Мужчина прошел мимо, одарив нас неодобрительным взглядом. Казалось, всего секунда относительной близости, а на меня хлынул водопад беспричинных эмоций и чувств. Холод, страх, желание бежать без оглядки. Я остановилась, обернулась. Он скрылся за дверью в столовую, оставив после себя привкус близкой опасности.

– Какой сильный дядя, – прошептала Пуговка.

– Леди Серебрянникова, прошу, не отставайте, – напомнила о себе девушка-робот.

Я шумно втянула носом воздух и со смешанными чувствами пошла за служанкой. Сколько же здесь странностей?!

Дом тем временем спал. Он нехотя отзывался на наши передвижения, своими темными углами навевал скуку и будто опустил полог тишины. По всей видимости, Аланэя жила здесь одна. А как еще объяснить небольшое количество слуг и густое безмолвие, будто вплетенное в полумрак? Казалось, произнеси хоть слово, и со всех сторон начнут шикать. Тихо, молчи! Не нарушай многослойное спокойствие этого места!

– Леди Дарья, – Кэами встретила нас в комнате широкой улыбкой. – Ваша одежда постирана, уже висит в шкафу. И госпожа Карчвилл дала распоряжение показать вам сад. Желаете переодеться для прогулки?

– Да, в свои вещи.

– Простите, у нас не принято ходить в таком. Госпожа не одобрит. К тому же вам будет жарко и…

– А перед тем, как мы пойдем, – не собиралась я слушать ее советы, – принеси, пожалуйста, лист бумаги и ручку. Или перо. Чем тут у вас пишут?

– Леди Дарья, не стоит злить…

Я подняла руку в останавливающем жесте и посмотрела на девушку, давая одним только взглядом понять: бесполезно спорить. Мою решительность не сломить. Не в этот раз.

Горничная закусила нижнюю губу. Вздохнув, побежала выполнять поручение. Вскоре на книжном столике лежали писчие принадлежности. Я макнула кончик пера в чернильницу, заскрипела им по бумаге, аккуратно выводя каждую букву. Так правильно. Если не попробовать сейчас, то после будет сложно.

Получилось не так красиво, как хотелось бы. Я явно не мастер красивого словца. Главное – суть была передана верно. Вчерашняя игра с дочерью прояснила одну вещь: неважно, где мы сейчас находились. Будь то кома или же реальность, не следует гостить у людей, которые утаивают свои истинные мотивы. Если бы Аланэя коротко и четко озвучила, зачем привезла нас сюда, то все обрело бы другие краски. В чем смысл молчать? Если она заботится, старается уберечь от морий, то почему бы не рассказать о них подробнее, не поведать, чем они так опасны? В конце концов, почему бы не запугать? Тогда и желание покидать ее дом отпадет само собой.

– Соня, подойди, – отвлекла я Пуговку от созерцания вида за окном. – Можешь прочесть вот это слово?

Дочь присмотрелась к тексту и отрицательно покачала головой. Значит, мне удалось написать письмо на нужном языке. Вот только почему он был понятен? Я еще раз перечитала выведенные мною строки, сложила лист бумаги вчетверо и спрятала в карман платья.

Пора!

Кэами все это время настороженно наблюдала за моими приготовлениями. Она сделала еще пару попыток настоять на своем, попросила отправиться на прогулку в предоставленной добродушной Аланэей одежде. Однако девушка не добилась своего.

Через пару минут мы оказались на заднем дворе. Если перед главным фасадом расстилалась небольшая поляна с дорожками и казалось, что лес сгустился и обступил здание со всех сторон, то здесь это впечатление развеялось.

– Ух ты, – воскликнула Соня. – Мама, смотри, там собачки.

Впору было насладиться моментом, ведь нашему взору открылась невероятная красота. Слева, почти у самой кромки воды, стояла деревянная беседка, обвитая плющом. Неподалеку на нескольких уровнях расположился аккуратный огород. Чуть дальше виднелась огороженная псарня. Рядом с этой постройкой была другая, за ней третья, четвертая… они служили своеобразной стеной, защищающей территорию Карчвиллов от непрошеных гостей. А справа начинался сад, поражающий воображение разнообразием красок.

Сразу за ним деревья, отдаленно напоминающие ивы, выстроились в ровный ряд. Они склонили головы, застыв возле широкой дорожки, заканчивающейся большим фонтаном. И восхититься бы, но я поежилась.

На меня кто-то смотрел. От тяжелого взгляда перехватило дыхание. Я обернулась и вдруг заметила Лэиана, наблюдавшего за нами из окна второго этажа дома Карчвиллов.

– Охотник? – испуганно вскрикнула Кэами, тоже подняв голову. – Что он здесь забыл?

– Почему охотник? Он вроде бы дровосек.

– Пойдемте, – сглотнув, проговорила горничная. – Скорее. Пойдемте, пойдемте.

Девушка чуть ли не бегом двинулась в сторону псарни. Спрятавшись за густо растущими деревьями, она сжала ткань платья на груди и перевела дыхание. Видимо, не у меня одной он вызывал неоднозначные эмоции.

– Неважно себя чувствуешь?

– Нет, все хорошо, – заверила горничная.

Правда, ее бегающий взгляд говорил об обратном.

– Думаешь, я не вижу? Лэиан сделал тебе что-то плохое?

– Слава Авиаре, мы с ним даже не сталкивались. Жуткий человек.

Я кивнула, не надеясь получить объяснения. Здесь, видимо, принято ни о чем не рассказывать. А от людей, скрывающих все подряд, я намерена бежать… Далеко, без оглядки, обрывая связывающие нас нити, чтобы не наткнуться на боль, отчаяние и разочарование, разрывающие душу на мириады осколков. Я тряхнула головой, отгоняя воспоминания о Леше.

Прошлое в прошлом, теперь нужно думать о будущем.

Всего-то осталось добраться до края сада или до другой отдаленной от дома точки и отдать спрятанное в кармане письмо горничной. Кэами, безусловно, воспротивится. Вот только я обязательно придумаю, как уговорить ее не поднимать панику и выждать хотя бы полчаса после нашего исчезновения.

– О нем ходит очень много слухов, – заговорщически подалась ко мне девушка. – Один хуже другого.

Я постаралась скрыть свое удивление. Неужели сейчас приоткроется хотя бы одна завеса тайны?

– Этот человек выращивает магические деревья! – скороговоркой выпалила она.

Соня вздрогнула, отвлеклась от разглядывания собак, бегающих за плотной оградой. Пуговка сжала мою руку и сделала шажок ко мне.

– Не волнуйся, все нормально. Вон, смотри, какая большая, – указала я на овчарку с густой серой шерстью и обратилась к горничной: – Магические деревья?

– Да. Представляете… их насчитывается у него аж четыре вида!

Дочь прижалась к моей руке, испуганно глядя на взволнованную служанку.

– Кэами, пожалуйста, говори немного спокойнее. Соня боится.

– Извините. Прошу, извините. Я не нарочно.

Служанка перевела взгляд на мою дочь, снова на меня. Ее лицо озарилось догадкой, из-за которой глаза расширились и наполнились ужасом. Казалось, она вот-вот упадет на колени, начнет молить о пощаде. И только я собралась заверить, что все в порядке, как передумала. Откуда появился этот испуг?

– Даже не знаю, Кэами, – осуждающе покачала я головой, решив проверить догадку. – Соня вся трясется.

– Леди Дарья, умоляю, не говорите госпоже.

А она ведь ничего особенного не сделала. К тому же Соня толком не испугалась. Да, вздрогнула и прижалась к моей ноге, прячась от горничной, но тем не менее продолжила с любопытством разглядывать больших собак за оградой.

– Хорошо, – наигранно сдалась я. – Но взамен хочу услышать больше подробностей о Лэиане и его необычных растениях.

– Пойдемте в сад, – быстро согласилась Кэами и почти сразу же начала: – Никому не удается выращивать магические деревья. Для них нужны особые условия, специальное… – служанка поморщилась, – удобрение и постоянный уход.

Девушка замедлилась возле первой ивы, опустила голову. Она облизала пересохшие губы и вдруг выдала: