Самые яркие сны снятся в мэноре, и Сириус все чаще либо работает допоздна, либо сбегает на Гриммаулд-плейс. Малфой, конечно же, ехидничает про «недотрогу» и с двойным упорством зовет его то на деловой ужин, то на совещание в Министерстве, то даже, и Сириус долго был в шоке, в гольф-клуб. Мерлина ради, Малфой же не только над ним издевается, но и над собой тоже. Ведь связь влияет и на него, а он не просто потакает ей и не старается не стимулировать выброс эндорфинов, а нарочно доводит их до точки кипения. До такой, что даже его магглы-партнеры посмели шутя намекнуть, что «химия» между ними просто «убойная». Верх бестактности в обществе таких же чистокровных аристократов, как Люциус, и вполне безобидное подтрунивание между хорошо знакомыми компаньонами. И Малфой же слова против не скажет – притиснется ближе, устроит руку на плече и только улыбнется многообещающе. Нашел кого запугивать! Сириус не сдастся.
Он прекрасно знает, чем можно себя отвлечь – его новая работа. Проклиная бюрократов Министерства, он все-таки утрясает бумажную составляющую легальности своего предприятия. С помощью Шеклболта получает разрешение на проведение сыскной деятельности и заручается поддержкой Аврората в некоторых вопросах. Он находит просторное помещение над книжной лавкой в конце Горизонтальной аллеи. Лестница на второй этаж находится с торца здания за пышными кустами сирени, что весьма удобно для тех, кто пожелает остаться инкогнито. На этаже – две большие комнаты с проходом между собой и комната поменьше с камином, из которой выйдет замечательная приемная, а из двух других – личный кабинет и кабинет для его команды. О том, чтобы задуматься не просто о помощнике, а о нескольких людях, что будут совершенно разными и будут работать по нескольким фронтам, его наталкивает воспоминание о своих первых поисках. Столько времени ушло на сбор информации, на разговоры с родственниками и друзьями, на поиск в маггловском Лондоне, а ведь все это можно было сделать и быстрее. Если бы рук было больше. Он не может не благодарить мальчишку Диксона за работу с бумагами – без него он бы до сих пор сидел где-нибудь в архиве в обнимку с чьим-нибудь генеалогическим деревом или же вовсе сходил с ума от скуки в мэноре. И кстати, о Диксоне – вот такой бы энтузиаст ему бы очень пригодился. Да только где его найти?
Закончив обустраиваться в «Сыскном агентстве мистера Падфута», Сириус начинает собеседовать желающих работать вместе с ним. Но «собеседование» – это громко сказано, уже через пару недель ему до чертиков надоедает выпроваживать фанатов, старичков с приступами паранойи и просто любителей поболтать. Ему нужны легкие на подъем авантюристы, готовые в нужный момент рискнуть, обладающие хотя бы средними умениями в заклинаниях и желательно учившиеся в Гриффиндоре или Равенкло. Хотя он и не собирается судить только по факультету – скорее просто обратит внимание на черты характера. Он с грустью вспоминает Мародеров – вот какая команда была единым механизмом. Они с Джеймсом были бойцами, Ремус был «мозговым центром» и рациональной составляющей их банды, а Питер был незаметным шпионом, наблюдателем и ловкачом. Неплохо бы и в агентство подобрать людей с похожими умениями. И он таких находит.
В один из дней незадолго до Рождества в комнатах Сириуса появляется необычная парочка. Мужчина и женщина 30 лет. Выглядят они то ли как заядлые туристы, то ли как приверженцы какой-то новой религии, а то ли они – родственники той своеобразной девчушки, что когда-то входила в компанию Гарри, кажется, ее отец был редактором журнала. Пара оказывается четой Эовелли – Сара и Луис, в браке больше десяти лет, учились вместе в Равенкло, много путешествовали и работали во многих местах – начиная колдо-ателье и заканчивая колдо-больницей. Сириус поражается степени и многогранности их знаний и умений. Такие волшебники были бы замечательными детективами. И далеко не потому, что были лучшими из всех, кто посетил агентство.
Перед Сочельником ажиотаж предсказуемо спадает. Сириус и сам разрывается между поиском подарков, помощью Малфою в подготовке рождественского бала и присмотре за Ремусом перед новым полнолунием. А новый работник находит его сам – неловко столкнувшись в сувенирной лавке. Сириус помогает Денебу удержаться на ногах, поздравляет с наступающими праздниками, еще раз благодарит за помощь и шутя спрашивает, что он хочет в качестве рождественского подарка. А Диксон, смеясь, млея и восторгаясь своим кумиром, вдруг немного притихает, мрачнеет на секунду, а потом так же шутя говорит, что хотел бы новую работу, так как господин Регистратор уже давно не рад чересчур увлекающемуся работнику… Сириус не может поверить своей удаче. Он только думал, что такой, как Денеб, ему бы очень пригодился, но даже и не собирался переманивать чужие кадры, а они сами идут к нему в руки! От восторга он бросился обнимать секретаря прямо в лавке, чем смутил всех присутствующих, а потом получил выговор от Малфоя, который неизвестно как и через какие руки об этом узнал.
Конечно, Диксон был согласен – интересная работа с неординарным начальником и кучей приключений впереди – кто же от такого откажется? Вот и Денеб не стал. Сириус знакомит его с парой Сары и Луиса и задумчиво смотрит на них – им нужен кто-то еще. Кто-то такой же «особенный», но с другим знаком – тот, кто сможет вовремя придержать их «разогнавшийся поезд», и тот, кто будет тем самым рациональным звеном в их команде. Не будет вставлять палки в колеса, а сможет иногда быть поверхностным, логичным и рассудительным, чтобы увидеть все скрытые связи, как в делах, так и в людях. И Сириус прямо говорит об этом своим будущим подчиненным. Пока у него таких кандидатов нет, а если они кого-то знают, то неплохо было бы вспомнить, чтобы они могли взяться за первые дела полным составом. Супруги со вздохом разводят руками, а Денеб надолго задумывается. Он не хочет заранее обнадеживать, но, кажется, знает подходящего волшебника. И познакомит его с мистером Блэком после празднования нового года, когда искомый вернется в страну. Сириус кивает, опять благодарит всех богов за то, что послали ему такое чудесное знакомство, и почти не сомневается, что совсем скоро они смогут приступить к работе.
К работе, что действительно будет захватывать, судя по тем письмам, что уже приходят на имя Сириуса. Конечно, как он и ожидал, не великие, запутанные и невозможные истории в них содержатся, а вполне тривиальные, часто случающиеся и до обиды очевидные. Но Сириус рад и этому – для начала им нужно набраться опыта, зарекомендовать себя перед возможной клиентурой и обществом. А такая слава складывается не за дни и, увы, не за месяцы. Им придется изрядно попотеть, чтобы встать на ноги и добиться успеха.
Сириус откладывает официальное открытие на конец новогодних каникул и отправляет работников отдыхать. Ему тоже нужна небольшая передышка после месяца непрерывной, напряженной работы. А еще – от внимания Малфоя – вся его подготовка проходила под эгидой неусыпного наблюдения Вуивра, и Сириус уже до нервного тремора и саднящего хрипа устал объяснять и заверять чертова перестраховщика, что никаким боком репутация древнего рода и самого Люциуса не пострадает, и у Бродяги не было ни единой мысли о том, чтобы работой в агентстве эту самую репутацию испортить. Что за недоверие и паранойя? Он же, в конце концов, его муж! Вот именно, муж – откуда еще взяться этой болезненной паранойи, если не взойти на почве малфоевских убеждений, щедро удобренной теперь магической связью. Люциус бахвалился своей выдержкой, а выходит, что он и трех месяцев не может сопротивляться. Куда ему – привычному потакать всем своим прихотям и желаниям? А тут Сириус, который не дает ему во всех смыслах.
Бродяга кривится от скабрезности, но он уже и сам доведен до предела таким отношением Вуивра. Хочется ударить, встряхнуть хорошенько и проорать прямо в лицо гребанного аристократа, что ему ничего не обломится. О, а это идея, кстати. Не орать, а высказать вполне толковую мысль. Выход из ситуации.
– Блэк, так в каком костюме ты будешь? – а вот и шанс.
