– Я предпочту оставить как есть в таком случае.

***

Джей показал ему, пожалуй, лучшее место в академии – под цветущим лираном, с мягкой травой, прикрытое кустарником от посторонних глаз.

Эрни беспокоил каждый скрип, но он видел много деревьев, рухнувших без единого предупреждающего звука.

В обычном мире их убежище годилось бы лишь для хорошей погоды, но над академией никогда не шел дождь или снег, и оно всегда оставалось идеальным для чтения или просто отдыха. Эрни не спрашивал, сами ли они нашли его или получили по наследству от кого-то, утратившего влияние. Только одно его удивляло.

– Почему это дерево все еще цветет? – спросил он, придя на их место в перерыве и поцеловав Джея. – Уже два месяца.

Эрни находил его красивым, но еще он находил много лепестков в своих вещах, одежде и волосах.

– Оно всегда цветет, – ответила Тони.

– Весь год?

– Он зачарован, – пояснил Джей. – Не такие и сложные чары, кстати, даже наш садовник знал их. Хотя обычно их накладывают на цветники, а не на деревья.

– И теперь он цветет круглый год, – повторил Эрни.

Он вырос среди леса, и признавал, что смотреть на опадающие листья грустно, но не мог понять, зачем лишать дерево части жизни. Все равно, что навсегда запереть кого-то в одном – пусть и прекрасном – дне.

– Почему директор это сделала? – подумал он и не сразу понял, что говорит вслух.

Джей и Тони пожали плечами.

– Потому что могла?

– Может, она экспериментировала с заклинанием для… ладно, директор не похожа на садовода.

– Типа на память? – предположила Тони неуверенно.

– Не замечал за директором сентиментальности.

– Сейчас, а сто лет назад?

– И о чем должно напоминать цветущее дерево? – Джей тоже не отличался сентиментальностью.

– О встрече с профессором Морисом? Как там в книжке?

– В «Истории основания магической академии Лиран» говорится, что их первая встреча произошла под осыпающемся деревом, то есть осенью, – педантично заметил Джей. – Хотя она написала в стихах, и я не уверен, что стоит доверять хронологии. Может, так лучше рифмовалось.

– Или звучало романтичнее.

– Чары вечноцветения обычны, а вот чар вечноопадения еще не изобрели.

– Они познакомились под тюльпановым деревом? – удивился Эрни. – Забавное совпадение.

– В чем совпадение? – спросил Джей.

– В том, что директор познакомилась с человеком по имени Морис Лиран под лираном.

– Не знал, что тюльпановое дерево так называют.

– Я тоже, – Тони посмотрела на ветки, как будто что-то просчитывая. – Лиран, значит. Не просто дерево, под которым они встретились.

– Совпадение? – теперь Эрни потерял уверенность.

– Допустим, он соврал, – Тони пожала плечами. – Посмотрел на дерево и брякнул. Какая разница, как его звали на самом деле? Мало ли причин скрыть фамилию? Он был безродным магом. Натворил, наверное, что-то.

Эрни не так уж хорошо изучил биографию профессора Мориса, и каждый день узнавал что-то новое и необычное, на фоне чего фальшивая фамилия основателя академии не выглядела чем-то заслуживающим запоминания.

========== Параграф 7. Как найти пару на Полуночный бал ==========

Вызов к директору не предвещал ничего хорошего – у Эрни даже не осталось времени подготовиться, блуждая по коридорам, поскольку прикосновение к светящейся сфере перенесло его прямо в кабинет, оставив на ковре в двух шагах от стола, заваленного бумагами так, что нельзя было сказать цвет столешницы.

– Ты догадываешься, зачем я позвала тебя? – спросила она, откинувшись в кресле и сложив руки на груди.

В первый момент Эрни подумал о том, что отношения между студентами запрещены – формально, потому что никого годами не беспокоило происходящее по ночам в комнатах и на крыше – но тут же вспомнил, что у него есть куда более основательная причина беспокоиться.

– Из-за моего похода в Граничный лес? – спросил он, пытаясь придумать оправдание однозначно запрещенному поступку. – Вы меня исключите?

– Граничный лес? – директор как будто не сразу вспомнила, о чем речь. – А… Хотел кого-нибудь впечатлить?

– Да, – кивнул Эрни. Ему почему-то захотелось рассказать, кого именно. Возможно, потому что он не мог рассказать родителям.

Директор Лиран не вчера отметила столетие, но она не жила в городе с населением в восемьсот человек.

– Тебе удалось вернуться целым, – произнесла она со странным тоном, подозрительно напоминающим гордость. – Кровь Лиранов много стоит.

Его спасла не кровь Лиранов, а Джей, но Эрни удержался от возражений.

– Кровь Лиранов? – спросил он, пытаясь сделать вид, что удивлен.

– Ты ведь уже знаешь, – не купилась директор. – То, что узнал Джей, узнают все.

– Почему вы сами не рассказали?

– Не хотела, чтобы ты ожидал к себе особого отношения, – прозвучало бы убедительно, не будь к Эрни особого отношения.

– Я рад, что теперь знаю кое-что о своей семье. И я не прошу привилегий. Значит… ничего не меняется?

Будь это так, она бы его к себе не вызвала.

– Я хотела бы рассказать тебе больше о нашей семье, – сказала директор. – Надо найти время на каникулах. Раз уж поползли слухи, стоит объявить твою фамилию официально. Например, на Полуночном балу, чтобы ты мог сесть на празднике рядом со мной. Ты уже слышал о нем?

Эрни кивнул. Последние несколько дней все вокруг только и говорили о том, что наденут и кого пригласят. Маги не отмечали Рождество, но Полуночный бал почти совпадал с ним.

– Я не хочу, чтобы отношение ко мне изменилось, – возразил он, чувствуя подвох. – Мне не по себе, когда на меня пялятся, а если узнают о нашем родстве, пялиться будут постоянно. Я бы хотел учиться спокойно, а не объяснять каждому второму, что я не хочу с ним встречаться.

Последний аргумент возымел действие.

– Новость о твоем появлении лучше придержать, – признала директор. – Сосредоточься на учебе. Среди студентов академии, к сожалению, нет хороших партий.

Эрни не согласился, но не стал спорить. Она в чем-то была такой же, как его ма и ба. Если директор на чем-то уперлась, то спорить с ней бесполезно. Остается лишь делать, что делаешь, и надеяться, что она привыкнет к этому – так поступала Дженни, когда красила волосы, или Роберт, когда заводил девушек, не знающих ни одного псалма.

– Отлично, – сказал он. – Ну, тогда и сесть мне придется не во главе стола, а рядом со своей парой.

– О, ты уже выбрал пару! – директор улыбнулась. – И кто это? Если не секрет.

Эрни решил, что нет смысла скрывать.

– Я хочу пригласить Джея, – сказал он.

– Джея, – кивнула директор. – Что ж, он очень… популярный парень.

– Он вам не нравится? – Эрни насторожился.

Он считал, что Джей – любимчик Лиран. Все так считали.

– У него есть внешние данные, и он умеет их использовать. Но он всего лишь лишенный фамилии. В будущем вы будете вращаться в разных кругах.

– Разве мое происхождение что-то меняет? Вы даже не знаете, что выйдет из меня, а Джей – один из лучших студентов, будущий ассистент.

Директор крутанула кресло, чтобы посмотреть на портрет профессора Мориса.

– Ты так похож на него, – произнесла она негромко. – Мне кажется, что я знаю тебя много лет. Такой же добрый и любящий справедливость. Ты станешь сильным магом. Но заблуждаешься насчет Джея. Я не планирую приглашать ни Джеремайю, ни Антонию в ассистенты.

– Но как же…

«Все их привилегии, лучший стол, ключ от трансмеха? Почему вы позволяете им вести себя как избранным?»

– То, что я позволяю им резвиться, не значит, что я считаю их сильными, – ответила директор, словно читая его мысли. – С набором не повезло.

– Они уже выполняли ваши задания.

– Хм, они о них говорили во множественном числе? Никогда не верь Джею на слово. Эти двое с трудом справились с простенькой миссией. Чем отмели мои последние сомнения.

«Он заставил человека отдать ему ключи от машины и забыть об этом», – подумал Эрни. – «Но вы не знаете об этом, а я не могу рассказать».