***

Смотреть в глаза отцу было трудно. Мадам Пуфа уже заканчивала свой монолог по поводу того, как тяжела ее потеря и что второй такой шляпы не будет. А профессор Семироз, сохраняя внимательное выражение лица, время от времени поглядывал на дочь и слегка щурился. И тот прищур каждый раз вкалывал в грудь девушки мелкую, но болезненную иголочку – он стыдился ее.

Пообещав, что достанет мадам Пуфе такую же шляпу, чародей попросил оставить их с дочерью наедине. Мадам Пуфу обещание, видно, удовлетворило, и, вернув себе прежний важный вид, она гордо прошла к двери. За ее уходом последовала тишина. Да такая, что Майе было бы куда легче, если бы ее принялись ругать да отчитывать. Но отец молчал. Просто молчал, внимательно смотря на своего замурзанного и растрепанного ребенка. И прочесть чувства на, казалось, окаменевшем лице девушка не могла. Только черные глаза смотрели с досадой.

– Ну что ж, думаю, нашему гостю ты уже запомнилась, – наконец, произнес профессор Семироз. – К слову, это был командир стражи города – Вольдемар Касс.

Майя только глаза округлила в пять копеек. Это ж выходит сам начальник городской стражи теперь думает, что она опасное хулиганье…

– Мне жаль… – только и выдавила Майя.

– Скажи, что непонятного в требовании плести только водные заклинания? – строго спросил отец.

– Все понятно, – последовал еще тише ответ.

– Тогда почему ты демонстративно его нарушила? Неужели ты не понимала, что мадам Пуфа запретила работать с огненным элементом не ради своей прихоти? – Майя сжала кулаки на коленках. Она хотела сказать отцу, как сожалеет, но в горле застрял ком. – Тебе повезло, что никто не пострадал. Ну, не сильно пострадал, – уточнил он, вспомнив скорбное лицо мадам Пуфы, прижимавшей к груди обгоревшую шляпу. – Видишь, это то, о чем я говорил. Ты воспринимаешь магию, как развлеченье.

– Нет! – вскинула голову Майя. – Я просто… не думала, что все так серьезно, – нехотя призналась девушка. – Прости, я не повторю этой ошибки.

Майя потупилась в пол. В глазах опасно жгло. Да что ж такое, еще не хватало разреветься! Только не перед этим человеком! Он уже и так видит в ней лишний балласт. Снова повисла тишина. Майя не решалась поднять глаза на отца, хотя четко чувствовала его взгляд. Тяжелый, задумчивый.

– Ладно, – услышала она вдруг смягчившийся голос ректора, – главное, ты не пострадала. – Майя приподняла голову. Отец по-прежнему серьезно смотрел на нее. Но уже без той колючести во взгляде. – Если я верно понял, ты неосмотрительно зарядила в заклинание всю свою ману. Так делать ни в коем случае нельзя, если нет должной подготовки.

– Мне казалось, я все контролирую, – призналась Майя.

Отец вдруг усмехнулся:

– В магии никогда не стоит думать, что все контролируешь. Это сила, которую мы еще постигаем. Она умеет удивить как хорошим, так и не очень.

Заметив, что настроение отца смягчилось, Майя приободрилась.

– Да уж, – кивнула она. – Но когда я плела круг, то наоборот чувствовала сильную усталость и нехватку сил. А потом как накрыло, как закружило.

Ректор слегка нахмурился и глянул на газету на столе.

– Майя, думаю, тебе стоит еще год потерпеть. Твоя магия никуда не денется, езжай домой, еще раз обдумай свое решение…

– Нет, я не хочу домой! – испугалась Майя.

Велизар посмотрел на нее и тихо выдохнул:

– Майя, послушай, сейчас в Цветоче стало опасней…

– Опасней, чем в столице?

– Возможно, – сдержанно ответил ректор и опять глянул на газету. – У меня сейчас много забот, еще и тебя тянуть…

– Меня не надо тянуть, – спешно заверила Майя. – Я со всем справлюсь сама!

– Я вижу, – прошелся профессор по девушке взглядом. – То, что произошло на уроке мадам Пуфы, означает, что у тебя сильный магический источник. Из-за того, что его долго не тревожили, он резко прорвался. Тебе повезло, что на тебе был защитный плащ и перчатки. Иначе бы тебе выжгло руку… – Майя вспомнила дыру в доске. От мысли, что такая же могла зиять в ней, по коже побежали мурашки. – Это доказывает, – продолжал ректор, – что магический источник у тебя с хорошим потенциалом. Но тут две стороны медали. У магов с большим магическим запасом проблема обычно в нестабильности круга заклинания.

– Именно поэтому я никак не могу уехать, – уверенней заявила Майя. – Я должна учиться, учиться и еще раз учиться!

Мужчина хмыкнул, явно не разделяя энтузиазма дочери. Немного подумав, он сказал:

– Ладно, учись. Но только пообещай мне, что не будешь ходить по городу одна, а ночью – даже в компании. – Майя активно закивала. – Тогда возвращайся к занятиям. Но перед этим…

Он встал, обошел стол и протянул руку к лицу девушки. Прошептав что-то, он медленно повел ладонь вдоль лица дочери. Майя ощутила легкое щекотание на коже. Как будто сотни ниточек скользят по ее щекам и носу. Когда отец опустил руку на одежду, она увидела, как исчезает сажа с белой ткани плаща.

– Какое полезное заклинание, – заметила она, как только чародей убрал руку. – Спасибо.

Мужчина кивнул и вернулся за стол. Когда Майя выходила, он уже читал газету, нахмурив брови. К счастью, возвращаться обратно на занятие мадам Пуфы не пришлось – началась перемена. Майя оставалось просто забрать вещи. У входа в аудиторию Основ Чароплетения ее ждал сосед по парте, держа в руках ее сумку.

– Я сложил вещи, – сказал он, протягивая девушке сумку.

– Спасибо, – обрадовалась Майя.

Было просто замечательно, что не придется заходить в аудиторию мадам Пуфы.

– Ты не знаешь, как пройти в трапезный зал? – поинтересовался Стефан.

– В столовую, в смысле? – хмыкнула Майя. – Это просто – надо следовать за толпой.

Стефан непонимающе поднял брови. Они спустились на первый этаж, а там быстро вышли к залу со столами и скамьями.

– Ух ты! Ты права! – обрадовался Стефан, с восторгом рассматривая столы, пока они шли к прилавку. – Как ты поняла, что толпа приведет, куда надо?

– Ну, это ведь очевидно. Куда спешит большая часть учеников на большой перемене? – хмыкнула Майя. – Разве в твоей школе не так было?

– Я не ходил в школу. Меня учили дома.

Он направился прямо к кассе, и Майе пришлось его притормозить.

– Надо взять поднос и встать в очередь, – объяснила она.

Стефан немного растерянно посмотрел на нее. Тогда Майя повела его в конец выстроившегося у прилавка ряда, взяла со стола два подноса и дала один ему. Парень на все это смотрел с явным интересом, что только подтвердило подозрения Майи: он впервые был в заведении общественного питания.

– И я могу все это взять? – любопытно рассматривал блюда на витрине парень.

– Смотри, чтобы денег хватило, – предупредила Майя.

Она достала свой кошелек и заглянула в него. Там сиротливо лежало две медных монеты по двадцать пять лепров*. Майя только вздохнула. На неделю должно хватить, если разумно тратить. А потом… потом придется просить у отца?

Майя тут же откинула эту мысль. После всех неприятностей, что она уже успела ему доставить, последнее, что она бы себе позволила, это просить денег. Особенно после того, как она почти клятвенно пообещала, что будет со всем справляться сама. Работу, что ли, найти? Но Майя никогда раньше не работала.

Пока она напряженно размышляла, как будет выживать последующие месяцы, подошла их очередь: девушка купила рогалик, Стефан положил глаз на мясной пирог. Они пошли искать стол.

Часть зала уходила под террасу, с которой открывался вид на Рубиновый Бульвар. Один столик как раз освобождался. Только одно смутило Майю: за соседним столом сидело несколько ребят с их курса, где была и Лаура, и красноволосый. После случившегося на уроке хотелось избежать компании однокурсников, а особенно этих двух. Но Стефан быстро зашагал к освободившемуся столу, да еще позвал за собой Майю. Девушка, чувствуя неловкость от взглядов со стороны соседнего стола, села около Стефана. Некоторое время сокурсники за ними молча наблюдали. А затем вернулись к своему разговору, и Майе стало спокойней. Она уже с предвкушением открыла рот, чтобы откусить край рогалика.