Шейн со вчерашнего дня преследовал его. Взгляд намекающе спрашивал и про Филипа, и про Дэрила, но Рику нечего сказать. Увиденное слишком шокировало его. Рик потратил несколько часов, чтобы решиться поговорить с Алленом и продумать, насколько сильно это может повлиять на других людей. Еще час он успокаивал мужчину и просил не рассказывать остальным. Груз вины давил на него, и вместо того, чтобы остаться в тюрьме, начать решать проблемы, он ушел, как и Дэрил раньше, в лес. Впрочем, что ни делается, то к лучшему. Зато он притащил в тюрьму пару тушек зайцев — хоть какое-то мясо.

Затуманенный взгляд скользит по тюрьме. Сознание едва ли замечает безликих людей, снующих туда-сюда. Взгляд бы так и продолжил скользить в никуда, если бы неожиданно не застопорился. Рик напрягся. Он недоверчиво смаргивает, отводит взгляд и возвращает его. Внутри все сжимается.

Дэрил. Живой, хоть и хорошо потрепанный. Рик впивается в него взглядом, жадно вглядывается в его тело и отмечает каждую деталь, каждое изменение в нем. Неестественно выпрямленная спина, тремор пальцев рук, глубокие морщины на лбу, которые видны даже отсюда. Пряди влажных после душа волос прилипли к лицу и щекам, но им не под силу спрятать синевато-бледный цвет лица. Уже то, что Дэрил перед тем как прийти сюда пошел в душ, заставляет кишки обеспокоенно сжаться.

Пока Рик следит за ним, Дэрил с Мэрлом успевает подняться по лестнице и скрыться в камере. И ведь Дэрил даже не останавливается. В мозгу щелкает. Рик подскакивает, перед глазами появляются мушки, а тело отзывается слабостью, но он даже не думает о том, чтобы сбавить скорость. Он рвется вперед, спотыкается и хватается за перила. В мозгу пульсирует одно — Дэрил здесь.

Еще один рывок вперед. Рик хватается матрас, как утопающий за тростинку, и резко отдергивает его в сторону. В нос бьет пропитавший камеру запах сигарет и, что удивительно, спиртного. Как же Рик отвык от этого, сильно натянутая струна немного ослабляется.

Рик находит взглядом Дэрила, концентрируется на нем как на единственной своей цели. И все же кое-что мешает. Рик едва ли скашивает взгляд на Мэрла.

— Уйди отсюда, — зло рычит он. — Дай поговорить с Дэрилом.

— С чего бы? — фыркает Мэрл. — Ты в моем доме. Так что иди на хуй.

У Рика нет желания спорить. Он просто достает оружие и направляет его на Мэрла. Сейчас он может ранить, и никаких угрызений совести не будет.

— В эту игру можно играть вдвоем.

Краем глаза Рик замечает движение. Мэрл тоже достает оружие, дуло смотрит в висок, но разве это страшно? Граймс сверлит взглядом Дэрила, пытается привлечь его внимание. А мужчина просто садится на кровать, горбится, столь усталый и замученный, что его становится жалко.

— Мэрл… — тихо произносит Дэрил, и Мэрл, помешкав, сдается. Проходя мимо брата, мужчина многозначительно хлопает его по плечу и ведь уходит, пускай и оставляя после себя чувство недосказанности и беспокойства.

Тишина накрывает их, все заботы уходят в сторону. Рик пытается ухватить хвостик ускользающей мысли, но та оставляет на призрачной ладони только скользкий след. Каждая струна души дрожит, мозги превращаются в кашу. Рик отлично понимает, что плывет, но ничего не может сделать с этим.

Похоже, только он волнуется, потому что Дэрил выглядит абсолютно спокойным, скорее даже скучающим.

— Я не собираюсь сходиться с Лори, — первое, что выпаливает Рик. — Она все так же с Шейном.

— Мне все равно.

Рик не обижается, это его даже не задевает. Он шагает вперед, садится рядышком, прижимается к его плечу. Что радует, Дэрил не пытается отодвинуться, да и расслабляется тут же.

— Я скучал, — честно признается Рик.

Он аккуратно передвигает руку. Сердце прыгает в желудок, стучит так громко, что оглушает. Ладони потеют. Осторожно, все еще неуверенно Рик накрывает чужую руку и слегка сжимает. Он чувствует дрожь, а скорее даже мелкий тремор мышц. С языка так и рвется вопрос, но Рик глотает его, не дает своей гребанной натуре испортить все, что так долго строилось.

— Дэрил…

Диксон оборачивается. В полумраке его глаза нездорово поблескивают, вблизи становится видно то, что Рик до этого не заметил — впавшие щеки, потемневшие синяки под глазами. Он тянется и осторожно прижимается к расслабленным сухим губам, и те поддаются. Как же Рик скучал. Но даже за своими эмоциями он замечает странную горечь, которую не смогла скрыть мята зубной пасты. Лекарство? Эта мысль откладывается куда-то поглубже в темноту сознания, не давая отвлекаться от более важных вещей.

Кожа под пальцами кажется сухой, больше похожей на пергамент. Щеки впали, не нужно даже слишком давить, чтобы почувствовать его зубы. Скулы заострились, а впадины глаз углубились. Нежность и боль сжимает сердце. Рик слегка отстраняется, но стоит увидеть, как Дэрил слепо тянется к нему, вновь прижимается к губам. Он аккуратно заправляет влажную прядь волос за ухо мужчины и все же разрывает поцелуй.

— Трахнемся? — тихо спрашивает Дэрил.

— Нет, — Дэрил заметно вздрагивает. А Рик тянет его на кровать, сам вжимается в стену, в попытке предоставить достаточно места. — Давай просто полежим.

Дэрил мешкает, но все же вытягивается рядом. Еще пара секунд для того, чтобы устроиться удобнее. Рик протискивает между бедер Дэрила колено, подбирается рукой ему под шею и притягивает еще немного ближе. Наконец-то они рядом, так близко друг к другу, что уже не убежишь. Рик прикрывает глаза и вновь тянется к мягким губам. Да, так целоваться намного удобнее. Он невесомо поглаживает висок и щеку Дэрила. Потихоньку тяжесть накатывает на него, глаза начинают слипаться, он начинает засыпать…

***

Черное пустое пространство встречает его как старого друга. Недалеко что-то шуршит, словно тысячи маленьких ножек топают по полу. Слишком резко кто-то подкручивает контраст. Темнота не становится светлее, но теперь Рик может с легкостью различит предметы. Его ноги, оказывается, стоят на мягком теплом песке, а в шагах пяти от него медленно движется такая же черная вода. Так спокойно и умиротворенно, что хочется опуститься на бережок, погрузить ноги в воду и просто расслабиться.

Перезвон колокольчиков заставляет перевести взгляд от реки. Недалеко появляется белая фигура, которую Рик с легкостью узнает. Джудит. Снова белое платьице, такие же носочки и аккуратненькие туфельки. Маленький ангел, который всегда останется его лучиком солнца.

— Привет, — с улыбкой произносит Рик. В уголках глаз формируются капельки слез.

— Привет. Красиво здесь, правда?

Джудит обхватывает его ладонь и тянет за собой, поближе к воде. Смоляная поверхность слегка поблескивает. Такая красивая, что притягивает к себе, но они приближаются медленно, даже как-то торжественно. Носки ботинок оказываются у самой кромки, Рик останавливается. Джудит присаживается на корточки и тянет пальчики к воде. На белой коже остаются чернильные потеки.

— О, смотри!

Испачканные в смоле пальцы тычут куда-то выше по течению. На подушечке набухает поблескивающая капля, став больше, она срывается, чтобы вновь слиться с течением. Рик переводит взгляд на то, что показывает Джудит. Взгляд не сразу фокусируется. Что-то светлое довольно резко выделяется на темном фоне, приходится подождать перед тем, как становится понятно, что это. Дыхание перехватывает, и даже не смотря на то, что все это всего лишь сон, на лбу выступает пот.

— Такой спокойный, — ласково произносит Джудит.

По спине пробегают мурашки, все внутренности сжимаются, а перед глазами темнеет. Карл! Бледная мертво-серая кожа, абсолютно пустой взгляд. Не нужно даже подходить ближе, чтобы понять, что он мертв. Если бы это был не сон, Рик сошел с ума, а так ему остается только выть в мыслях. По щекам стекают горячие слезы. Вот только на этом все не заканчивается. Вслед за Карлом появляются знакомые тела. Все здесь: Хершел, Мэгги, Бет, Лори, Шейн и даже Дэрил…

— Не нужно бояться, им хорошо, — голос Джудит звучит звонкими колокольчиками. — Смерть не страшна. Смерть есть естественное окончание жизни. Это благословление.