- Идёмте со мной, – проговорил Куран, когда подошёл к Фрост и её напарнице, которые тоже собирались уходить.

Стронг зашевелилась и, молча, не возражая, двинулась вслед за хозяйкой. «Обратил ли внимание?» – размышляла она, – «Зеро, накладывая печати, не говорил мне, что аромат моей чистой крови останется прежним, да и я не придала этому значения. Не думала, что кто-то будет заострять на подобном внимание... Ещё один просчёт, да, охотница высшего ранга, преемница главы Гильдии? Не слишком ли много надежд на меня возложил командир? Я ведь только и делаю, что ошибаюсь...» Её госпожа со своей стороны спокойно шла за президентом, хотя, скорее всего, в душе и она волновалась перед предстоящим разговором.

Куран привёл обеих учениц к себе в кабинет, закрыв за их спинами дверь, затем, подойдя к окну, плотно занавесил шторы. Теперь единственным источником света служила лишь настольная лампа возле рабочего стола, заваленного документами. Это показалось чистокровной очень странным, так что она насторожилась вдвойне.

- Итак, ты сказала, что я могу возложить на тебя вину за содеянное твоей слугой? – начал вампир, обращаясь к Памелле.

- Да, это так, – та не стала отказываться от своих прежних слов.

- Тогда, в качестве извинений изволь ответить на один вопрос, Мэл.

- Я слушаю, – она навострила уши.

- Ты ведь не поила Кармен своей кровью в последнее время?

«Он всё-таки заметил», – мысленно вздохнула Фрост, а на деле не выказала никакого волнения.

- Разве я могла, раз это запрещено правилами вашего общества?

- Я не это спрашивал, – сказал Канаме, мигом распознав подвох, – Отвечай на мой вопрос.

- Нет, не поила, – просто ответила та.

Она ничуть не соврала, ведь она не давала Алой пить свою кровь, а ввела небольшую порцию внутривенно – это две совершенно разные вещи.

- Так я и думал, – собеседник устало прикрыл очи, затем косо глянул на Стронг, – Я заметил, что у твоей подчинённой весьма быстрая регенерация. Очень быстрая, даже для обычного вампира. Силы и скорости ей тоже не занимать, но то могло статься из-за того, что она бывший охотник. И всё же… это не объясняет такую впечатляющую реабилитацию и запах крови.

- Что ты хочешь этим сказать? – недоумённо переспросила его соплеменница, делая вид, что не понимает, а на самом деле опасаясь разоблачения.

- Мне стало интересно… поэтому, я думаю, стоит попробовать самому.

- Погоди, ты же не хочешь...

- Это будет подходящим наказанием для твоей непослушной подопечной, – Куран вновь посмотрел на охотницу, – Раз уж она так любит лезть на рожон, постоянно рискуя и подвергая себя и свою госпожу опасности и неприятностям, совсем не ценя собственной жизни, проливая кровь направо и налево, то почему не пустить её на полезное дело? Мне как раз требуются свежие силы, так что не будет ничего страшного, если я позаимствую их у твоей чересчур активной подчинённой.

«Так вот что он задумал!» – поняла Мэл, с трудом скрывая тревогу и чувствуя, как выступают капельки пота на лбу. Если Канаме вкусит крови Кармен, то всё пропало! Ведь тогда он может узнать о том, что Стронг – чистокровная, что они пришли из будущего, об их тайной миссии и прочем… Надо было что-то предпринять и срочно! А если она откажется, то это будет выглядеть слишком подозрительным, согласится – и вся конспирация к чертям! – «Чёрт! Что теперь делать?»

«Выпить моей крови? Но... Если он это сделает, то не только узнает, что я чистокровна, но и станет в разы сильнее, что поставив под угрозу всё», – было видно, как изменилась в лице Стронг, как опустила глаза, нахмурив брови, и на лбу меж бровей снова пролегла складка, а уголки губ опустились вниз, искажая идеальную линию. Решение, конечно же, должна принять Памелла, но имела ли она права дать ей выбирать самостоятельно?

«Да... более того, я должна это сделать. Она моя хозяйка, кроме того, я должна показать, что доверяю ей... Значит, оставлю принятие решения за Памеллой». Все эти мысли не отразились на её лице, более того, прежнее проявление эмоций также ушло, и теперь лицо вампирши вновь стало бесстрастным.

«Проклятье! Что же делать?! Если я предложу вместо этого свою кровь, то он не поймёт. Конечно, это хорошая провокация с моей стороны, ведь кровь чистокровных пить нельзя, но это проблему не решит… Чёрт! Как мне поступить? Если только не…»

- Так что, Мэл? – Куран, который всё это время не сводил глаз с Алой, наблюдая за её реакцией на такое дело, наконец, повернулся к черноокой принцессе.

Та стояла, понуро опустив голову и прижав ладонь к своему лицу. Как видимо, предложение собеседника заставило её глубоко задуматься. Однако когда она подняла на него взгляд, то выражение лица было абсолютно спокойным и невозмутимым, а ладони не тряслись.

- Хорошо, – смиренно вздохнула она, – Можешь выпить её крови. Я разрешаю.

«Что?!» – Кармен просто не могла поверить в это. Мэл разочаровала её и разочаровала сильно, настолько, что на её лице проявились эмоции. Она пораженно уставилась на госпожу неверящим взглядом.

- Канаме-сама, – начала она, делая попытку хоть как-то увильнуть от этого, – Вы ведь знаете, что такое для нас пить кровь своих. Это же... едва ли не изнасилование. Пить кровь вампирши против её воли, зная о том, что у неё есть тот, кому она хочет отдавать её... Вы пойдёте на такое?

Пусть Стронг и была умной, но не до такой степени, чтобы грамотно выйти из этой ситуации, и именно поэтому ей приходилось юлить и вертеть хвостом. Она даже начала пятиться спиной к двери, не отрываясь, смотря на Курана.

- Почему нет? – совершенно спокойно вопросил тот, медленно приближаясь к попятившейся охотнице, пока её спина не повстречалась с деревянной поверхностью закрытой двери, – Почему бы тебе не хотеть поделиться со мной своей кровью, Кармен? Тебе ведь нравится давать её чистокровным, как я смотрю.

Естественно, президент уже давно заметил, что Стронг время от времени поит хозяйку своей кровью, ведь у него было отличное чутьё в купе с наблюдательностью. Так что немудрено было предположить, что Алой нравится подрабатывать донором для других.

- Тем более ты должна мне, помнишь? – уже тихо молвил Канаме, подойдя к вампирше вплотную и схватив за руку. Теперь даже со своей колоссальной силой ей было не уйти от захвата, всё же чистокровный был сильнее охотницы, истинные способности которой подавляли печати.

К тому же это было правдой. За Стронг был должок, а долги по правилам вампиров всегда нужно было возвращать, причем в десятикратном размере. И тут речь шла вовсе не о деньгах.

- Кармен, – позвала её Фрост, заставляя посмотреть на себя, – Прекрати это. Будь благоразумной…

Её взгляд даже не дрогнул, а единственно видимый левый глаз так и говорил: «Доверься мне!»

Та перевела взгляд на Памеллу, после вернула его на Канаме, пристально смотря в глаза вампира и, наконец, сдалась. Алая расстегнула верхние пуговицы рубашки и откинула назад голову, открывая президенту доступ к шее. Глаза охотницы были закрыты, а губы сжаты в плотную нить.

Куран же, откинув пару прядей алых волос девушки, наклонился к ней. Его тёплое дыхание уже овевало шею Кармен, а выступившие острые клыки были готовы впиться в нежную кожу…

Было заметно, как напряжена Стронг. Кажется, ещё немного и она оттолкнет от себя вампира: закушенная губа, напряженные струной мышцы, ногти, чуть ли не до крови впившиеся в ладони.

«Ну, давай, давай, я уже успела сочинить версию. Не тяни, кусай уже, и закончим с этой изменой...» – думала она.

Но укуса так и не последовало. В последний момент вампир отклонился и отступил от девушки. Несколько секунд Кармен продолжала стоять, ожидая момента, когда клыки Курана разорвут её кожу, выпустив кровь, но этого момента так и не наступило. Она открыла глаза, с лёгким недоумением глядя на Канаме.

- Теперь ты успокоился? – безмятежно спросила Фрост, которая до этого момента всё также тихо стояла в сторонке.

- Надо полагать, что да, – его лицо абсолютно ничего не выражало. – Думаю, это будет достаточным наказанием для Кармен.