И не дошел: чуть меньше ста метров оставалось до входа в ее комнату, когда погас свет, сменившись мерцающими красными всполохами, протяжно завыла сирена. Он оцепенел — настолько давно не слышали они сигнала тревоги, что это успело почти забыться, стать старым дурным сном. Из тех, про которые и вспоминать не хочется.

Скай развернулся и быстро пошел обратно, слыша за спиной чужие легкие шаги. Саша — он был уверен, но не оборачивался, пока пальцы не легли ему на плечо.

— Твоя комната изрядно далеко, — она улыбнулась, не глядя на него.

Он тоже улыбнулся, взял ее за руку, замедляя шаг.

— Твоя близко.

Пульс глухо стучал в ушах, перекрывая тревожный набат сирены.

— Надоело спать одному?

Дверь на улицу уже виднелась в конце коридора, когда она снова заговорила. Скай судорожно кивнул в ответ на ее вопрос, берясь за ручку и поворачивая ее. Саша прошла мимо, остановилась, ежась под порывами ледяного ветра.

— Саш… — щедрая горсть ледяного крошева ударила в лицо, перехватило дыхание.

— К черту, — она закрыла нос ладонью, разворачиваясь к полю, — Приходи, Скай. Если мы сегодня не умрем — приходи.

Алая обернулась, улыбнулась ему и побежала вперед, не дожидаясь ответа, а он стоял еще с минуту, пытаясь прийти в себя и стереть с лица дурацкую улыбку до ушей. В реальность его вернул хлопок по спине и яростный взгляд Блэка. Блядь, тревога же. Командир ввалит! Скай выругался и побежал, слыша за спиной топот десятка ног. Они успевали вовремя. Вроде.

Они безнадежно опоздали, как и всегда.

Кошмарно — быть командиром. Бойцы оставались в счастливом неведении, а он слушал чужие переговоры, слушал, как короткими рубленными фразами командир десанта описывает полуразрушенный Гродно.

— Легкая артиллерия… тяжелая артиллерия…

Слова прерывались шипением, Скай яростно стукнул по наушнику пальцами, но не помогло.

— …оложите обстановку…

Он покосился на приборную панель, лампочка не мигала — значит, не ему.

— …Штурмовики — эскадрилья, еще истребители — радар не всех ловит…

— Построение, — заорал Скай в микрофон, получив координаты от диспетчера.

Фоном на заднем плане надрывался Алекс. Потом он замолчал на минуту и хриплый женский голос благим матом объяснил разговорившейся десантуре, почему не стоит засорять эфир.

— Враг… запад… — прохрипел кто-то неопознанный.

Они были уже почти над Гродно. Скай давил в себе желание снизиться и своими глазами увидеть разрушенный город. Если верить радару, в десятке тысяч метров под ними было несколько штурмовиков. Можно попробовать снять отсюда — но страшно, ведь еще ниже были дома, были люди — он надеялся — живые.

— …штурмовые звенья… перехват…

Скай выдохнул и решительно отключился от общего «спам-канала», как его ласково называл Алекс. Тот выключал эту частоту еще до вылета. Да и не их дело штурмовики. Их враг куда ближе.

И выше — осознал он, видя красную мигающую точку. Радиолокационная интеллектуальная система надрывалась, пытаясь опознать модель вражеского истребителя, он поморщился и отрубил функцию определения нахер. Невозможно же так.

— Скай, ответьте.

— Видим противника, — сухо произнес он, на автомате набирая нужную последовательность команд.

Звено перестроилось, часть увел Блэк чуть ниже, часть пошла с ним наверх. Предельная высота, предельная скорость — Ская вжимало в кресло. Когда эти машины только пришли на вооружение, техники с восхищением вещали о эргономичности и неземном удобстве, но сейчас он их как-то не ощущал.

Выше были уже только звезды, а радар по-прежнему мигал и пиктограммка слева намекала, что враги все еще над ними.

— Пиздец, — шепнул он самому себе.

Ребята рассыпались в правильный строй, справа вдали маячило Алое звено. Скай запустил расчет угла атаки, пытаясь углядеть машины противника. Ни хрена не получалось, человеческое зрение было бессильно там, где едва справлялась техника.

— Расчетный угол двадцать семь градусов, координаты цели… — пропел ласковый механический голос.

Скай выругался.

— Алое звено, вызываю заместителя командующего, — обреченно процедил он в микрофон.

— С личными целями, — заржал Алый.

— Уткнись.

— Алая, зайка, сходи к нему на приватный канал.

— На связи, — шипение прервалось веселым женским голосом.

Скай взглянул на приборку — лампочка загоревшегося канала связи действительно символизировала приватную частоту.

— Саш, спасай, как тут озвучку отключить?

Алая неприлично заржала, но подсказала и отключилась.

— Вы закончили, девочки-мальчики? — весело уточнил Алекс.

— Да, командор, — голос Алой был сухим и собранным.

Скай глянул на радар и понял почему — красных точек стало в разы больше. Он судорожно отстукивал команды и что-то хрипло орал в микрофон, когда рядом пролетела первая ракета. Слава Богу — не управляемая, обычная чушка, от которой можно хоть попытаться увернуться. Но легче не стало, он прекрасно понимал, что это было только началом.

Они разлетались как можно дальше друг от друга, пытаясь одновременно и удержать строй и дать друг другу пространство для маневра. Противник снизился, как ни странно, то ли решили поиграть в честь и благородство, то ли вот эти сотня метров вверх была для них запредельной высотой, при которой машины не могли нормально функционировать. Вдали мелькнул знакомый окрас — Скай кинул взгляд на радар. Да, Блэк, не показалось. Машина друга мелькнула снова и исчезла, но один из вражеских истребителей взорвался. Благо, достаточно далеко от них — волной никого не закрутило и не понесло.

«Выберите цель» — загорелось на экране, и он отвел взгляд от разворачивающейся сцены боя. Построения сменяли друг друга, машин противника становилось все меньше, а им пока везло.

— Без потерь, — шептал Скай себе под нос, то ли утверждая, то ли умоляя.

— Блядь, — прохрипело в эфире. — Крыло!

— Мыш, база! — Блэк говорил равнодушно и спокойно.

Так спокойно, что легко было догадаться: на самом деле друг сейчас ржет или плачет. От облегчения. Крыло, да еще так, что Мыш не прощается с ними, а просто матерится — это, реально, удача.

На радаре осталось три красные точки, Скай полетел к ним, видя, как сжимается вокруг них кольцо зеленых. Бешеное численное превосходство, вроде бы, но двое зеленых — своих — метались между этими жалкими остатками врагов. Скай навалился на штурвал, будто это могло хоть как-то его ускорить. Потом выдохнул — успел.

Он знал эти машины с характерными отметками на крыльях и боках. Алые полосы — три и две. Командующий и зам командующего. Алый и Алая.

Вот только — Скай похолодел — у товарища командира оставался один снаряд.

— Уходите, блядь, — заорал он.

«Определение цели».

Алая резко бросила машину вниз, уходя в петлю, поднимаясь обратно наверх. Алый выпустил ракету. Противник тоже.

Скай метнулся наперерез ебнутой зам командующего, молясь, веря, надеясь, что успеет. Это был самоубийственный маневр, как и ее собственный, в общем-то. Она резко ушла влево, избегая столкновения с ним, он, успокоившись, пошел наверх.

— Сука! — заорала она вдруг.

На общем канале, не приватном.

Рядом расцвел огненный цветок, машину тряхануло, Скай с трудом выровнялся, чувствуя, как глухо бухает в груди. Только не Саша, только не Саша, Господи, только не…

— Скай, сука! — ее крик прервался шипением. — Алое звено, база! — хрипло добавила она.

— Мудак, — услышал он голос Блэка на приватной частоте. — База! — на общей.

Скай развернул машину и включил автопилот, судорожно вглядываясь в радар. Пульс частил, дыхание никак не желало выравниваться, и система жизнеобеспечения тонко пищала, фиксируя странности в состоянии летчика. Не Алая, не Саша — это главное. Нет красных точек — они победили.

«Без потерь», — отстраненно констатировал он, глядя на мерцающие лампочки своего звена.

Отпустило почти полностью, он даже сел как по учебнику. Ребята стояли странным полукругом, ждали его, кажется. Командир был чуть поодаль, ждал доклада, но к нему почему-то никто не шел. Скай выпрыгнул из кабины, побежал к своим. Алая стояла впереди всех и смотрела прямо на него. Он хотел ее обнять, хотел прижать к себе, но не успел: она шагнула навстречу чуть раньше, чем он подошел, отвесила тяжелую пощечину и пошла к майору. Скай пошел за ней, чувствуя, как странно дрожат руки и колет в груди. Перегрузки?