Ибтахаль приподняла одеяло и бросила взгляд вниз – фаллос исчез и мало того, тянущая боль между ног словно только усилилась от взгляда. Она пожелала познать обычную любовь и лишилась девственности, но с кем?

— Госпожа! – донесся возглас из-за двери.

— Проваливайте! – простонала Ибтахаль, ощущая всплеск головной боли.

В постели рядом с ней кто-то лежал… тот же парень, с которым она стала волшебницей? Ему она отдала свою девственность? Ибтахаль протянула руку, ощутив гладкость женской кожи, и невольно выдохнула. Точно, парней увели после инициации и тут же выставили за пределы Замка, значит, она переспала с кем-то из сестер.

Всплеск нежности и она просунула руку, вдруг нащупав между ног фаллос.

— Что?

— Что? – раздалось сонное.

— Госпожа Айлин, просыпайтесь! – новый стук в дверь.

— ЧТО?! – взревела Ибтахаль.

— Что?

Одеяло отлетело в сторону и ее взгляду предстала Айлин, от одного вида у Ибтахаль вдруг перехватило дыхание. Айлин Освободительница была прекрасна, невыразимо прекрасна, а ее… да, точно, под ударами этого фаллоса она вчера стонала и выгибалась, и умоляла не останавливаться.

— Леди Айлин! Срочные новости! Столица Кравии, Карканд, пала!

— Что?!

Вихрь обнаженного тела промчался по комнате и Айлин выбежала из комнаты.

— Это ничего не меняет между нами! – крикнула ей в спину Ибтахаль, а потом расплакалась горько.

====== Часть 3. Глава 1 ======

В главном зале замка, там, где раньше отец Айлин принимал управителей городов и других магов, сейчас собирались волшебницы и военачальницы во главе с Сулимой. Из двери спальни, примыкающей к залу, выглянула помятая, сонная Тафти, за ней виднелась зевающая обнаженная Газель.

— Поздравляю, – ущипнула ее за бок Тафти.

— Что? – ошарашенно спросила Айлин.

— Ой, да у тебя все на лице написано, – улыбнулась Тафти и палец ее вдруг пробежал по телу Айлин, от грудей до бедер. – Тебя можно поздравить, ты стала женщиной?

— Я, – Айлин остановилась.

По телу ее в такт воспоминаниям о жаркой ночи пробежала сладострастная судорога. Она брала и отдавала, сливалась и то, что раньше причиняло боль, возносило ее на вершины страсти. Айлин нахмурилась и оббежала взглядом зал, но леди Ариана еще не появилась.

— Все сложно, – ответила она.

— В настоящей любви всегда сложно, это с девочками на ночь все просто.

Не успела Айлин ответить, что у них тут не приют разврата, как в коридоре появилась Гюльды, следом за ней Икана, явно прибывшие сюда после получения новостей о падении столицы. Нет, волшебницы собирались сами взять столицу, но позже, когда с севера перестали бы нависать войска теменьцев и угроза кочевников, а с запада не давил бы Думан.

— Кто принес новости? – крикнула Гюльды.

— Наверное, разведчицы Наимы, – пожала плечами Айлин.

Она оказалась права, новости были получены через разведчиц Наимы. Ее шпионская сеть охватывала всю Кравию и окрестные страны, но не потому, что Наима оказалась так умела, нет. Пробелы и недостатки в этой сфере, отсутствие навыков, да что там, сама Наима еще недавно была, по сути, обычной женщиной, даже не помышлявшей о том, чтобы поднять взгляд и повысить голос на мужчину.

Новости разносились и женщины тянулись к области волшебниц, сами сообщали сведения. Их хватали, пытали, казнили, на их место приходили новые, ощутившие нечто невиданное – глоток свободы, возможность вырваться из-под векового гнета и душного полога власти мужчин. Конечно, не все поступали так и было бы глупо по умолчанию считать всех женщин союзницами, но все же.

— Итак, дела обстоят так, – заговорила Наима, едва в зал вошла леди Ариана.

Рядом с ней шел Фарух и взгляды части волшебниц преисполнились гнева. Затем они опомнились и склонили головы, вспомнив, кто перед ними. Айлин мысленно покачала головой и сделала себе пометку заняться проверкой волшебниц. Слишком много ненависти к мужчинам – понятной, но все же опасной для дела. Они собирались построить свободный, равный мир, а не поменяться местами с мужчинами, чтобы веками угнетать их для чего-то.

— Королевское войско вышло из Карканда в сторону Дакхи, но остановилось после известных всем событий.

Айлин показалось, что все смотрят на нее, и она попыталась повторить подвиг леди Арианы – усмирить всех одним взглядом. Вышло не очень, но к вящему недовольству Айлин она видела восхищение и обожание в этих взглядах. Как можно было?! Она сожгла столько людей! Она познала, насколько опасна высшая магия, за что ее тут было обожать?!

— Пускай войско и разбило лагерь, но взять столицу все равно было бы не так просто: высокие стены, мощная магия, городская стража и так далее.

— Ловушки и тайные ходы, позволяющие вывести целое войско в тыл врага, – вдруг добавил Фарух.

Он тоже привлекал взоры, включая весьма похотливые. Айлин вдруг вспомнила ситуации из прошлого и искривила губы в отвращении. Выходила все та же смена ролей, Фарух выступал в роли какой-нибудь королевской любовницы, к которой проявляли внимание и жаждали обладать именно потому, что ей обладал король.

— Все это оказалось бесполезно, так как произошло восстание в самой столице, – сказала Наима.

— Восстание? – переспросил кто-то.

— Кравия и так была в плачевном положении, мы отняли половину земель, даже Бардыл начал отбирать земли, уже практически открыто.

— Это было ожидаемо, – сказала свое веское слово Сулима. – В этот момент мы собирались ударить по столице и разом отобрать власть в момент наибольшего ослабления!

— Слухи о случившемся в Дакхе, о явлении посланца Небесного отца, об огне и уничтожении неверных, воспламенили религиозный фанатизм. Масса женщин была убита лишь за то, что они появились на улице, да-да, по всем правилам, в патре и вуали, но без сопровождения родственника мужского пола.

— Разве не разрешил Небесный Отец ходить женщинам одним, если расстояние от дома не превышает суток пути? – спросила Икана

— Чтобы женщины могли ходить на базар, стирать, трудиться и ублажать ленивых мужчин! – раздался полный ненависти возглас.

Ее тоже звали на А, но имя ускользало от попыток Айлин вспомнить. Дочь купца, за долги отца проданная в рабство, пережившая насилие, побои, унижения и бежавшая к волшебницам.

— Неважно, – Икана взмахнула рукой, и все замолчали.

Четыре первые ученицы леди Арианы обладали большим авторитетом и уважением и Айлин иногда думала, что это неправильно и стоило бы заняться вопросом, но все не доходили руки. Всегда возникало что-то более важное, находилось более насущное дело или подбегали враги, чтобы испортить жизнь.

— Они сами нарушили заветы веры, – вздохнула Икана, – но надо полагать, толпу это только раззадорило?

— Да, их забивали камнями, насиловали, отрезали головы, а когда стража попыталась подавить бунт, стражников тоже убили. Восстание охватило всю столицу, и бунтовщики ворвались даже в королевский дворец! Понимая, что никто их не простит за казнь короля, вожаки бунта немного опомнились и попытались все это выставить хаффатом, священным походом на веру!

— Разве мы не разгромили их уже? – нахмурилась Сулима, сжимая руку на рукояти сабли.

— Это были лишь первые отряды, – пояснила Икана. – Чтобы верующие фанатики сдались так просто? Но я никогда бы не подумала, что взрыв случится в столице.

— Они объявили поход за веру, начали вооружаться, а захват короля и его семьи объявили тем, что сам король перешел на сторону «шлюховатых ведьм»! Было объявлено, что вскоре их всех казнят публично за преступления перед Небесным Отцом, а также Кравией и ее народом!

— Что?! – раздался возглас от дверей, исполненный боли.

Айлин обернулась резко – там стояла дрожащая, бледная, сжимающая кулаки Ибтахаль.

— Кто пустил ее сюда? – крикнула Айлин возмущенно.

И тут же по взглядам охранниц поняла всё – Ибтахаль мало того, что стала волшебницей, так еще и провела ночь с Айлин. Сплетни в замке волшебниц разлетались еще быстрее аппарации леди Арианы, так что, конечно, все были в курсе.