Полностью насладившись чувством ностальгии, я направился в здание космопорта, в надежде на парочку-другую стопок выпивки. Автоматические двери привычно распахнулись, приветливо пуская меня внутрь, обдувая встречным потоком тёплого воздуха. Муравейник — первая мысль, посетившая голову. Множество людей слонялись туда-сюда, выполняя те или иные функции: обслуживание посетителей, уборка, досмотр при входе и охрана самого здания. Обыватели же либо ждали шаттла, либо отдыхали после посадки. Не самая недоразвитая планета в секторе, но самая грязная. Заводы превратили некогда приличное место в задыхающийся от смога и ядовитых отходов затухающий мир, тот, который лет через двадцать-тридцать погрязнет в невероятной смертности от загрязнения атмосферы и всего жизненного пространства, даже сейчас здесь не живут дольше шестидесяти лет. Если, конечно, не посчастливилось удрать с этого загнивающего мира туда, где, возможно, будет лучше, если ты сам будешь способствовать этому.
На космопорте экономить не стали, ведь первое впечатление самое важное. Как только ты покинешь окраину и двинешься в города, тебя встретят грязно-жёлтые, нависшие практически над головой, тучи. Мы убиваем всё во благо собственного процветания несмотря на то, что сотни тысяч людей умирают ежегодно от творящегося тут беспредела. Даже если судить по прыгнувшей медицине продвинутых секторов галактики, тут тебе дадут таблетку обезболивающего, чтобы завтра ты умер прямо на работе, после чего новый работяга займёт твоё место. Жена начнёт подрабатывать проституткой, а сын пойдёт в городские банды беспризорников, лишь бы прокормить позабытого себя. У матери попросту нет на тебя денег. Очередная доза пыльцы внутривенно требует слишком много финансов и внимания. Не знаю, что лучше, наркоторговля планетарных масштабов, либо же то, что происходит здесь.
Упустили свой шанс они уже давно, атмосфера была достаточно отравлена для полного непринятия развития культуры, производящей наркотическую пыльцу, а так парочка-другая плантаций необычно огромных посевов могла бы вернуть мир и процветание на эту богом забытую планету. Тот же Курзатиц поживает отлично, даже будучи поганым миром с отвратительной влажностью и фауной. Один из самых прибыльных миров в плане производства, обработки и продажи «пыльцы», на ближайшие пару обитаемых секторов галактики.
Я присел за барную стойку недалеко от центрального холла, привлекая внимание бармена.
— Чего изволите? — приветливо улыбнулся тот, откладывая тряпку в сторону.
— Чего-нибудь не самого отвратительного из вашего ассортимента.
— Есть хороший местный бренди.
— О, нет, ничего местного! Любые деньги — только не это, — мы обменялись улыбками.
— Может, открыть вам бутылочку Лаурского ликёра? — пузатая бутылка появилась на стойке.
— Давай, как раз то, что нужно после долго перелёта, — первая стопка пошла на ура.
— Не желаете эксклюзивного товара? — глаза бармена забегали, голос понизился до шёпота. Я, опрокидывая вторую стопку, вопросительно поднял бровь. — Лучшая «пыльца» на всей планете, чище не найдёте, уверяю вас. Контрабандный товар.
— Нет спасибо, нет времени, да и не увлекаюсь особо, — от таких предложений стоит отказываться сразу. Не проблемы с законом страшили меня, а качество и цена за унцию наркотика. Могут заломить так сильно — тебе дешевле будет слетать на Курзатиц и лично вырастить себе пару рассад наркотических цветов.
— Ваше право, — хмыкнул парень и продолжил протирать стаканы.
— Лучше скажи, где в ближайшем городе есть приличная гостиница. Приличная, не притон или чего похуже, — лицо бармена нахмурилось, он призадумался. Намёк понятен, кредитка с номиналом в сто единиц появилась на столе и тут же исчезла в его руке.
— «Голова Горгоны» — лучшее, что я знаю, цены у них правда….
— Спасибо за совет, — ещё одна кредитка легла на стол. — За выпивку и чаевые. Ты бросай это дело, связываться с «пыльцой», себе дороже.
— Каждый зарабатывает как может, — парень лишь пожал плечами.
— Ты не понял меня — «Бросай заниматься наркотиками», — глаза его на секунду поблекли, выражение лица застыло в немом вопросе.
— Ладно, сам хотел давно завязать, — осознанность вернулась во взгляд так же быстро, как и пропала, он ничего и не понял.
— Ещё раз спасибо за наводку! — попрощался с перевоспитанным барменом я и двинулся на стоянку такси.
Как только я вышел, руки сами потянулись к пачке, вытянув из неё сигарету. В казино не курить за столом было дурным тоном, вот как-то так и пристрастился. Профессиональная привычка. Пара десятков людей, вышедших со мной с корабля, искали проезда в город, договариваясь по ценам с водителями — система старая, как мир. В крупных мегаполисах развитых секторов уже давно автоматические такси наземного или летающего типа, здесь же время замерло. Чего я ожидал за пять лет отсутствия? Резкого скачка развития? Нет, моё исчезновение ничего не поменяло и ничто уже не способно поменять вялотекущую здесь жизнь. Я докурил, и бычок был отщёлкнут в ближайшую урну, взгляд устремился на поиски водителя, способного в целости и сохранности доставить меня до отеля. Пройдя чуть глубже на парковку, я нашёл мужчину средних лет, скучающего за перекуром у своего служебного такси. Заметив меня, он немного оживился.
— Что, парнишка, в город? — с ходу догадался таксист. Кивок. — Точное место знаешь? Или же наугад тебя высадить? — хриплый смех разнёсся по округе.
— Отель «Голова Горгоны». Знаете, где это?
— Ха! Конечно знаю, это самый дорогой отель в городе. Тебе точно туда, — начал было он, но, наткнувшись на кожаный плащ ручной работы перчатки, туфли из того же комплекта и рубашку с брюками из термоткани, замолчал.
— Точно, не переживайте, — уверил его я, и так видя реакцию на мою довольно дорогую одежду в здешних краях. Водитель пожал плечами и пригласил сесть в авто.
Вдали мерцали огни города, окутанного жёлтой смрадной дымкой заводов и фабрик. По мере приближения к городу зелень на полях чахла, а лесная растительность редела, как после лесного пожара. Город, в котором я вырос, подрос и сам, правда, вероятнее всего, остался таким же прогнившим изнутри, как и пять лет назад. Ничего не меняется так просто, да? Глаза водителя уставились на меня через зеркало заднего вида.
Встретившись взглядам со мной, он спросил:
— А чего ты тут забыл? Понимаю, не моё, конечно, дело, но как такой человек при деньгах очутился на этой богом забытой планете?
— Приехал навестить родню, — сухо ответив, я открыл окно и закурил сигарету.
— Родню, здесь? Повезло тебе не жить на этой планете, не хотелось бы видеть, как такие же молодые парни умирают в перестрелках с полицией на улицах этого паршивого городишки. Больше тебе скажу, мой сын тоже хочет отсюда свалить, да так старается, что аж учёбу чуть не забросил, всё денег хочет заработать. Говорю ему — ты сначала учиться закончи, работу найди, семью заведи. Потом уже будешь думать о своих этих путешествиях по просторам галактики. Эх, молодёжь! Что же вам дома не сидится-то?
— Нравится ваша работа? Хотите всю жизнь работать водителем за гроши, не имея за душой ничего? Даже машина от компании, дом в кредит, вся жизнь в кредит. А смысл, умрёте к шестидесяти, как и все, кто проживает в густонаселённых городах. Мальчишка хоть как-то старается сломать систему. Я умудрился её сломать, и вам уже не нравится одно моё присутствие в вашем авто. Ой, погодите, это не ваше авто, у вас нет ничего вашего, — мужчина скрипнул зубами, но промолчал, осознав с кем имеет дело. Не хочет он тратить время на анархично настроенных молодых ребят, думающих только о сегодняшнем дне, а не о будущем. Мысли его были видны как на ладони, особо даже не пришлось копаться в его голове, чтобы понять его уклад. Прожить тихую незаметную жизнь, в конце умерев от одного из десятка самых популярных заболеваний в крупных городах этой планеты. Может, и проживёт лет на пять подольше, ибо не постоянно находится в городе, а по большей части за его пределами.