– Я не понимаю, о чем вы говорите, – придерживая шляпу от порывов ветра, я старалась держаться уверенно и гордо. Свежий воздух в гостевом холле уносил терпкий мужской парфюм и запах машинного масла вглубь дома, но лейтенант был слишком близко, чтобы не ощущать их даже в грудной клетке.

– Конечно, ты не понимаешь. Всыпать бы тебе ремнем по первое число за твои выходки!

– Идемте, Хэнк…

Хэнк… Хэнк Андерсон?..

–… нам больше нечего здесь делать, – андроид уложил руку на плечо разбушевавшегося лейтенанта, как бы намекая на потребность остыть. Тот, в последний раз одарив меня злостным взором, разве что не бегом пронесся во двор. Только пятки и сверкали.

Его имя отзывалось во мне миллионами стрел, пронзающих красную ментальную стену, точно кто-то издалека окончательно решил разрушить то, что лелеется мною уже несколько дней. Удары каждой такой стрелы отзывались во мне легкими пульсациями в лобной части головы, я стояла напротив смотрящего в след напарнику андроида и старалась надышаться воздухом прежде, чем впаду в отчаяние. Боль возникала точечно, циклично. Каждую вторую секунду под черепной коробкой раздавался колкий «бум», как если бы хозяин из соседней квартиры с тонкими стенами решил поиграть на барабанной установке в три часа ночи. Мне хотелось зажмуриться и постараться сбросить наступающие пульсирующие волны, но вместо этого я держала рукой шляпу на голове и потерянно осматривала Коннора. Андроид не оставил это без внимания. Уже через секунду после того, как сердце отдалось сменой ритма на очередной удар в голове, детектив обернулся в мою сторону.

Он и вправду прекрасен. Утонченные черты лица, четко выделенные скулы, насыщенный темный оттенок зачесанных волос. Даже пиджак сидел на нем по особенному красиво. Как будто бы был сшит по индивидуальным меркам, настолько хорошо сидели плечи, обтягивали мужской торс расстегнутые подолы. И эта не застегнутая верхняя пуговица на шее. Охмелев от подобных мыслей, я на несколько мгновений забыла о наступающей боли и шуме крови в голове, раскатывающейся внутри волнами потревоженного бурей моря. Мне отчаянно хотелось что-то сказать, оправдаться за то, чего я не знаю, высказать собственное смятение, но этого было недостаточно. Нет. Это было опасно. Я лишь хлопала глазами, наблюдала, как хмурятся брови андроида, как блестят карие радужки, за которыми перенастраивают фокус оптические линзы. Ветер поднимал подолы темно-синего пиджака вверх, тонкая прядь на левом виске вяло колыхалась. Коннор не сводил с меня взора, и с каждой секундой он становился все тяжелее и тяжелее. Знаю, на деле прошло не больше минуты этого странного визуального контакта, но время настойчиво твердило, что прошло не меньше часа. Он стоял и смотрел, не смея что-то сказать. Мне же приходилось биться с чуждым чувством родства, реакцией на которое были головная боль и нарастающая слабость в ногах.

Я бы хотела до тебя дотронуться. Кажется, я слишком мало получила того электрического разряда, хотелось попробовать его снова. Хочу залезть тебе в голову и узнать, о чем ты думаешь. Хочу говорить так много и бессвязно, что ты точно не поймешь. Хочу узнать, кто был твоей прекрасной капризной розой, которую ты, возможно, оплакивал. Хочу впиваться в тебя взглядом долгие часы, а может, даже дни, не знаю, почему меня так тянет познать тебя. Хочу игнорировать красную стену с надписью «НЕЛЬЗЯ», хочу превозмогать отвращение от возможного физического контакта, протягивая к твоему телу руку.

Я не хочу тебя видеть. Не хочу знать тебя, не хочу слышать твой голос и голос в голове, не хочу предполагать твое возможное участие в моей прошлой жизни. Хочу думать, что ты когда-то мимолетно проскочил на пути всего на долю секунды, заставив расшатанную другими событиями психику раздвоиться. Не хочу представлять себе твою капризную розу, не хочу знать о ней ничего. Не хочу слышать, как шуршит пиджак от твоих движений, не хочу снова бороться с головной болью, как тогда – в баре. Я хочу оберегать красную ментальную стену, твердившую о твоей опасности. Хочу забыть тебя и все, что с тобой связано.

Я хочу узнать причину твоего появления в моей жизни.

Я не хочу знать подробности твоего участия в моей жизни.

Я больше не знаю, кто мне друг… не знаю, кто мне враг.

Мечась между двух огней, я все больше обжигалась о сбивчивые толчки сердца и жар под черепом в лобной части. Это были всего несколько секунд, но мне они казались вечностью. С улицы раздался нетерпеливой гудок автомобиля, когда андроид, не сказав слов прощания, спрятал взор и вышел во двор. Я по инерции последовала за ним, оставшись стоять за открытой дверью.

Сомнений больше не было. Это была та самая машина, на которой в прошлый раз приезжал полицейский. Мистер Камски учтиво попросил меня не выходить из комнаты, якобы беспокоясь за мое состояние, и этот факт показался мне странным. Едва ли во дворе послышался рев старого мотора, пробивающий даже стены, я бесшумно вышла из комнаты и направилась к выходу. Старенький длинный кадиллак медленно шуршал шинами по остаткам таявшего снега. Тогда из открытого окна доносились тяжелые звуки песни жанра «металл», сейчас же кадиллак отъезжал в полной тишине.

Я наблюдала за тем, как автомобиль срывается с места, смотрела в боковое зеркало заднего вида. Его карие глаза отражались в нем. И смотрел он ровно на меня.

– Все в порядке, мисс Гойл?

Ричард оказался рядом в тот момент, когда автомобиль уже мельтешил на уходящем вниз к городу серпантине. Ветер отчаянно пытался сорвать с головы шляпу, кожа покрывалась мурашками, но точно не от холода. Головная боль все еще продолжала держать меня в цепких лапах, лишь раз в несколько секунд давая мне момент расслабления. Ноги начинали наливаться слабостью, перед глазами мутнело.

– У вас идет кровь, – в этот раз я потеряно среагировала на холодный тон Ричарда, что стоял рядом с заведенными назад руками. У меня не было желания оскорблять машину, даже перспектива поучавствовать в комедийной серии не вдохновляла. – Из носа.

Дрожащие от головной боли пальцы слепо вытерли участок кожи между носом и верхней губой. Красная жидкость оставила несколько разводов на каждом из них. По большей степени крови не было. Всего лишь несколько капель темной жидкости, не играющих роли в моем организме. Однако вид крови заставил меня на мгновение ужаснуться. Пульсация под черепной коробкой вдруг стихла, точно бы лопнувший от давления сосуд высвободил копившееся напряжение внутри.

– Ричард, ты что-нибудь почувствовал, когда увидел свой прототип? – не спуская глаз с красных разводов на пальцах, я обратилась к андроиду без намека на злость.

– Нет, – спокойно отозвалась машина в белом жакете. – А вы?

Да, Ричард. Я почувствовала. Почувствовала, что перестала быть одинокой.

========== Эпизод X. Отзвуки прошлого ==========

Комментарий к Эпизод X. Отзвуки прошлого

сорри за мимолетный мат, ребята!

фикбук вот-вот погрузиться в технические работы, но я все же выставлю эпизод с надеждой, что он хоть немного получит ответных откликов, настолько важно мне слышать ваше мнение!

распинаться долго не буду. скажу только, что начинается полное мясо. причем не только между разорванной троицей.

все, во имя воспоминаний…

приписка: чувствую, что начинаю сдавать позиции. в голове куча всего и хочется все это выразить, но статистика плачевна, а значит, я слабею. возможно, погружу фанфик в заморозку. не знаю, правда, надолго ли

Темнота за спиной сгущалась, облизывая темными языками отведенные назад волосы и кожу на плечах. Давящая тишина была похожа на то состояние, что испытывают люди на глубине многих километров под водой: толстые слои водной глади давят со всех сторон, не давая чувствовать себя в безопасности. Мое тело покрывалось мурашками. Я не ощущала их, но видела, как гусиная кожа вздрагивает время от времени, впитывая и окрашиваясь оттенками красного света, что озаряет меня впереди. Все, что было позади – мертво. Была лишь я, тьма и красная слегка прозрачная стена перед глазами. Сидя на коленях, я задумчиво терлась пальцами рук о бедра, поворачивала голову из стороны в сторону, изучала взором каждый сантиметр красных световых пульсаций, заставляющих ментальную стену тускнеть и вспыхивать местами.