За разговорами обед затянулся и плавно перешел в ужин, а когда последний пирог был съеден, и гости глянули в окно, оказалось, что за ним уже сгущаются сумерки.

Измотанные долгой дорогой, новыми впечатлениями и смутными предчувствиями подростки с явным облегчением отправились готовиться ко сну.

Женщины принялись убирать со стола.

– Пойду-ка я пройдусь, – сказал Вадим, натягивая в прихожей резиновые сапоги, – больно место тут интересное.

Но только он произнёс эти слова, небо вдруг озарила вспышка молнии, а дом содрогнулся от раскатов грома и барабанной дроби хлынувшего на крышу дождя.

– Вот и погулял, – с досадой буркнул мужчина.

– Не расстраивайся, завтра нагуляемся, – успокоила его жена. – Лучше пойди отдохни, ты ведь целый день за рулем.

– И то верно, – со вздохом согласился Вадим, стянул сапоги и стал подниматься по лестнице.

На последней ступеньке он задержался и обратился к хозяйке дома: – Спасибо, Елена Захаровна, за угощение! Пироги у Вас отменные!

– На здоровье! – озорно сверкнув глазами, ответила пожилая женщина.

***

Поздним вечером Лина сидела у окна, наблюдая за сползающими по стеклу каплями. Она любила смотреть на дождь. Ещё в раннем детстве мать научила её не бояться грозы и не вздрагивать от внезапных вспышек молний или раскатов грома.

Приезд сверстников поверг девочку в смятение. Вместо тихого и скучного отдыха, с которым она почти смирилась, теперь предстояло общаться с новыми знакомыми.

В памяти всплыло лицо голубоглазого юноши по имени Егор, избалованного вниманием окружающих. Она и сама легко поддалась силе его обаяния. Едва вспомнив об этом, девочка зарделась.

В противовес словоохотливому блондину, темноволосый паренек держался отстраненно. Он был почти незаметен на фоне яркого и харизматичного Егора. Лина, к своему стыду, даже имени его не запомнила.

Рыжеволосая девчушка, что даже за столом не выпускала из рук альбома для рисования, показалась Лине довольно милой. А вот брюнетка с идеально гладкими волосами и брезгливо поджатыми губами симпатии не вызвала.

Таких задавак Лина старалась избегать. Глубоко внутри она чувствовала зависть к новой знакомой. Рядом с эффектной брюнеткой, девочка казалась себе простушкой не достойной внимания. Её волосы не были достаточно гладкими и блестящими, а глаза – выразительными. От гнева на саму себя Лина нахмурилась.

– Ты чего дуешься? – прервала её мысли вошедшая в комнату Маргарита.

– Я не дуюсь, – возразила Лина, прекрасно зная, что скрыть что-либо от матери невозможно.

Всякий раз, когда она пыталась о чем-то умолчать или сказать неправду, та тут же ловила её, будто видела всё насквозь и умела читать мысли. Но в этот раз Маргарита не обратила на ложь дочери никакого внимания. Она присела рядом с дочерью и внимательно посмотрела в окно.

– Что-то случилось? – поинтересовалась Лина, заметив тревогу в её взгляде.

Мать вздрогнула и поспешно покачала головой.

– Всё в порядке. Как тебе ребята?

Девочка неопределенно дернула плечами.

– Ребята, как ребята. Я так и не поняла, мы что, родственники?

Мать посмотрела на неё с улыбкой.

– Очень дальние, но нас связывает нечто большее, чем кровное родство.

– Ты говоришь загадками. Почему не предупредила, что они тоже приедут?

– Я не была уверена. Скоро ты всё узнаешь, а пока просто наслаждайся общением. Ты же мечтала о брате или сестре.

– Я уже передумала! – нарочито резко ответила Лина, и они рассмеялись.

– А хозяева? Зачем им такой большой дом на двоих?

– Они очень гостеприимные.

– Ну да, потому и спрятались вдали от людей, за рекой и лесом, – с сомнением сказала девочка. – Странно всё это…

Она снова перевела взгляд на капли, ползущие по стеклу. Даже гроза здесь какая-то необычная – без ветра, и деревья за стеной дождя стоят, точно заколдованные истуканы.

***

– Смотри, что тут есть! – позвала Егора сестра, исследуя смежную комнату с помощью встроенного в смартфон фонарика.

Девочка полностью скрылась в темном проеме, поэтому голос её звучал приглушенно.

– Что там? – без особого интереса спросил Егор.

Семье Лугининых тоже достались комнаты на втором этаже. Из двух спален Егор с сестрой выбрали себе помещение большей площади. Так было проще терпеть вынужденное соседство, ведь дома каждый из них обладал личным пространством.

Впрочем, всё было не так ужасно: две кровати с аккуратными стопками постельного белья поверх покрывал, шкаф, большой резной комод, а у окна столик, который Алиса сразу заняла принадлежностями для рисования. В углу девочка обнаружила ширму, которой тут же отгородила свою территорию.

Поначалу брат и сестра решили, что вторая дверь в их комнате ведет в чулан или гардеробную, но помещение за ней оказалось намного больше обычной кладовой.

– Книги! – восторженным шёпотом произнесла Алиса, её маленькая головка на мгновение вынырнула из темноты. – Тут сотни книг!

Егор удивленно посмотрел на сестру, а затем махнул рукой.

– Какая-нибудь древняя макулатура. Они, наверное, этим печку топят.

– А вот и нет! – возразила девочка, вернувшись в комнату. – Там целая библиотека. Всё аккуратно по полкам разложено.

– Книги – это хорошо, – равнодушно буркнул Егор,– будет чем заняться дождливыми вечерами.

Алиса бесшумно прикрыла таинственную дверь.

Присев на кровать, она принялась выкладывать из рюкзака вещи.

Егор подошел к окну и выглянул на улицу. В желтом свете отчетливо виднелись только вертикальные струи дождя, а дальше громоздилась непроглядная тьма.

Почему-то подумалось о девочке со странным именем Лина. Он вспомнил, как неожиданно ярко сверкнули её темно-серые глаза, когда при знакомстве они пожали друг другу руки.

– Как тебе наши новые родственники? – спросил он сестру.

– Тётушки весёлые, – отозвалась Алиса, – а насчет ребят пока сложно сказать. Лина вроде адекватная, Саша слишком замкнутый…

– Да, мне тоже показалось, что он тихоня.

– Сам ты тихоня!

Выпад был неожиданно резким. Егора так удивила эта странная реакция, что он повернулся и внимательно посмотрел на сестру. Она уже закончила копаться в вещах и теперь невозмутимо разглядывала в альбоме сделанные за день наброски. Но Егор слишком хорошо знал сестру, чтобы не заметить ее волнения.

– А та, другая? – спросил парень, вспомнив про смазливую брюнетку.

– Соня? – перепросила Алиса, благодарная брату за то, что не стал приставать с расспросами. – Если честно, я таких побаиваюсь. Но тебе, наверное, с ней будет интересно.

Егор вопросительно взглянул на сестру.

Алиса на мгновение задумалась, а потом сказала:

– Ну, она красотка, модница и всё такое… Вы с ней одного поля ягоды. Парни вроде тебя на простых девчонок не смотрят.

Егор рассмеялся наивным рассуждениям сестры.

– Ты-то откуда знаешь?

Но Алиса оставалась вполне серьезной.

– Вот увидишь, когда вы поближе познакомитесь, она обратит внимание именно на тебя, а ты – на неё. Подобное притягивается к подобному.

– Ты глупая, она мне даже не понравилась, – возразил Егор.

– А тебе вообще мало кто нравится. Я порой думаю, не терминатор ли ты, нет ли у тебя внутри металлического скелета, – театрально вздохнув, произнесла Алиса и умолкла, всем видом демонстрируя, что разговор окончен.

«Какая чепуха!» – с раздражением подумал юноша, но слова сестры засели в голове.

Девчонки всегда бегали за ним, а он наслаждался их вниманием. И хотя сравнение с бесчувственным роботом задело за живое, в глубине души Егор знал, что сестра в чем-то права. Всё давалось ему слишком легко: учеба, девчонки, спорт. Везде он получал самое лучшее. Так казалось окружающим. Но было ли это лучшим для него самого?

***

Соня закуталась в шерстяное одеяло и отвернулась к стене. Она ещё не спала, а прислушивалась к звукам, доносящимся из комнаты этажом ниже. Там внизу, пытаясь уснуть, ворочался на кровати отвратительный тип, который за весь день так ни разу и не взглянул на неё. Глупый дурак! Соня к такому не привыкла. Она сама не понимала, отчего вдруг так взъелась на молчаливого паренька.