Комната оказалась самой обыденной на первый взгляд: двуспальная кровать, секретарь, две тумбочки и огромное окно, плотные шторы которого не давали пройти ни малейшему лучику солнца. Создавалась иллюзия, что помещение было и вовсе без окон. Повсюду глубокие слои пыли, через которые можно было плавать, в уголке заселился паук. Несколько раз чихнув, Эрик пробрался к тумбочке отца и заглянул внутрь. Вместо документов там лежали записи, и любопытство, разъедающее содой сердце, просто одержало победу над разумом — Рейчер прочитал личный дневник отца.

То, что было написано корявым почерком, шокировало парня и заставило некоторое время потерять самообладание. Эрик таращился на записи, словно ненормальный, чувствуя, как дрожит каждая его клеточка.

«Тридцать первое июня. М.С.1 полностью потерял рассудок и в первое время находился в трансе. Когда профессор ввёл данные в компьютер, подопытный стал подчиняться всем нашим командам. Помимо этого, М.С.1 вёл себя не как запрограммированный робот, а как живой мальчик со своими эмоциями и чувствами, которыми мы тоже можем управлять. Беспрепятственно выполнил указание написать несколько слов на листке и в конце поранить себя.

После пробуждения М.С.1 жаловался на плохое самочувствие».

«Второе июля. М.С.1 также превратился в холодное оружие для убийств. Выполнил несколько заданных команд.

После пробуждения самочувствие всё такое же плохое»

Такие записи вплоть до десятого июля ничем не отличались, кроме как дополнениями в конце, что состояние «подопытного» улучшалось. Рейчер, нервно сглотнув, начал листать дневник назад, заметив, что содержание не менялось и за прошлый год, но на этот раз кроликом для эксперимента был некий М.С.2. «Может, мой брат?» — подумал Эрик, когда пришёл в себя. Анастасий не преувеличил, ничего не придумал! Вот эти факты на лицо, что родной отец ставил опыты на сыне, так ещё и заставлял делать самые отвратительные задания. Вот почему Рейчер ничего не помнил, когда просыпался! Вот почему он сразу отключался, когда эта тварь в белом халате и пенсне что-то вводила в компьютер! Мальчишка, едва сдерживая гнев, сам того не хотя порвал личный дневник. «Ладно, всё равно я уйду, пусть знает, что я тут был!» — прошипел Эрик.

Дальше поиски переместились на другую часть кровати, а вернее, на тумбочки матери. Если Анастас не врал, то и Людмила Лаврова должна была быть жива, и все эти эксперименты проводились для неё. Но в ней находился только фотоальбом в золотистой обложке, явно ненужный матери, когда она обчищала свои вещи. Рейчер начал его листать, ожидая увидеть фотографии Люды и Коли в молодости, их свадьбу и свидания, но ничего такого не было.

Вместо этого на фотографиях улыбалась миловидная девушка, похожая на ангела. Она была чуть ли не точной копией Эрика, и он начал считать, что это и есть его мать, но ошибся, увидев тот единственный снимок с отцом и матерью. Сама Людмила тоже имела черты своего сына, стояла часто на снимках с неизвестной девой-ангелом. Подруги не были похожи ни одной чертой лица, следовательно, не были родственниками, но от обоих у Рейчера было что-то похоже, а особенно от этой особи. Глубокие серые глаза, наивная улыбка, даже чёлка, слегка загораживающая правый глаз, изгиб бровей-ласточек… Под конец альбома эта девушка пропала, и вместо неё появился мужчина, похожий на ту девку и Эрика, но он не являлся Николаем Лавровым. Эрик начал считать, что это была та же женщина, что и в начале альбома, только подстриглась под парня. Но почему-то, смотря на него, Рейчер испытывал странное необъяснимое чувство. Нежность? Любовь? Он и сам не понимал, отчего оно вызвано, поэтому поспешил закрыть альбом и убежать из этого чёртова места.

Мальчишка взял свой чемодан и готовился покинуть проклятую квартиру. Он уже ощущал сладкий вкус свободы, опьяняющий своими необъятными просторами и бесконечными мыслями. Ощущал дыхание ветра, голубизну неба, словно был частью природы. Слышал шёпот деревьев, пение птиц, словно понимал голоса мира… Это было прекрасное и несравнимое чувство лёгкости, всё тело сжалось и хотело наконец издать вопль радости и счастья…

— Куда собрался? — раздался голос сзади.

Сердце камнем упало в пятки. Рейчер молниеносно обернулся, заметив, как прямо за его спиной возвышаются Сергей Куликов и Николай Лавров. На пару секунд Эрик забыл, как дышать, всё тело передёрнуло и наполнилось свинцом. Парень схватился за стол, боясь, что потеряет сознание в этот роковой миг.

— Я так и знал, что надо было вернуться раньше, — засмеялся Куликов смехом, бросающим в холод. — Предчувствие никогда не обманет!

В руке профессора находился пистолет, на который Рейчер таращился, словно на инопланетянина. Это был настоящий пистолет! И учёный держал палец на курке — одно маленькое движение и раздастся грохот, а пуля полетит прямо в лоб парню. Эрик едва стоял на ногах, чувствуя сильную дрожь по всему телу. Взгляд учёного упал на огромную сумку с вещами, предательски стоявшую рядом, и профессор хищно улыбнулся. Эрик готов был провалиться сквозь землю, отдать хоть свои ноги и руки, лишь бы быть в этот момент в другом месте!

— Ах ты ублюдок! — заверещал Николай Лавров, хватая Рейчера за грудки. — Ты рылся в моих вещах!

— Успокойся, Коля, — продолжал лыбиться Сергей Владимирович. — Он ещё ребёнок. Он не знал, что так делать плохо.

— Как он вошёл в мою комнату! — не унимался отец, только сильнее сжимая своего сына. — Я всё запер! Как?!

Рейчер ощутил, что его глаза влажнеют. Внутри переполняло уже не чувство страха, а чувство ярости, несправедливости и унижения. Не было такого слова, чтобы описать, какую бурю эмоций испытывал Эрик внутри себя и при этом пытался держаться. Тело продолжало дрожать, но уже не от подлого трепетания перед этими шизофрениками, а из-за пробуждающегося котла гнева, обретающего несусветную мощь с каждой секундой.

— Должно быть, он очнулся так же, как и М.С.2, — пояснил Куликов своему коллеге, будто забыв о присутствии владельца чёрного амулета. — Мы тоже не ожидали этого. Однако, остальные подопытные до сих пор находятся под действием моего изобретения…

— ОСТАЛЬНЫЕ ПОДОПЫТНЫЕ?! — завопил Рейчер, схватив стул и кидая его в учёного. — НЕВИННЫЕ ЛЮДИ, КОТОРЫХ ВЫ ИСПОЛЬЗУЕТЕ ДЛЯ СВОИХ ГНУСНЫХ ЦЕЛЕЙ?!

Сергей Куликов успел отпрыгнуть, и стул с грохотом ударился о стену. Пока учёный пытался опомниться, Николай Лавров схватил своего сына за руки и повалил его на пол, не давая и шанса подняться.

— Позволь объяснить, — сдержанно произнёс профессор, отряхивая со своего халата пыль. — Твоя мать сама велела мне делать эту штуковину и дала полное право применять её на тебе. При этом она неплохо платит. Так что будь паинькой, благодари нас за то, что мы держали тебя в человеческих условиях! Но нет, ты решил отблагодарить нас не так, как мы хотели!

— Зачем вам это? — хрипло прошептал Рейчер, а из его глаз ручьём полились слёзы. — Зачем страдают невинные люди?

— Подумай, как хорошо — быть чьим-то рабом и не помнить этого! — захохотал Куликов, вскинув руки к потолку. — Да и польза этим владельцам — они имеют живой скот, который подчиняется каждому их слову!

— Но твой брат подложил нам ту ещё свинью, — гаркнул Николай Лавров. — В разгаре эксперимента он внезапно пришёл в себя. И в отличие от остальных, он помнил всё. Вот мы и решили взять тебя, чтобы узнать больше об этом проколе.

«Пёс?» — хотел спросить Рейчер, но внезапно понял, что тут желательнее молчать. И тут он начал понимать… убийства, которые совершал его брат. А что если это не был он? Что если это всё действие проклятой машины, а когда он очнулся, то решил бежать так же, как и Эрик сейчас? И все мысли о том, что главарь банды Эрнагесена — самая отвратная и бездушная личность — просто его глупые догадки? Руки Рейчера начала охватывать неведомая сила: новая волна гнева, смешанного с чувством несправедливости, которое парень ненавидел больше всего. Бушующая ярость вновь набирала мощь, казалось, сейчас всё тело разорвёт на мелкие кусочки, а из него вырвется столб света, который безжалостно убьёт стоявших рядом врагов. Эту бурю чувств уже было не способно утихомирить ни одно слово, ни одна вещь — Рейчер сам не заметил, что превратился в настоящего монстра.