Добрался до разделённого на две неравные между собой половинки десятого класса. Одна из них была как обычно немного заспана, немного ленива и в принципе смирившаяся с неизбежностью. И готовая внимать знания, что я буду в них вкладывать. Но вторая…

— Что убитые такие? — спросил я вместо приветствия, проходя мимо к двери, ребят, которые побывали на «вечеринке» и отделившиеся от класса как раз на вторую группу.

Вид у них был так скажем не очень. Волосы плохо уложены или просто не расчёсанные, мятая форма, мешки под глазами.

И одна только Алина выглядела в этой группе вполне обычно, и даже немного жизнерадостно. Но не злорадствовала, хотя я бы так и сделал на её месте.

И немного подумав, понял. Что мне ничто не мешает это сделать. Так что, когда я спрашивал их по прошлой теме урока, я поднимал с места и задавал вопросы только тем, кто вчера «отдыхал».

Как же было приятно смотреть на мучающихся и прямо-таки зависающих в затруднении ответить ребят. Их кислые лица после того как я называл их имя или иногда фамилию. Как было хорошо на душе, когда они пытались понять, что я только что сказал и как на это ответить… М-м-м.

Нет, я не садист и всяких наклонностей у меня нет, по крайней мере я не замечал. Но поиздеваться то хочется.

Не трогал я только старосту, ей я просто дал задание заполнить журнал как классный руководитель и не отвлекал. За что она меня молча поблагодарила глубоким кивком головы.

И вот, после пятнадцати минут, отведённых на урок, когда я уже собирался заканчивать этот цирк и переходить к следующей теме, мне поднесли отличный подарок.

Друг и сосед по парте объекта младшего, Федя, не выдержал-таки и хоть и тихо, но простонал, схватившись за голову:

— За что нас так?

Некоторые, кто его услышал и был вчера дома у Виктора, молча и с теми же кислыми лицами покивали в знак согласия.

А я.

А что я?

Я не устоял и решил-таки немного открыться:

— Закусывать надо было… — тоже тихо сказал я, смотря в учебник, и старался держать лицо без тени какой-либо насмешливой эмоции.

Крем глаза, так как всё ещё посматривал в учебник, заметил, как вздрогнули все те, кто понял о чём речь и побледнели. Не сильно, но всё же.

Дальше эту тему я развивать не стал так что просто начал вести урок в обычном режиме, а потом ещё один, потом ещё и ещё…

После уроков, позвонил Ольге. Узнать, как она, сказать, что всё с Витей хорошо. Да и в школе дела нормально. В общем поболтав около получаса, во время которого я в основном слушал и поддакивал в нужных моментах. Завершил разговор.

Ничего экстраординарного не случилось, по крайней мере с точки зрения Ольги. А Хель…

Ну позже позвоню, наверное, только дома. Не буду отвлекать, а то опять начнёт издеваться.

В общем спокойно завершив этот учебный день, направился домой, так же сопровождая Виктора.

А когда уже подъезжал к дому, начал замечать тревожные знаки. Точнее мне сначала стало просто не очень хорошо на душе. А потом уже начал подмечать странности. Малозначительные и практически не заметные, но всё же.

Например, Ворота гаража как будто открывали, хотя понять это было сложно. Но я-то вижу.

А ещё коврик под дверью был немного смещён. Возможно его просто зацепила Алина, когда выходила из дома последней. Но опять же, мне это не нравится. Тревога моя нарастала с каждой минутой.

Машину я не стал загонять в гараж. Просто оставил рядом с домом и направился сразу к входной двери.

Дверь от ключа открылась обычно, следов взлома и царапин от отмычек я не заметил, так что возможно просто разыгралось моё воображение.

Но я не стал просто так игнорировать своё чувство тревоги и заходил домой с пистолетом на изготовку, сразу снятым с предохранителя, а один патрон уже был в стволе.

Свет был везде выключен, вода и электроприборы не работали, ну кроме того же холодильника и другого подобного оборудования. В общем казалось, что у меня просто поехала крыша. И снова это, но…

Резко выскакивая из коридора навожу пистолет на диван в гостиной и делаю три выстрела.

Уж лучше «пере…» чем «не до…».

— Хей! — услышал я возмущённое восклицание. И сразу узнал ненавистный мне и хорошо известный немного старческий голос с хрипотцой. — Я что, так, тебя учил встречать гостей?

— Да. — холодно и раздраженно ответил я.

— Хм-м… — задумался всё ещё скрытый за спинкой дивана старик — Ну да, правильно. Учил.

А потом из-за спинки показалась сначала рука, что, получив опору потянула на себя и верхнюю часть тела.

Бах!

Я выстрелил ещё раз. Ну пожалуйста…

— Не попал. — прокомментировал Наставник и показал какую-то толстую книгу, что держал в руках. И в которую попало все четыре выстрела.

— Тц.

— Да ладно, неужели ты настолько не рад меня видеть? — возмущённо радостно заговорил он и начал подниматься с дивана.

— Когда же ты помрёшь? — спросил я скорее Небеса, чем его, но ответили мне к сожалению, не первые.

— Не дождёшься! — гордо выпрямился он.

— Чёртов колдун.

— А ещё ведьмак и тень! — возмущённо добавил он.

Да, старикашка был экстраординарно одарён. Он был одновременно и ведьмак, который специализируется на уничтожении множественного числа живой силы. Так и тень, которые специализируется на скрытности. Но это видимо оказалось для него мало, и он ещё и стал колдуном. Они в основном работают на незаметной охране, защите. Внедрении и слежении.

Разница между тенью и колдуном была, хотя не многие это замечали. Тени более узкоспециализированы. И в основном их работа — тихое устранение. А колдуны более разносторонни.

Кстати многие из колдунов крутятся в мировой политике, в качестве как самих политиков, так и их окружения. В плоть до личной охраны и прислуги в доме.

Так вот, прямо передо мной, был один из самых страшных кошмаров половины сильнейших и могущественнейших мира сего.

Он был необычайно одарён. И имел на сколько я знаю ранги мастер в ведьмачестве и тени. А колдун он был немного посредственный, лишь профи. Но если кто-то посчитает что он слаб, то это будет его последняя ошибка в этой жизни.

Такого сочетания навыков ведения боя я не видел ни у кого из своих противников и коллег. Он сам разработал для себя самую оптимальную систему работы огнестрельного, холодного и рукопашного боя.

И даже я. Тот, кто стоял на ступень выше чем он и имел ранг ультра не мог его победить. Хотя если быть полностью откровенным, то никто из нас и не пытался друг друга убить на ПОЛНОМ серьёзе. Всегда нас ограничивали какие-либо рамки адекватности.

По сути, так как в тёмной стороне этого мира есть такие люди, их решили делить на несколько категорий. И выглядела эта лестница таким образом:

Новичок — «ты никто».

Солдат — «ты прошел войну или побывал в горячих точках».

Ветеран — «ух ты, ты продолжил карьеру и выжил, но надолго ли?»

Профи — «хмм… да ты крут. С тобой можно считаться».

Подмастерье — «а с вами приятно иметь дело».

Мастер — «да Вы чёртов Бугимен».

Ультра — «Уважаемый(ая) Вас боится даже Дьявол».

Получение новых рангов очень сложная экзаменационная система, в которой вы и не участвуете непосредственно. Просто за вами следят, анализируют вас и ваши действия, а затем выносят вердикт.

Сейчас в мире есть около ста тысяч профи. Подмастерье где-то под десять тысяч человек. А мастеров около двух-трёх сотен.

А вот ультра… Их всего четверо. Включая меня.

Правда это не точно. Так как это только известные и не засекреченные люди. Так что, если не забывать про секретные службы, по секретнее даже нашей Организации, их будет побольше, но незначительно. Точно меньше десяти.

Как таковое это сравнение не точно. Потому что там, где хорош ведьмак, там слаба та же тень, даже если их ранги будут одинаковы. У каждой специализации есть свои плюсы и минусы. И порой всё зависит даже больше не от них, а от обстоятельств. Даже банальный «камушек в ботинок попал» меняет исход боя равнозначных сил в сильный перевес одной из сторон.