тиснению на жетоне, пользуясь случаем, что впервые получается всмотреться внимательнее. Какие-то цифры и что-то на немецком. Странный предмет. Снова гладит приятную шкуру, машинально касаясь мягкой шёрстки на острых ушах, и пальцы неожиданно бьёт разрядом статического электричества. Волк отшатывается, недовольно прижимая уши. У Итана не получается подавить улыбку.
— Ты бьёшься током, — тихо шепчет, осторожно почёсывая ногтями по загривку. Волк фыркает и снова кладёт тяжёлую голову ему на колени, продолжая пристально смотреть в глаза.
Итан безуспешно давит зевок и машинально трётся носом о ворот плаща. Всё-таки он слишком устал, слишком много потрясений за один раз. Кажется, ловит недовольство в белёсых звериных глазах.
Волк вдруг подскакивает, ставит широкие сильные лапы на кушетку по бокам от сидящего Итана, нависая грозной чёрной тенью. У того заходится сердце в горле от неожиданного резкого действия — каким бы ручным сейчас ни был зверь, он остаётся всё таким же опасным хищником. Но волк не кусает, не щёлкают у шеи острые клыки, лишь давит сильным телом на человека с какой-то целью.
— Что ты делаешь? — недоумевает Итан, отплёвываясь от густой и напрочь пропахшей, пропитанной табачным дымом шерсти, которая нагло лезет в рот и щекочет нос, безуспешно пытаясь оттолкнуть от себя сильного зверя.
Тот лишь фыркает, смотрит пристально ясным взглядом, полным какой-то странной задумчивости, и вдруг рваными движениями начинает вылизывать Итану лицо, напирая сильнее всей тушей. Тот жмурится, посмеиваясь от неожиданной влажной щекотки, отворачивается, прикрываясь ладонями в попытке спастись от потока звериных нежностей, и, в конце концов, падает на кушетку спиной, оказываясь под волком, который задними лапами всё ещё стоит на полу и от удовольствия виляет пушистым хвостом.
— Хорошо-хорошо, я понял, прекрати! — хохочет Итан, вытирая от слюней лицо рукавами плаща. — Всё, я лёг.
Волк снова фыркает и, как-то застенчиво лизнув его в щёку последний раз, спрыгивает обратно на пол, цокая когтями о кафель. Садится у кушетки, прислоняясь к ней спиной, и слишком звериным движением — Итан теряется в непонимании, насколько это человечный Карл перед ним или всё-таки настоящее животное — чешет шею задней лапой, тихо звеня побрякушками на переплетении цепочек.
— Будешь меня охранять? — спрашивает сонно, вновь давя зевок, плотнее укутывается в огромный плащ, накрывающий его практически с ногами.
Машинально тянет руку к маячащим перед взором мягким ушам, прикосновение снова легко бьёт током. Волк недовольно ворчит и подаётся назад, к ласкающей ладони, к зарывающимся в густую шерсть пальцам.
— Ты ведь не разговариваешь вот так, да? — спрашивает Итан уже скорее сам себя, едва шевеля языком от накатившей на него усталости. — Ну да, ещё бы волшебные волки умели разговаривать.
Острые клыки неожиданно ловят за вздрогнувшую руку, аккуратно, но ощутимо сжимая живые пальцы, кожу окатывает горячее влажное дыхание. Вовсе не больно, но Итан пугается, замирает, давясь вздохом. Волк прижимает кожу зубами, оставляя едва заметные бескровные следы, и так же неожиданно отпускает, широким жестом мягко лизнув кисть. Тычется в ладонь мокрым носом, словно прося продолжить поглаживания, Итан осторожно проводит пальцами по широкой переносице.
