Король даже предпринял тайную поездку до границ предела Агаден, чтобы заставить говорить Шоту, но ведьма снова разочаровала его — она снизошла лишь до короткого разговора, во время которого снова язвительно посоветовала ему обратиться за помощью к самому Создателю. Просить о помощи Зедда Магистр не захотел, зная, что волшебник не станет помогать ему по собственной воле, кроме того, такое дело могло быть не под силу даже волшебнику первого ранга.
Он снова оказался в тупике: главный королевский чародей топтался на одном месте, блеял что-то невразумительное, каждый месяц обещая найти отгадку, но всё было тщетно…
Даркен Рал прекрасно понимал, что, Шота была абсолютно права — подарить новую жизнь полуистлевшим останкам могла лишь сама Создатель. Через полгода бесплодных попыток король готов был попробовать отыскать ту самую девушку, которая появилась в Срединных землях во время войны с Хранителем. Она утверждала, что она — Создатель и совершала чудеса, подвластные лишь мощи Создателя.
Что, если попытаться найти её? Если она и впрямь та, за кого себя выдаёт, то она сможет помочь ему. Надежда была призрачной, но попробовать всё же стоило.
И король стал готовить тайное путешествие в Древний мир, во дворец пророков, где могла находиться та, что именовала себя Создателем. Однако, как долго продлится это путешествие и чем оно закончится, Рал предугадать не мог.
Оставлять вновь разросшуюся Империю на одного лишь Эгримонта было неразумно, в стране должен править король, а не первый советник. Нужно было что-то решать.
Прикинув в уме примерное время появления на свет их с Евой ребёнка, король принял решение и вызвал к себе Эгримонта.
— Эгримонт, у меня для тебя важное задание, — сказал Магистр. — Ты всегда был верен и предан дому Ралов, а потому я могу довериться лишь тебе.
— Это для меня честь, мой Лорд! — покорно склонился советник.
— Я решился на тайное путешествие, которое может стать долгим, — продолжил Магистр, — Пока меня не будет, страной должен кто-то управлять. Поэтому, как только я покину Народный дворец, ты отправишься в Эйдиндрил и привезёшь сюда королеву и моего наследника. До моего возвращения Империей будет править моя жена, а ты станешь ей помогать во всём.
— Но… мой Лорд… — растерянно пробормотал Эгримонт. — При всём моём уважении к королеве, под силу ли ей такое сложное дело, как управление Империей? Что будет, когда Ваши вассалы узнают, что страной управляет неопытная юная девушка? Захотят ли они подчиняться её власти, как подчинялись Вашей?
— Она — моя жена и королева Д’Хары! — резко возразил король, сверкнув глазами. — Для этого ты мне и нужен! До поры никто из моих вассалов не должен узнать, что я отбыл из Народного дворца.
— Но рано или поздно, слухи просочатся, мой Лорд! — заметил советник. — И что тогда нам объявлять Вашим подданным?
— Скажешь, что я уехал по важному делу и нахожусь в пределах Империи, — нетерпеливо отмахнулся Рал, — ну, или что-то в этом роде. В любом случае, королева должна скоро родить ребёнка, так что, если я не вернусь, страной будет править мой наследник.
— А если у Вас родится дочь, мой Лорд? — осторожно поинтересовался Эгримонт. — Девочка не сможет унаследовать трон.
— Это неважно, Эгримонт! — возразил король. — В отсутствие наследника мужского пола, трон Д’Хары может унаследовать и девочка. В жилах этого ребёнка будет течь кровь Ралов, какого пола он бы ни был.
— Да, мой Лорд! — снова поклонился советник. — Я сделаю всё, чтобы поддержать правление Вашего наследника.
— Именно этого я и жду от тебя! — удовлетворённо кивнул Рал.
— Значит, Вы отправитесь в путь, как только узнаете о рождении ребёнка, мой Лорд? — уточнил советник.
— Именно так, — подтвердил его догадку король. — Я жду вестей из Эйдиндрила.
Однако, о рождении своей дочери Даркен Рал узнал не от Евы и не от своего брата. Молодая мать взяла со своих друзей обещание не сообщать ничего Магистру, поскольку приняла нелёгкое решение забыть о нём навсегда. Королева ждала вестей от мужа долгие месяцы, до последнего надеясь, что он вернётся и оправдается перед нею, но, увы… этого так и не произошло.
Вести, что поступали из Д’Хары, говорили о том, что в Народном дворце жизнь идёт своим чередом: король продолжает расширять границы Империи, ведёт переговоры с соседними королевствами, занимается наращиванием военной мощи королевства, заключает новые торговые соглашения, словом, живёт той жизнью, что и до появления Евы. Разумеется, и богатые пиры король устраивать не забывает, а значит, его верные Морд-сит снова делят ложе со своим Лордом. По крайней мере, так Еве подсказывало её, воспалённое ревностью, воображение.
И предчувствие её не обманывало: в постели короля каждую ночь оказывалась новая наложница. Кроме Морд-сит, все фрейлины королевы уже успели побывать в покоях своего короля, и каждая из них видела себя, если не новой королевой, то уж фавориткой точно. Каждая мечтала забеременеть от него, но с того дня, когда королева застала своего мужа с фрейлиной, он начал предпринимать меры предосторожности, ибо не хотел больше рождения бастардов.
Наложницы должны были утолять немалый сексуальный аппетит короля, тем более теперь, когда супруги с ним не было, но в первую очередь, с помощью их ласк Магистр пытался заполнить ту пустоту, что образовалась в его жизни после побега любимой. Правда, облегчение было недолгим, его хватало ровно до утра, а затем ощущение тоски появлялось снова, усиливаясь раз за разом.
Даркен Рал не был бы самим собой, если бы не нашёл способ узнавать вести из Эйдиндрила, минуя Искателя и Мать-Исповедницу. Даже в самом сердце столицы Срединных земель, во дворце Исповедниц он нашёл шпиона, который постоянно снабжал своего Лорда информацией о жизни королевы, её самочувствии, а также о внутренних делах Эйдиндрила. Объединённое королевство Галеи и Кельтона, во главе которого стояла Кэлен, осталось единственным, которое не вошло в Д’Харианскую Империю.
Когда у Евы родилась дочь, Магистр узнал об этом сразу же, хоть Кэлен и Ричард старались не афишировать это событие, опасаясь, что противники Даркена Рала могут выместить свою ненависть на его ребёнке.
Увидев сообщение в книге пути о том, что он стал отцом, Магистр почувствовал себя одновременно самым счастливым и самым несчастным человеком на свете. У него родилась дочь, и король радовался и безмерно гордился этим, но… не мог сейчас находиться рядом с любимой, которая подарила ему это дитя, не мог взять на руки свою дочь, увидеть её! Это было просто невыносимо!
Тот факт, что Рал так и не получил официального сообщения из Эйдиндрила о рождении его ребёнка, ударил по живому, ибо это означало, что-либо Ричард и Кэлен сами не сочли нужным известить его, либо этого не пожелала сделать Ева. Значит, она до сих пор уверена в том, что он желает ей зла. Эта мысль убивала его уже много недель.
Помимо радостной новости о рождении принцессы, Даркен Рал получил ещё одну весть, окончательно подтвердившую, что наследница родилась, обладая магическим даром. Снова стали активными эйджилы Морд-сит.
Это окончательно подтвердило то, в чём Магистр уже и так не сомневался — его дочь стала плодом настоящей любви. Они с Евой полюбили друг друга. Условие пророчества исполнилось, и взаимная любовь явила чудо — теперь «узы» дома Ралов воплотились в маленькой принцессе Д’Хары. Может, стоит оставить всё, как есть?
Но гордость и жажда обретения былых способностей, которые и раньше отличали короля, всё ещё владели им, не позволяя сдаваться. К тому же, только обретя своё родное тело он сможет доказать жене, что ему не требуется убийство ребёнка. Иначе, даже вернувшись к нему, Ева будет жить в постоянном страхе, сомневаться, ожидать подвоха, а это очень быстро убьёт в её сердце любовь. А увидеть, как она разочаровывается в нём, постепенно отталкивает, как в её голубых глазах снова появляется ненависть или равнодушие, он был не в силах. Лучше рискнуть всем и снова обрести её доверие, чем обречь себя на такие муки.