Вернувшись утром с едой и одеждой, Элландрия обнаружила, что вся кровать занята спящими кошками.
Тут же в комнату, мягко ступая, зашла Иадэль. В руках она, как обычно, держала книгу ― толстенный кожаный фолиант.
– Уже знаю, что не убили, ― тихо сообщила тетя. ― Весь город только об этом и говорит. Как не зайду сюда, он спит.
Элландрия крепко обняла тетю. От нее всегда пахло душистыми травами.
– Он по пути сюда помог спасти из ловушки ведьмы Диалана и Данриеля, ― рассказала Элландрия, чуть отстранившись, ― в итоге ему дали шанс. Вы что-нибудь почувствовали?
– Только, что я должна быть рядом.
Виктор неожиданно открыл глаза и сел в постели.
– Я больше никогда отсюда не выйду! ― громко заявил он. ― Ни за что на свете! Там слишком опасно, все мне угрожают и хотят убить! Лишь животные ко мне добры.
– Понимаю, ― сказала Иадэль, ― но и эльфов тоже можно понять.
– Я просто хочу в свой мир!
– Ты хотя бы вспомнил, откуда ты?
– Нет, ― он покачал головой, ― но справлялся я неплохо, раз дожил до своих лет, а здесь боюсь и дня не протяну. ― И стал почесывать мордочку кошки, успокаиваясь. Та довольно заурчала.
– Согласна! ― оживилась Элландрия, увидевшая возможность спровадить Виктора. ― Пусть отправляется и побыстрей! Меня из-за него главнокомандующий лишил всех статусов!
Иадэль задумчиво открыла книгу и зашелестела пожелтевшими страницами. Она всегда так делала, когда хотела узнать правильный ответ. Тишину заполняло лишь урчание кошек.
– Для этого мне потребуется время, ― произнесла Иадэль и, захлопнув фолиант, подошла к окну. ― А тебе, Виктор, разве не интересно узнать больше о нашем мире? Поверь, многое тебе здесь придется по душе. Особенно, когда ты убедишься, что в городе тебя больше не будут пытаться убить.
Виктор тоже посмотрел в окно.
– По правде сказать, ― признался он, ― интересно.
– Тогда позволь я покажу тебе эльфийский мир.
– Хорошо, но перед этим я бы… я бы перекусил.
Иадэль кивнула.
– Договорились.
При виде Виктора эльфы отвлекались от своих дел и с любопытством рассматривали человека, а когда он, ведомый Иадэль и Элландрией, проходил мимо, они тотчас возвращались к своим заботам.
Первым делом Иадэль привела его в военную академию.
– Все эльфы, ― объяснила она, ― за исключением немногих, обучаются искусству войны с малых лет. А, повзрослев, многие находят себя в искусстве или ремесле.
С одной стороны просторного светлого зала тренировались лучники, с другой ― мечники обучались владению клинком. Сталь звенела на весь зал. Сотни эльфов двигались очень быстро. И если поначалу это мельтешение с непривычки отталкивало Виктора, то позднее он оценил, как изящно, словно танцуя, те двигаются.
– Может, ты тоже умеешь сражаться, просто забыл? – Элландрия без спроса вложила меч в его руку.
– О! ― воскликнул Виктор, и ямочки на его щеках точно стали глубже. ― Такой легкий. ― Он принялся неуклюже, но оттого не менее охотно размахивать клинком.
У многих на лицах невольно появилась легкая улыбка.
И Виктор, заметив это, немного смутился.
– Нет, ― наконец признался он, ― как-то ничего не вспоминается. Мечник из меня явно никудышный. В отличие от них, ― добавил он, показав пальцем вперед.
Там тренировались дети. Выглядели они очень сосредоточенными и внимали каждому слово мастера.
Дальше Иадэль повела парня в мастерские, там кузнецы умело ковали оружия, а мастерицы искусно шили одежду и делали прекрасные украшения. Виктор был впечатлен.
Вечером того же дня, отдыхая на скамейке, он рассматривал город, прислушивался к звукам ― пели птицы, жужжали насекомые, где-то вдали грохотала тележка ― и наблюдал за эльфами. Те, как пчелки, постоянно были чем-то заняты, никто не отдыхал. Виктор не переставал им удивляться.
Звук приближающихся шагов заставил его обернуться. Он увидел Иадэль, та подошла ближе и, шурша одеяниями, присела рядом.
– Ваш мир безумно красивый, ― сказал Виктор, ― я поражен всем увиденным, только вот, ― он глубоко вздохнул, ― мне кажется, что я здесь совсем лишний.
– Не надо унывать, ― подбодрила Иадэль. ― Это всего лишь первый день. Эльфы никогда не сдаются.
– Но… Я ведь не эльф.
– Дай свою руку и смотри мне прямо в глаза.
– Зачем? ― не понял Виктор.
– Просто сделай, как я сказала.
Он кивнул: надо так надо.
Тогда Иадэль двумя руками обхватила его правую руку и пристально посмотрела ему в глаза. Они долго так сидели, не отводя друг от друга взгляд.
– Мы не правы, ― тихо произнесла она, наконец, прервав молчание, ― магия на тебя действует. Просто для этого нужно что-то взять от тебя: кровь, волос, ноготь или то, что ты сделал своими руками, своей энергией. А твоя раса ― это ключ, я точно знаю, ты такой один. ― Иадэль закрыла глаза и выпустила его руку. ― Это все, что я пока почувствовала. Это забирает очень много сил…
Виктор оживился:
– Значит, на меня действует магия, я правильно понял?
– Да, ― подтвердила Иадэль, ― а твоя раса ключ ко всему, но это то, о чем ты должен… молчать…
– Но ведь уже все знают про меня, и какой я расы…
– Да это эльфы, ― она устало махнуло рукой, ― я про врагов. Мерсы никогда не должны узнать, кто ты.
Виктор не до конца понимал, почему мерсам нельзя рассказывать правду о себе, но лишних вопросов задавать не стал. Вместо этого он кивнул и коротко сказал:
– Ясно.
На следующий день Элландрия предложила Виктору поучиться стрелять из лука. Это оказалось сложным делом. Тетива натягивалась куда сложнее, чем он представлял, стрелы только так падали из непослушных рук. Еще и пальцы сильно болели. На следующее утро Виктор упрямо отказывался идти на очередную тренировку.
– Это тяжело, ― жаловался он, ― я совсем не хочу стрелять из лука, у меня ничего не получается. Я так устал!
Слушая его, Элландрия поджала губы. Ладно бы единственными недостатками Виктора были низкий рост, короткие волосы и отсутствие эльфийских ушей, с этим бы она смирилась. Подумаешь, неприятный на вид чужак. Но этот чужак оказался еще и редким слабаком, который даже не хочет стать сильнее.
– Чтобы получалось, ― сухо объяснила она, ― нужно много тренироваться. Очень много.
– Мне уже поздно учиться, ― отмахнулся он, ― и я не эльф.
– Никогда не поздно учиться новому, ― сказала Элландрия, ― и неважно, кто ты. Просто возьми и научись побеждать врагов!
– Врагов? ― нахмурился Виктор. ― Мерсов что ли?..
– Я не про внешних врагов, а про внутренних. Страх, лень, сомнения, комплексы, неуверенность. Начни бороться с ними каждый день. А когда одержишь победу, внешние уже будут не страшны! ― последние слова она произнесла особенно горячо.
– Ты права, права, ― скучно отозвался он, ― но я ведь скоро вернусь в свой мир и стрельба из лука, думаю…
Не дослушав, Элландрия устремилась к выходу. Она пыталась подтолкнуть чужака к развитию, наставить его на верный путь, но все напрасно. Больше ей не о чем с ним говорить.
Жить среди эльфов оказалось большим испытанием. Они были идеальны во всем, что делали. А как чувствовать себя уверенно, когда постоянно видишь перед собой совершенство? Комплексы с каждым днем давили на Виктора все сильнее. Когда он сравнивал себя с эльфами, в его душе, как сорняк, разрасталась меланхолия.
Вскоре он понял, что просто не сможет жить среди такой идеальной расы, и решил покинуть эльфийский мир.
Поздним вечером Элландрия пришла поговорить с Иадэль про человека.
– Он ничего не делает и ничего не хочет! ― поделилась она. ― Не умеет стрелять и сражаться, да даже быстро бегать не может. В нем нет ни храбрости, ни твердости, ни решимости, ни терпения… Лишь страх, лень…
– Элландрия, ― нетерпеливо перебила тетя, ― ты судишь слишком поверхностно, сила не только в умении стрелять из лука и держать меч. А его упадок духа вполне объясним, он чувствует себя здесь лишним. Прояви немного терпения и не будь с ним груба. Мне пришло чувство, что он здесь не случайно, он нужен эльфийскому миру. И, если вы будете держаться вместе, я точно знаю, произойдут важные события. По правде говоря, поэтому я и тяну, надеюсь почувствовать еще что-то.