Однако мало сломать барьеры – ему нужно было еще остановить Руди. И он понятия не имел, как это сделать за полсекунды.
Слишком ярко билась в чужом разуме надпись «враг» и все существо Руди стремилось его уничтожить. Не хватало времени на тонкую работу, поэтому Джей двинулся глубже, к простейшим реакциям. Он нашел – и уничтожил отдел сознания, который отвечал за движение мышц. Почти инстинктивно, желая лишь одного – чтобы противник перестал двигаться. Перестал представлять опасность.
Руди застыл, словно его разбил паралич, и повалился на землю, как марионетка с порвавшимися нитями, задыхаясь. Джей не мог ни помочь ему, даже если бы захотел, ни добить его, потому что до тошноты боялся лезть в чужое агонизирующее сознание. Почувствовав, как начинает темнеть перед глазами, он убрался из умирающего мозга так быстро, что оставил некоторые свои мысли там навсегда.
– Что вы стоите?! – крикнула Чен. – В атаку!
Джей осознал, что она открыла рот одновременно с движением Руди в его сторону, и он успел проделать все это до того, как она закончила выкрикивать команду.
Никто не намеревался давать ему опомниться, но и Лиран не собиралась просто стоять. Она повела головой – бойцы Чен замирали под ее взглядом, словно прекращались в манекены.
Возможно, Чен успела бы сбежать – уйти из академии проще, чем в нее попасть. Но она попыталась захватить с собой разум Стью, как и раньше, как она сделала при исключении из академии – и упустила драгоценное время. Секунды во время битвы на вес не золота, а крови.
Джей не собирался помогать Лиран – пакт действует в обе стороны. А Чен понимала, откуда ее ждет смерть, и полностью сосредоточилась на попытке сохранить свою жизнь.
– Идея принадлежала Джею, – все же сказала она.
– У Джея на хватило бы наглости ее осуществить, – ответила Лиран.
«Не стану ей помогать», – принял окончательное решение Джей.
Глаза Чен вспыхнули, словно в ее голове зажглась лампа – но и глазницы Лиран светились как фары. Но Лиран оставалась спокойной и стояла ровно, тогда как Чен кусала губы и мелко семенила на месте. Все трое знали, что она лишь откладывает свою смерть. Еще ни одному магу не удалось выстоять в прямом сражении с кровавой Генриеттой.
Джея увидел, как капля пота стекает по виску Лиран, и сообразил, что прямо сейчас может заключить чрезвычайно выгодный союз, если присоединиться к Чен. Кровавая Генриетта не в лучшей форме, и они с Чен вдвоем могли бы справиться с ней – и открыть себе дорогу к Эрни и славе. Однако вира за нарушение клятвы могла оказаться непосильной для него, и он рисковал быть убитым Чен как только они закончат с Лиран – она простила бы ему потерю своей банды, но не окончательную смерть Стью Чарлсона.
Джей малодушно не стал смотреть на то, как под напором Лиран сдается Чен, и перевел взгляд на тело Руди – оно уже перестало подергиваться, так что он, очевидно, все же умер. Долгой и мучительной смертью, которая, наверное, показалась ему вечностью.
Другие «парни Чен» даже не поняли, что сейчас умрут и как именно. Лиран как будто действовала острой косой, а он – тупым ножом. Но все же сегодня Джей использовал его для того, чтобы убить человека. Осознание этого как будто выжидало момента.
«Я убил человека мыслечтением», – подумал он со смесью гордости и отвращения. – «Что во мне изменилось?»
Он попытался понять. Попытался проверить себя, найти какое-то несоответствие, незнакомую мысль или пустоту на месте важного воспоминания. Что-то изменилось, он знал – необратимые и неизбежные изменения разума, отмеченные во всех исследованиях, заставили многих магов отказаться от мыслечтения.
Но он ничего не нашел. Все в нем, как будто, осталось прежним.
За исследованием своего разума он едва не пропустил момент, когда Чен вскрикнула, ее глаза потухли, и она рухнула на землю лицом вниз.
Лиран покончила с Чен, и Джей понял, что сейчас она может покончить и с ним.
Ему стоило уходить, пока была возможность, потому что расчет на зрителей не оправдался, и у Лиран не осталось ни единой причины не убить его со всеми остальными из банды Чен и приписать его к ним. Никто не опровергнет ее слова.
Лиран повернулась к нему, и Джей собрал все силы для барьера, ожидая, когда ее глаза засветятся.
– Ты никогда не поймешь, что изменилось, – сказала она. – Но оно изменилось.
Она не атаковала. На мгновение Джею показалось, что она приняла его чувства к Эрни и начала считать его чуть лучшим вариантом, чем мусорный бак, но он увидел морщинки, пересекшие ее лоб и залегшие в уголках, которые состарили ее лет на пятнадцать.
«У нее нет сил на то, чтобы убить меня», – понял Джей. – «Иначе она бы уже напала».
Он мог напасть сам – и, возможно, справиться с ней. Лучшего шанса ему никогда не представится. Никогда больше он не застанет ее после убийства сильного мыслечтеца. А плату виры он может и отсрочить.
Она смотрела на него, и прекрасно понимала, что он обдумывает ее убийство, но Джей не отвел взгляда.
– Директор? – услышал он голос Эрни. – Джей?! – в голосе его послышалась греющая душу радость, но через мгновение он увидел тела, и его лице стало серьезным и тревожным. – Что здесь произошло?
***
– Джей?! – воскликнул Эрни встревожено, и он попытался беззаботно улыбнуться ему и тенью маячащей за ним Тони. – Что здесь произошло?
Конечно, в академии заметили, что у ворот что-то происходит – сложно не проснуться от скрипа при их открытии. Большинство благоразумно предпочли отсидеться в замке, но Тони и Эрни ждали его, с облегчением понял Джей, все еще ждали.
Услышав их голоса, Лиран выпрямилась, мимоходом вытерла пот и развернулась, чтобы пронзить нарушителей – правило о запрете выхода в Граничный лес никто не отменил – фирменным взглядом. Тони смущенно улыбнулась, делая вид, что она всего лишь решила прогуляться мимо ворот, а Эрни даже не обратил внимания – он кинулся к Джею и сгреб его в охапку.
Его объятия были теплыми и надежными, и в хватке его рук Джей почувствовал спокойствие и защиту, какой не ощущал никогда в жизни.
Он все еще оставался нарушителем, и Лиран, стоящая в нескольких шагах, не прониклась к нему любовью, но тело его наслаждалось вопреки доводам рассудка, а скопившееся напряжение вылилось слезами из глаз.
– Я люблю тебя, – шепнул Эрни. – Я так боялся потерять тебя.
Его слова прорвали последнюю плотину. Джей уткнулся лицом в грудь Эрни, вдохнул его запах и истерически рассмеялся.
– Я убил его, – выговорил он между приступов. – Я убил человека.
– Не в первый раз, – осторожно заметил Эрни.
– Я убил его мыслечтением, – ответил Джей. – Это должно было стоить мне части себя, и я даже не знаю, какой.
«А еще ты связал себя с тем, кто не оставляет следов на снегу», – сказала… нет, мысленно передала ему Лиран. – «Теперь у тебя нет других козырей, кроме мыслечтения, и все карты розданы».
– Я все еще люблю тебя, – сказал Эрни.
«Он просто пытается унять твою истерику», – заявила Лиран. – «Не рассчитывай на то, что он готов видеть рядом кого-то, вроде тебя, всю жизнь».
Джей понимал это и сам, но слишком приятно было слышать слова Эрни.
– Я изменюсь, – сказал он. – Я изменюсь, потому что мыслечтение меняет применяющего его мага. Я стану другим человеком.
– Все мы станем другими людьми со временем, – сказал Эрни. – И ты, и я. Будем мы пользоваться магией или нет.
«Видишь», – хмыкнул мысленно Лиран. – «Он уже готов к тому, что вы изменитесь, и любовь пройдет, как проходит сезон цветения».
Джей достаточно взял себя в руки, чтобы транслировать ей свои мысли.
«Он говорит обо всех людях», – возразил он. – «Ты не можешь быть уверена, что он полюбит того, кого ты выберешь… Если только ты не применишь магию».
Она ничего не ответила мысленно, как он ожидал, но заговорила вслух.
– Джеремайя, вы нарушаете границы моей территории, даю вам минуту на то, чтобы убраться или получите вызов в Магический Суд.
