– Ты работала на Японию, Великобританию, Мексику. Выполнила очень много частных заказов, было дело даже сотрудничала с арабскими шейхами. Почти все, кто использовал тебя – были довольны. До сих пор поступают заказы, очень жалко их отклонять.

– Зачем вы мне все это рассказываете? – не без злобы произнесла я.

Рейн продолжала вещать, не обращая внимания на мой вдруг ставший агрессивным настрой:

– Правительство только тебя не любило. Для них женщина, да еще и с раздвоением личности априори плохой работник. Но частником ведь никто не рассказывал о твоем психическом состоянии.

– Откуда вы…

– И все же несколько заказов было. Тебе было поручено убить государственную крысу, сливающую информацию Китаю. Сделано идеально, с точностью хирурга. Он умер очень быстро.

Она упивалась моим смятением и отвращением на лице. Я не убийца! Да, я могу убить, с моими способностями и умениями мне не только людей крошить, но целый Китай вырезать можно. Но я не убийца! И все же глава подразделения, главный враг, опасный человек знала о кошмарах, что творились с моей психикой. Она знала о раздвоении. Она знала обо мне все.

– Я не злой человек, – между тем продолжала Рейн. – Но ты спросила о том, почему мне важно помочь тебе. Мистер Камски для нас всегда был проблемой номер один. А теперь, возложив руки на то, что было нами воспитано, он подписал себе смертный приговор. Я могла бы убить и тебя вместе с ним, это не составило бы мне никаких проблем. Но кое-кто готов зайти слишком далеко, чтобы не дать тебе пасть смертью храбрых, и потому единственный выход из ситуации – напомнить тебе, кто ты есть.

Не стоило гадать, о ком идет речь. Его голос вторил в голове вот уже несколько дней, повторял всего одну фразу: «Анна, это же я – Коннор» – и вслед за этой фразой звучал другой, шепот второй личности. Эмильда отзывалась о нем не без тени раздражения, и все же нечто мелькало на ее лице, схожее с уважением.

– Вы ведь о Конноре, да? – обреченно произнесла я.

– Не так сложно догадаться, верно? – тонкие женские пальцы бродили по краю прозрачного бокала, пока сама женщина наблюдала за моим выражением лица. – Робот настойчив. И, как оказалось, способен на шантаж высшего пилотажа.

– В каком смысле?

– Этот андроид давно стал новой проблемой. Детектив вскрывает сервера и успешно скачивает секретные архивы, так что я не удивлена, откуда у него мой личный номер. Впрочем, попытка вызвать тебя на беседу была нашим обоюдным решением.

Я ничего не понимала. Глупо хлопала глазами и пыталась сообразить, как бы тактичнее сформулировать вопрос об андроиде? Как вообще можно спросить о детективе, узнав, что тот, как и все вокруг, играет в нечестную игру? Своими словами Рейн доказала, что и подразделение и Коннор не находятся по одну сторону баррикад, и все же по каким-то причинам имели общую цель, так схожую со мной. Я могла не верить Эмильде. Могла забить на все услышанное, плюнуть в сторону главы подразделения, смирить эту целующуюся парочку в углу злобным взглядом и вернуться к тому, кто давал смысл моей жизни с помощью всего одной задачи: защитить. Единственное, что не давало мне это сделать – треск стены. И тот, кто в данный момент по ту сторону метался из стороны в сторону, пытаясь пробиться ко мне.

– Вы наверняка знаете ответ, – закрыв глаза, я постаралась сообразить правильные слова. Умоляющий взор андроида в голове крутился и крутился, точно зацикленное кем-то видео. Однако я страшилась услышать ответ, и потому еще некоторое время испытывала терпение белокурой Рейн своим молчанием. – Кто этот андроид? Какую роль он сыграл в моей жизни?

Женщина ехидно улыбнулась, опустив взор в стол. Я могла бы увидеть в этом поведении тонкие намеки на излишне тесное общение с механическим детективом, но не собиралась делать поспешных выводов, не услышав Эмильду. Хватит с меня предположений. Больше не буду доверять тому, что не проверено действительностью.

– А это уже не моя часть работы, – Эмильда вновь подозвала официанта, намереваясь сделать новый заказ. Мужчина в черном смокинге за другим столиком начал неспешно собираться. – Я свое дело сделала. Остальное все зависит от тебя.

– Вы что, издеваетесь? – не выдержав облома, я обеими руками облокотилась о стол. Официант, едва подошедший, тут же осеклась от моего агрессивного вида. – Вы же можете ответить на этот вопрос, так с какого черта молчите? Сколько уже можно тайн и секретов?

– Скажу тебе так, Энтони, – Эмильда привлекла внимание официанта жестом руки, после чего пальцем указала на нечто в меню. Официант тут же отбежал в сторону. – Пусть андроид и не вызывает у меня приятных эмоций по причине, что их у меня просто не может быть. Но в чем-то я с ним согласна. Некоторые вещи ты должна вспомнить самостоятельно. Иначе от этого всего никакого толку.

Посетитель встал из-за стола и подошел к нам. Он возвышался за спиной Рейн, осматривая меня холодными глазами, и этот взгляд мне не понравился. Теперь я знала, кто все это время наблюдал за мной со стороны. Один из тех элитных бойцов, что воспитывался в стенах подразделения. Оставалось лишь гадать, откуда у него эти жуткие шрамы на одной стороне лица, словно бы оставленные кислотой.

– Вы хотя бы можете ответить на последний вопрос? – опасливо посматривая в сторону мужчины в черном, я готовилась покинуть ресторан. Полагаю, что его появление означает окончание беседы.

Эмильда Рейн терпеливо кивнула головой, в который раз откинувшись на спинку кресла.

– В департаменте полиции. Под чьим руководством я работала?

Его имя вертелось на языке, ничуть не удивлюсь, если услышу именно то, что ожидается. И все же я должна была слышать это.

Эмильда понимающе кивнула, блеснув изумрудными глазами. И снова я путаюсь, где враг, где друг. И снова я ощущаю себя расходным материалом в чужой игре.

– Думаю, имя Хэнк Андерсон тебе знакомо.

Едва дослушав слова женщины, я быстро встала из-за стола и направилась в сторону выхода. Краем глаза видела, как мужчина садится на мое место, как оба человека сопровождают меня взглядом вплоть до двери. Спасительной двери, ведущей на улицу со свежим воздухом и шумом проезжающих мимо машин.

Мысли в голове метались, точно встревоженные крысы. Я не бежала, но шла очень быстро, на ходу доставая ключи из кармана джинс. В конце концов, водрузившись на водительское сиденье внедорожника, попав практически в полнейшую тишину автомобильного салона, я смогла дать себе возможность обдумать все услышанное. А его было очень много.

В который раз на пути встречается человек, способный рассказать обо мне все и в то же время ничего. Эмильда Рейн была врагом, опасным человеком, недаром еще на балконе при первой встрече я ощутила острое желание отдалиться, покинуть общество опасной женщины. Но именно к ней привел меня Коннор – андроид, спасший жизнь и обращающийся ко мне обреченным тоскливым голосом. Не могу допустить мысль, что он такой же как все: хитрый, корыстный, ведущий двойную игру. Рейн отчетливо дала понять, что детектив ее шантажировал какими-то важными секретными данными, и теперь той ни что не оставалось, кроме как идти у него на поводу. Вот только встает вопрос: если Коннор способен успешно шантажировать само правительственное подразделение, то как же просто ему было обмануть меня? Всеми этими взглядами щенячьих глаз и чувственными речами о моем прошлом. А я, как дурочка влюбленная, повелась.

Крепко вцепившись в руль, я закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Черная кожа скрипела от любого движения, точно так же скрипело и сердце, вдруг участившее биение. Отныне у меня было два прошлого. Одно из них старательно вытаскивалось Дорианом целый месяц, второе было рассказано за один час Эмильдой Рейн. Оставалось выбрать, кому верить: тому, кто вызывал приятные эмоции или тому, кто не мог вызвать ничего, кроме негатива? Ответ был очевидным. Его диктовала разрушающаяся красная стена, трещина которой покрылась новыми мелкими разрывами, точно как на поврежденном стекле в доме Камски.