— От страха, — пробурчал Пьен.
Я хотел было отдать доспех эльфийке, но она отказалась, обосновав это какими-то хитрыми правилами этикета и отношениями Домов. Ну что ж. Значит, доспех достанется Пьену.
Закончив с разбором трофеев, мы полетели на юго-восток, к замку. По дороге мы оставили внизу, под нами, Акрелат, а затем — нагнали медленно ползущий отряд Эгиля. Оказалось, что в руинах они отодрали и уволокли с собой все, что не было приколочено гвоздями насмерть. А что было приколочено — расшатывали топорами мстителей, и тоже волокли. Так что обоз, получился длинными и изрядно груженым. По пять единиц камня и руды и две меры дерева — это весьма и весьма неплохо. Но полз этот обоз крайне медленно. Когда мы все-таки добрались до замка, последние искры заката уже угасли, и на темно-синем, хотя еще и не почерневшем небе уже видны были самые яркие звезды.
— Господин, — склонился передо мной Ставр, когда я уже подходил к дверям донжона, — у нас — не совсем обычное происшествие.
— Какое? — поинтересовался я. — Если тысячеголовый дракон в небе, или, — я продолжил цитату из одного из самых любимых литературных героев, — король Мёнин верхом на Лойсо Пондохве — можете быть свободны. А вот если что-то не столь причудливое, я вас внимательно слушаю.
По глазам Ставра было видно, что шутки он не понял. Но это от него и не требовалось. Достаточно того, что эту шутку понял я сам.
— К нам прибыл посланник Торговой гильдии по вопросу о выкупе Амеллы Монтерой.
— … - я выругался, помянув отца Космических волков, Лемана Русса и его непростые взаимоотношения с некоторыми предметами экипировки… такими, как тяжелый штурмовой болтер.
Нет, пообщаться с представителем гильдии мне хотелось. Но… Вот именно — "но". Лимит опыта у меня на сегодня выбран, а общение может и дать, но, что гораздо хуже — сразу закрыть квест. Но и мариновать представителя в ожидании, пока хозяин домена пожелает его принять — было не слишком хорошей идеей. Все-таки отношения с Гильдией — желательно сохранить на приличном уровне. А значит, общаться придется, и именно сегодня. По крайней мере — поприветствовать. А вот основной массив общения — можно попробовать отложить на завтра.
— Господин? — снова не понял меня Ставр.
— Где расположился уважаемый представитель гильдии? — спросил я.
— В новом представительстве, — ответил Ставр.
— Идем, — кивнул я ему. — Кстати…
Я рассказал начальнику моей разведки и контрразведки о вероятно погибшем гонце и докладе, который он вез… или уже везет… или уже доставил. По крайней мере, тела Смотрящий так и не обнаружил. Или кусты с момента встречи убрели совсем далеко, или гонец был не один, и напарник сумел вытащить тело и похоронить… или вовсе — спас товарища и потери ограничились сорванным кошельком.
— Понятно, — кивнул Ставр. — Знаю такого. Ижор, независимый торговец, — в данном случае слово "независимый" означает "не гильдейский". То ли денег на вступительный взнос не хватило, то ли репутации… а может, и знает о нем Гильдия что-то, что препятствует вступлению в ряды. — Приехал в середине прошлой недели. Скупает пшеницу… довольно-таки дорого. Некоторое время покрутился возле голубятен, "любуясь птицами", но так ни к кому из содержащих голубятни не подошел. А вчера у него двое приказчиков отправились "проехаться по селам, может, там дешевле выйдет".
— Мне интересно, кому он докладывает, — задумчиво произнес я. — Но постарайся сделать все аккуратно. Чтобы купец, если окажется разумен — мог вернуться и продолжать свою деятельность. Во всех смыслах. Ну, а если он будет упорствовать и по окончании беседы утратит товарный вид… Что делать с мусором — ты знаешь.
Ставр кивнул, и мы двинулись дальше, к новому зданию торговой гильдии. Отстроились ребята на славу. На месте сразу нескольких расчищенных домов воздвиглось трехэтажное здание. Конечно, не небоскреб, и не Поднебесная башня столицы Империи, но для Фронтира — вполне себе достижение архитектуры. Тем более, что на архитектурных излишествах экономить не стали. Статуи, колонны, и колонны-статуи (атланты и кариатиды) украшали весь фасад. Широкие застекленные окна намекали, что Гильдия — не бедствует и деньги не экономит. Правда, начинались эти окна со второго этажа. Первый щурился узкими щелками-бойницами, а подвал, который так и тянуло назвать "цокольным этажом" — и вовсе был обращен к миру глухой стеной. Так что добраться до широких окон было не так уж просто… Да и кованные решетки — тоже могли изрядно воспрепятствовать проникновению в здание извне…. А заодно — являлись произведением кузнечного искусства, также ненавязчиво намекая на богатство и могущество Гильдии. В общем — красиво отстроились. Здание в Ветровске не идет ни в какое сравнение.
Двери открылись прежде, чем мы со Ставром успели подняться по ведущей ко главному входу короткой лестнице.
— Господа, — высокий человек в ливрее слуги, но с повадками опытного бойца склонился перед нами. — Отто Шварц, полномочный посланник семейства Монтерой, имеющий право говорить также и от имени Гильдии, ожидает вас.
Он отвел нас в комнату, где за столиком у окна сидел невысокий, седой человек, чей стеклянный взгляд уперся в бокал вина.
— Господин Отто, — позвал приведший нас слуга.
— А! — сидевший вздрогнул, но быстро пришел в себя. Он поднялся нам навстречу, поставив бокал на столик. — Спасибо, Жак. Можешь идти. Приветствую вас, господа. Присаживайтесь.
Ставр, уже встречавшийся с представителем гильдии, представил ему меня, и мы опустились в предложенные кресла.
— Как вы, должно быть, понимаете, я прибыл сюда для того, чтобы разобраться в одном важном для семьи Монтерой вопросе: а именно с задержанием Амеллы и Джона Монтероев, — неторопливо начал посланник, сразу вызвав мое уважение тем, что не "забыл" про бастарда и не стал выделять его в отдельную категорию. Такой вот небольшой плевок в сторону Амеллы. — Как я уже успел убедиться, побеседовав с их сотрудниками в представительстве Ветровска, — с которыми, похоже, успел поработать тамошний начальник, — задержание было вполне обоснованным. Однако, мне хотелось бы побеседовать и с ними самими. Скажу честно, идея отправить Амеллу в бордель, отрабатывать штраф, вызвала у моего патрона некоторую симпатию. Цитирую: "девочке не помешало бы для разнообразия немного честно потрудиться". Конец цитаты, — неплохой ход в переговорах. Покупатель сразу показывает продавцу, что покупаемая вещь ему не особенно и интересна. Следующим ходом, по логике, будет попытка сбить цену. — Так что основной проблемой в данном случае является то, что работа представительницы семьи Монтерой в публичном заведении будет… неудобна для семьи. Однако, пятьдесят тысяч — это много. За меньшую цену я смогу обратиться к… — Отто демонстративно сделал небольшую паузу, якобы подбирая слова, — к профильным специалистам, которые решат эту проблему раз и навсегда.
— Не хотелось бы доходить до таких крайностей, — спокойно вставил я.
— Не хотелось бы, — согласился Отто. — Я просто довожу до Вашего, — тут он выделил голосом большую букву, показывая, что обращается в данном случае только ко мне, — сведения, что такой вариант, хотя и не желателен, но возможен. Просто в качестве некоторой исходной точки для переговоров.
— Понимаю, — кивнул я. — Однако, должен сказать, что у меня был тяжелый день, и, признаться, я сейчас не готов к серьезным переговорам. Думаю, что от того, что госпожа Амелл Монтерой проведет еще одну ночь в гостевых покоях особой надежности моего замка — небеса на землю не рухнут. А завтра мы спокойно и подробно, не опускаясь до криков и демонстрации комбинаций из пальцев, обсудим: кто, кого, куда и почем.
— Не рухнут, — согласился Отто. — Более того, и мой патрон, и я лично, находим, что ей даже полезно познакомиться с условиями обитания тех слоев общества, приобщиться к которым она так стремится своими действиями. Однако уже сегодня я хотел бы узнать хотя бы некие предварительные условия, по которым мы завтра будем торговаться. Чтобы я успел озвучить их своему патрону и узнать его по этому поводу мнение.