Дошагав до того переулка, из которого появилась эта машинка, я резко остановился. Там вдалеке виднелась летняя терраса ресторана. На ней сидели люди и ели, а до меня даже аромат чего-то вкусного долетел! Я сломя голову бросился на пленительный запах. Увы, все столики на веранде были заняты. Но я не сдавался! Наверняка есть еще внутренний зал!
Я нырнул в полутемное помещение. От умопомрачительных ароматов, там царящих, я едва не потерял сознание. Увидев официантку, торопливо и виртуозно несущую на руках четыре огромные тарелки с чем-то очень аппетитным, я судорожно сглотнул и рванул ей навстречу, даже не удосужившись осмотреть помещение на предмет свободных столиков.
– Я хотел бы пообедать! – с воодушевлением сказал я.
Женщина от неожиданности встрепенулась и воззрилась на меня, как на внезапно выросшего из-под пола пингвина.
– Мне жаль, синьор, но все столики заняты, а до закрытия остается всего полчаса, – красноречиво смотрела она на меня, намекая, что даже при наличии свободных столиков я уже опоздал.
– Я могу поесть просто на стуле снаружи! Даже на ступеньках! – умоляюще сложил я руки.
Взгляд женщины оставался непреклонным. Она, как и я, сдаваться не собиралась, хотя в голосе ее прозвучало почти извинение:
– Синьор, мне очень жаль, но я боюсь…
– Вы хотите моей голодной смерти? Я с шести утра ничего не ел! – произнес я жалобно. На самом деле, ел я часов в семь утра, но сейчас было почти три! А завтракал я, как обычно: только чашкой кофе и круассаном.
– Если вам это подходит, можете сесть за мой столик, – раздался откуда-то снизу женский голос.
Я повернул голову влево и опустил глаза. Примостившись за крошечным столиком на двоих, снизу вверх на меня смотрела широко улыбающаяся женщина. Она мне показалась самой доброй и красивой на свете, самой мягкосердечной и понимающей.
– Спасибо! – со всей искренностью принял я приглашение, поспешно занимая свободный стул, пока женщина не передумала, а официантка не успела возразить. Последняя одарила меня неодобрительным взглядом, но, тем не менее, сказала вполне вежливо:
– Я мигом приму у вас заказ.
Естественно мигом! Кто знает, чего ждать от настолько голодного посетителя.
Я снова посмотрел на свою спасительницу. Нет, она в самом деле была симпатичной и обладала обворожительной улыбкой. И темные глаза ее тоже улыбались и светились приветливостью.
– Спасибо еще раз. Надеюсь, я вам не помешаю? – наконец смутился я своей порывистости.
– Если бы вы могли мне помешать, стала бы я вносить подобное предложение? – лукаво улыбнулась она.
Логично.
– Раз уж нам предстоит разделить трапезу, разрешите узнать ваше имя? – спросил я у своей спасительницы.
– Сабрина, – ответила она, беря с тарелки брускетту. – Угощайтесь, – кивнула она на закуски. Видимо, взгляд у меня был чрезмерно голодным.
– Спасибо, но мне немного совестно…
– Никаких проблем. Можно ведь и еще одну тарелку заказать, – резонно заметила она.
В этот момент перед моим взором материализовался блокнотик в женских руках и тонко отточенный карандаш, и я, подняв глаза, подарил бессердечной официантке одну из своих самых признательных и лучезарных улыбок.
– Еще тарелку с брускеттами, – тут же заказал я.
Она кивнула, а затем поинтересовалась:
– Первое блюдо?
– Конечно. Что у вас сегодня готовят?
– Лазанья с грибами, pici con ragu' di cinghiale10… – начала она перечислять, глядя на меня сквозь очки, сидящие на самом кончике носа, будто учительница на провинившегося ученика.
– Pici con ragu' di cinghiale, – остановил я ее. В конце концов, я придерживался мнения, что в путешествиях надо пробовать местную кухню, а лазанью я поем где угодно. – Второе?
– Bistecca con patate al forno11…
– Превосходно, – в предвкушении протянул я.
– Вино?
– Обязательно! – кивнул я и с жадностью отправил в рот брускетту с помидорами.
– К pici подойдет «Rosso di Montepulciano», – сообщила она авторитетно.
– Я полностью доверяю вашему мнению, – улыбнулся я, и строгая синьора удалилась, захлопнув на ходу свой блокнотик.
Я обвел беглым взглядом зал. Помещение было крошечным, а за всеми восьмью столиками теснились посетители. Судя по выражению их лиц, кормили здесь отменно.
– А как вас зовут? – полюбопытствовала моя сотрапезница.
– Армандо, – пробубнил я с набитым ртом, хрустя брускеттой.
– Путешествуете?
– Не совсем. Я приехал всего часа полтора назад, чтобы пожить на ферме. К обеду опоздал и никак не думал, что будет такой проблемой найти, где поесть. А вы?
– Я живу здесь на правах местной жительницы, – засмеялась Сабрина, и я еще раз убедился, что улыбка у нее очаровательнейшая.
Теперь, когда мой желудок начал верить, что я не уморю его голодом, ко мне вернулась моя наблюдательность. Я тут же разглядел, что волосы у Сабрины были какого-то необычного оттенка: они отливали рыжим, хотя, возможно, это приглушенный теплый свет остерии, отражающийся от кирпичного цвета стен, давал такой эффект. Несмотря на то, что они были забраны сзади в хвостик, несколько густых локонов выбились и огненной копной легли ей на лоб, придавая облику Сабрины задорности и очарования.
– Откуда вы? – спросила она.
– Из Милана.
– Красивый город… – прокомментировала Сабрина, но, судя по скептически искривившимся губам, она это сказала только, чтобы не обидеть меня.
– Как живется в Монтепульчано? – поинтересовался я, отправляя в рот следующую брускетту. – Не скучно?
– Скучно? – изумленно взметнулись вверх ее тонкие брови. – Нет, совсем не скучно. Особенно вечерами. Тут все гуляют, ужинают, поют и танцуют. Город ведь маленький, все друг друга знают. Ну, или почти все, – с улыбкой уточнила она. – Да и праздников традиционных, фестивалей всяких тут немало. Так что скучать не приходится.
– Как здорово! Я боялся умереть от скуки.
– Какая отвратительная картина о Тоскане у вас сложилась, – покачала Сабрина головой.
– Скажем: о жизни в сельской местности, – поправил я. – Видите ли, я родился и вырос в Милане, привык к сумасшедшему ритму и не представляю, как можно жить в таком медленном городе.
– Каким же образом судьба забросила вас сюда «пожить»?
– Можем ли мы перейти на «ты»? – предложил я.
– Конечно, – с радостью согласилась она. Да, наверное, когда знаешь весь город, со всеми имеешь неформальные отношения, сложно общаться официально со всякими туристами.
– Я впал в депрессию по причине развода, и моя адвокатесса посоветовала мне отправиться в Тоскану, чтобы обрести себя и покой.
– Какая мудрая женщина! – оценила Сабрина, но я почувствовал, что скептически улыбаюсь.
– Я до сих пор не уверен, что было с моей стороны разумно следовать ее совету, – признался я.
– Увидишь, что ты изменишь свое мнение, – улыбнулась Сабрина. – Мне жаль, что ты разводишься…
– Мне тоже, – почувствовал я, как улыбка сползает с моего лица.
– Однако, Тоскана – лучшее лекарство, чтобы вылечить депрессию! – озорно улыбнулась она.
– Будем надеяться, – отозвался я кисло. Не понимаю, как люди так легко могут рассуждать о подобных вещах? Брак что, не имеет ценности, чтобы с улыбкой говорить о его разрушении? – Чем занимаешься по жизни? – решил я сменить тему, раз уж она не видит ничего плачевного в разводе.
– Я работаю в сфере недвижимости. Продаю, сдаю в аренду…
– И что, много здесь покупают?
– Случается. Хотя больше арендуют. К тому же я помогаю снять жилье и туристам на короткие периоды, поэтому работы хватает. А что касается продажи, то в этом направлении я работаю не только здесь, в Монтепульчано, но и вообще по всей Тоскане, а во всем регионе продаются не только дома или апартаменты, но и целые фермы.