– Ну-у… – замялся Ваня и отодвинулся от Тёмы. – Вообще, это он первым дружить предложил, а не я. И знакомы мы всего минут пять, не больше.
– Понял, Пухлый? – оживился второй здоровяк. – Давай, чеши отсюда, пока ноги растут из правильного места! А то оторву – бушь кататься как смешарик.
И загоготал. Сразу стала очевидна разница – смех второго напоминал лязг плохо смазанных железных качелей.
Тёма ужалил Ваню взором побитой собаки. Мальчику даже сделалось неловко и захотелось спрятаться за Генку и здоровяков. С другой стороны, он же не пятьсот рублей, чтоб нравиться первому встречному? Но Тёма продолжал стоять на месте, словно всё ещё не веря в предательство нового друга.
– Уши жиром заплыли? Вали, пока тя в сборную по футболу не взяли вместо мяча! – И второй здоровяк – то ли Лёха, то ли Мирон – стал заносить ногу для пинка.
Тёма всхлипнул и выпрыгнул из беседки. Не прошло и трёх секунд, как его разноцветная одежда скрылась за стенами замка.
– В жизни важно уметь грамотно расставить приоритеты, – удовлетворённо заключил Генка. Он по-прежнему был совершенно спокоен. – И уметь выбирать друзей. В этом лагере – как в жизни. Ты сделал правильный выбор. Приятно иметь дело с умным человеком. – Генка улыбнулся во все тридцать два белоснежных зуба и похлопал Ваню по плечу. – А теперь позволь показать тебе здесь всё.
Глава 2
Странный лагерь
В кино старинные замки показывают чаще всего снаружи. Внутри – только затемнённый зал с длинным столом, за которым происходят шумные пирушки. Одно из двух: или средневековые строители не заморачивались с планировкой, или режиссёры экономили на декорациях. Здесь же за величественным колонным фасадом оказалось достаточно уютно. Широкая гостиная с камином, заставленная диванами на легкомысленно-резных ножках, люстры в хрустальных бусах и просторные комнаты с высокими потолками. Зал тоже был, но бальный, приспособленный, судя по аппаратуре, под дискотеки. Спальни – на втором этаже. В одной стороне – общая для всех мальчиков третьего отряда, в противоположной – общая для всех девочек. Другие отряды располагались дальше по коридору. Особо статусный Генка спал отдельно.
Ваня бросил рюкзак с вещами на свободную кровать и отправился знакомиться с отрядом.
За основным корпусом обнаружился огромный и вполне приемлемый для прогулок внутренний двор. В нём даже имелся привет из дня сегодняшнего. Аллеи, лабиринтом пронизывающие территорию лагеря, с ровными грядами деревьев по бокам, густо разросшимся кустарником, беседками и скамейками, некогда роскошным фонтанами и каменными статуями, разбросанными повсюду, соседствовали с современной спортивной площадкой – волейбольная сетка, теннисный корт и шеренги тренажёров. Слева бликовал и переливался на солнце, словно рыбья чешуя, вычищенный от ила и зарослей пруд, вокруг которого раскинулась пляжная зона с шезлонгами. Кубиком, случайно брошенным в сад, смотрелось здание столовой. Прямые углы, бетон и окна во всю стену – ничего лишнего. Видимо, это здание построили уже в наши дни. Низкими холмиками, будто укутанными в ватник, тянулся ряд хозяйственных построек в отдалении.
– Директор – дядька весьма своеобразный, – рассказывал Генка. – Бывший военный, так что любит затирать про дисциплину и порядок, хотя сам в этом нифига не шарит. Злой, но я его не боюсь. Если надо, смогу отмазать. Если б не я, моих пацанов, – Лёха и Мирон послушно плелись сзади, – давно бы уже турнули отсюда. А вот вожатый в эту смену – тюфяк. Можешь сразу на него забить, ничего не сделает. Первый раз на этой работе. Хз, продержится ли.
На лице Генки родилась настолько нехорошая ухмылка, что Ваня понял – не продержится.
– Видишь вон ту блондинку? Ирочка Рейфшнайдер-Хрюкина.
– Рейф… Кто? – не расслышал Ваня и вдруг остановился. – У неё что, мобильник???
– Хах! Перед правилами все равны, но некоторые равнее. – Генка как бы невзначай вынул из кармана пиджака айфон последней модели и взглянул на время. – Мы с ней на особом положении. Её мать удачно вышла замуж за немецкого дипломата. Отсюда – двойная фамилия и статус королевы лагеря. К тому же, у неё свой бьюти-блог на Ютубе и пол-ляма подписчиков в Инстаграме. Эта девочка знает себе цену.
– А кто рядом с ней? – Ваня заметил двух подружек. Первая была тёмненькой и с длинным носом – он сновал то тут, то там, поскольку девочка постоянно крутила головой в разные стороны. У второй были русые волосы и настолько плоское лицо, что на нём можно было бы печь блины.
– Верка Балбесова и Катя Лисичкина, – отмахнулся Генка. – Не обращай внимания на этих дурочек. Свита при королеве.
Похоже, Генка испытывал хотя бы каплю уважения лишь к тем, у кого были деньги и популярность. Ване страсть как захотелось стать и богатым, и знаменитым. И зачем он так бездарно прожил все свои двенадцать с половиной лет?
А вот Ирочка и правда была достойна своего звания. Изумрудные глаза, аккуратный носик, ямочка на подбородке и умело нанесённый тональник, позволявший обходиться без дополнительных сглаживаний на фото. Держа в руках монопод для селфи – на ногтях сверкнули стразы, – Ирочка о чём-то мило щебетала в камеру.
Ваня прислушался.
– Добрый день, мои гламурные человеки! С вами снова я, ваша зайка, радость и ваше солнышко. Да-да, вы угадали, это всё я, ваша любимая Ирочка! Предупреждаю: заранее выпейте валерьянки или позвоните своему семейному психологу! Потому что сегодня у нас будет действительно шок-контент! Я не знаю, как смогу это пережить, наверное, мне даже станет дурно, но я просто обязана вам рассказать о некрасивых людях! Боже, я произнесла это вслух, и мне уже захотелось сделать гиалуроновую маску… Нет, речь не о тех несчастных девочках, которым – в отличие от нас с вами – не повезло с внешностью при рождении. Бедняжки не виноваты, что помочь им может только пластический хирург. И, конечно же, мои советы, как правильно делать укладку, наносить майкап и создавать топовый лук. Кто пропустил – ссылки на предыдущие выпуски в описании! Я имею в виду тех, кто не только не скрывает свою некрасивость… Святая пудра, как же тяжело об этом говорить… Наоборот, всячески её подчёркивает и выставляет напоказ! Девочки, вы представляете? Это такой трэ-э-эш!
Ирочка встала и направилась к ещё одной девчонке, что сидела в стороне от остальных и Ваня не сразу её увидел. Выглядела она более чем странно. Тяжёлая обувь – не то гриндерсы, не то берцы, Ваня не знал точного названия. Вытертые джинсы, растянутый свитер, несмотря на жаркую погоду. Волосы обильно выкрашены в синий цвет и собраны в хвост, на губах – чёрная помада, пирсинг в носу. В общем, нахохлившаяся ворона, что любит выделяться из числа сородичей и ни за что не примкнёт к чьей-либо стае. С такими девочками ему ещё не приходилось сталкиваться.
– Вы только представьте, – Ирочка подошла к «вороне» почти вплотную, – какой запущенный случай. Тотальная некрасивость. Просто эталон! Эти грязные спутанные волосы, эта отвратительная дешёвая косметика. Я уже с пяти шагов почувствовала запах перехода в метро. Девочки, упаси вас румяна хоть раз очутиться в метро! Если же каким-то невообразимым образом вы всё-таки туда попали… Никогда! Слышите? Заклиню вас последней коллекцией от Запорио Мамани или Фигенди! Никогда ничего там не покупайте…
– А ты откуда знаешь, что продают в переходах? – подала голос «ворона». – Что, до того, как мамочка вышла замуж, жила жизнью обычной московской школьницы? И вообще, Хрюкина, не хрюкай тут. Я открыла канал энергетической связи с природой, а твоя болтовня негативно сказывается на моей ауре.
– РЕЙФШНАЙДЕР-Хрюкина! – Королева лагеря подняла палец вверх и сделала упор на первую часть своей фамилии. – Девочки, вы видели? Она считает эту трансляцию пустой болтовнёй. Но мы-то с вами знаем, что некрасивые всегда нам завидуют. А эта завидует не только моей красоте, но и моим зубам. Конечно, я могу дать номер личного стоматолога. Только, боюсь, ей придётся ограбить банк – никакой кредит не покроет этот кариес.