Юджин хотел его убить. Он хотел убить Клауса, Дэйв знал это. Не Полински, не Ларч, где бы он ни был, а Юджин. Грёбаный вдохновитель, слишком слабый, чтобы самостоятельно сделать грязную работу.

«Я убью его.

Я убью его.

Или я убью его, или он убьет Клауса».

— ЭЙ! — рявкнул Сардж, перекрикивая галдёж толпы. — ЭЙ! КАЦ! КАЦ, МАТЬ ТВОЮ!

Чужая рука схватила Дэйва за воротник и заставила подняться, оторвала от изуродованного лица Юджи, которое и на лицо-то больше не было похоже. Дэйва трясло от гнева, его переполняла энергия и требовала высвобождения. Он рванулся вперёд, готовый закончить начатое.

— ДОВОЛЬНО! — сержант удержал Дэйва, схватив за предплечье, а затем оттолкнул в противоположную сторону, где несколько парней поймали его и не дали вырваться. — ГОСПОДИ, Я ЧТО, КОМАНДУЮ БЛЯДСКИМ ЦИРКОМ?!

Юджи шмыгал носом, тяжело дышал и дрожал. Он попытался подняться, но снова упал. Это жалкое представление немного успокоило ярость Дэйва и неконтролируемое желание ещё больше разбить лицо ублюдка. Он расслабился и ребята вокруг него разжали руки. Но всё же Дэйв сделал шаг в сторону Юджи, чтобы увидеть, как он вздрогнет.

Сержант ринулся следом и упёрся руками в грудь Дэйва, не позволяя ему двинуться с места. Но яростных криков больше не было — Сардж понизил голос, чтобы только Кац мог его услышать.

— Там в палатке сидит парень, которому ты нужен, — хрипло прошептал он у самого лица Дэйва. Тот по-прежнему смотрел на Юджи с ненавистью и прикидывал, сколько ещё раз потребуется ударить, чтобы его лицо никогда не вернулось в норму. — Кац! Ты меня слышишь? Сейчас ты должен сфокусировать всё внимание на нём, а не на этом тощем уёбке, понимаешь?

Именно эти слова были нужны Дэйву. Гнев в груди полностью рассеялся, сменившись чувством вины.

Клаус действительно нуждался в нём. Ему было больно и наверняка страшно до ужаса. К тому же, Клаус хорошо знал Дэйва и хотел избежать подобной реакции — именно поэтому он молчал о случившемся.

Дэйва всё ещё царапала обида за это, но сейчас у них были проблемы поважнее.

— Хорошо? — Сардж потряс его за плечи и, наконец, они встретились взглядами. Дэйв кивнул и нерешительно шагнул в сторону палатки, в которую Тедди затащил Клауса во время драки… если можно так выразиться. Можно ли назвать дракой избиение жалкого, дрожащего труса?

Не обращая внимания на недоуменные взгляды, Дэйв пробрался через окружающую его толпу. Сейчас ему было плевать на всех… на всех, кроме того единственного, рядом с которым он должен быть.

Ворвавшись в палатку, Дэйв подлетел к столу, на котором сидел Клаус, откинувшись на несколько подушек. Оглянувшись, он заметил Дэйва и уже хотел что-то сказать, но оказался недостаточно быстр. Прежде чем Клаус успел объясниться или отчитать его за вспыльчивость, Дэйв подошёл ближе и осторожно приподнял парня, чтобы сесть на край стола позади. Теперь Клаус мог опереться на его грудь. Не забывая о многочисленных травмах любимого, Дэйв осторожно обнял его.

— Прости, — прошептал Дэйв в волосы Клауса и поцеловал его в макушку. Он глубоко вздохнул и прижал к себе дрожащего парня, готовый убить любого, кто попытается причинить ему боль.

— Господи, Дэйв, — Клаус недоумённо покачал головой. Произошедшее не укладывалось у него в голове.

— Ты в порядке? — Дэйв вытянул шею, чтобы заглянуть Клаусу в глаза, и бережно провёл кончиками пальцев по ссадинам на его лице. Клаус съёжился, но почти сразу расслабился от мягких прикосновений. Он с дрожью выдохнул, когда вернулся Сардж и, молча подняв рулон бинтов, продолжил невозмутимо перевязывать запястье Клауса, будто Дэйва и не было в палатке.

— Дэйв… я… я, кажется, убил того парня, — невнятно прошептал Клаус. Дэйв нахмурился и уткнулся носом ему в затылок, отвлекая от страшных воспоминаний и возвращая в реальность.

— О чём ты?

— Ларч.

Дэйв нахмурился ещё сильнее.

— Или Суоллоу… без разницы.

Лицо Дэйва смягчилось, и он понял, почему Суоллоу не было видно. Должно быть, Клаус…

— Убил его. Я-я… я… кажется…

— Эй, эй, — успокаивающе шепнул Дэйв и осторожно, чтобы не сделать больно, поцеловал его в висок. Нос уловил запах крови… лёгкие металлические нотки, тотчас исчезнувшие. — Клаус, что бы ни случилось… Тебе пришлось, понимаешь?

— Откуда мне знать? — голос Клауса дрожал. — А что, если не стоило этого делать или…

— Клаус… — Дэйв обнял его чуть крепче. — Ты начал драку?

Дэйв знал ответ, но ему нужно было услышать это от Клауса.

— Нет… они ударили меня трубой по голове.

— Вот именно. Ты сделал то, что должен был, детка. Ты тоже пострадал, так ведь?

И, как в подтверждение его слов, Клаус вздрогнул, когда сержант начал ощупывать его рёбра.

— Ох.. Не совсем. Но оно того стоило. Нашёл для тебя пластинку Everly Brother’s. С огромной надписью «Price of Love» на конверте. Отвратительно идеально подходит под ситуацию, не так ли? До хрена иронично… Ай!

— Будь мужиком, — проворчал Сардж в ответ на вскрик.

— АУЧ! — драматически «ахнул» Клаус, словно сильно оскорбился тем, что у сержанта хватило наглости сказать подобное. Дэйв улыбнулся, покачал головой. Он взял Клауса за здоровую руку и держал её, пока Сардж осматривал рёбра в поисках переломов. — Оу, оу, оу…

Клаус так сильно сжимал его ладонь, что в какой-то момент Дэйв поморщился, но не подал виду, чтобы не мешать ему справляться с болью. Дэйв снова зарылся лицом в кудрявые волосы и уткнулся носом в ту часть головы, где не было запекшейся крови. После недолгой тишины он, наконец, произнёс:

— Мне очень жаль, — прошептал он напряженным от чувства вины голосом. Ему было за что извиняться, но среди прочего Дэйв больше всего сожалел о том, что мог предотвратить случившееся, если бы не спас этого слизняка Юджина.

— Заткнись.

— Так и есть.

— Заткнись!

— Знал же, что нужно было оставить его умирать.

— Тогда ты бы не был моим Дэйвом.

Он оценил чувства Клауса, но все же…

— С тех пор как я спас его, Юджи не знал как себя вести. Похоже, он терпеть не может быть в долгу перед кем-то, вот и не выдержал. И, естественно, сорвался на тебе.

— Думаешь, он организовал всё это, потому бесился из-за того, что ты его спас? — Клаус обернулся и нахмурился.

— Да он весь месяц вёл себя, как хитрый сучонок.

— Возможно, но, Дэйв, я освобождал всех его заложников.

Дэйв прищурился, не понимая о чём он говорит. Клаус вздохнул и уточнил:

— Ты ведь знаешь… Когда мы обследуем деревню или город, он ловит местных вьетнамцев, издевается над ними и пытает? Я… Если была возможность, я втихаря отпускал их. Прости, я знаю, ты хотел, чтобы я держался от него подальше, но я не мог…

— Нет, нет. Не извиняйся, — возразил Дэйв и, снова обняв Клауса, крепко прижал его к себе. — Но да, согласен. Причина, скорее всего, в этом.

— Да, наверняка.

Дэйв вздохнул и Клаус вздрогнул от горячего дыхания на своей шее. Дэйв хотел сказать, как ему жаль, что Полински и Суоллоу стали тупыми псами и безмозглыми прихвостнями Юджи, но вмешался Сардж:

— У тебя несколько переломов. Я не потащу тебя в лазарет, потому что там запросят отчёт о случившемся, а тебе это не нужно.

— Но, почему не доложить об этом? Они напали на Клауса.

— Потому что это Нам, сынок. Всем насрать. Они ничего не сделают, а если и сделают, то Бутс, скорее всего, окажется в дерьме по уши. И… — сержант замолчал, подыскивая слова.

— Что?

— Подозреваю, что эти парни знают про ваши отношения. Вы же не хотите привлекать к себе лишнее внимание?

— Нет.

— Нет.

Дэйв с Клаусом ответили одновременно.

— Тогда садись, и я сам тебя замотаю, — приказал сержант. Дэйв помог Клаусу сесть, и у него сердце защемило от болезненной гримасы на родном лице. Он отодвинулся назад, чтобы Сардж мог сделать плотную перевязку. Сержант наматывал, наматывал и наматывал бинты, а Клаус не смел пошевелиться от боли. Дэйв потянулся вперед и взял его за руку. Это все, что он мог сделать.