– Расскажи, что произошло.
– Убейте, не знаю, ваша милость! Молодая леди купаться пожелали, я ей все приготовила, а потом ничего не припомню.
– Так уж ничего? В комнате барышня была одна?
– Одни, ага!
– Почему ей вдруг взбрело в голову купаться посреди дня?
– Так в саду же испачкались. Да потом еще шоколадом облились, вон одежда ихняя, – девка кивнула на пол в углу, где темной горкой дыбилось наспех сброшенное знакомое платье.
– Стало быть, она собиралась купаться. Однако ванна нетронута. Ты помогала ей раздеться?
– Не, они сами. В сорочке были, когда я закончила. Умаялась вся, – пожаловалась Мирьяна, – Молодой леди никак не угодишь: то им горячо, то холодно – загоняли совсем.
– Значит, ты приготовила ванну, а сама зачем платье сняла?
– Не снимала я! Очнулась – уже так все было. Я просто ванну набрала…
– Хорошо. А что было потом?
– Не знаю, вот богом клянусь, ваша милость! Как отрезало, ничего не помню.
– А почему за голову держишься? – поинтересовалась Бриида.
– Так болит, проклятая. Вот тут сзади шишка как будто.
– А до того, как потерять сознание, шишка была?
– Не припомню, ваша милость. Словно бы и нет. Оглушили меня, должно быть, – сообразила Мирьяна.
Графиня встала и осторожно ощупала затылок горничной. Шишка оказалась крупной: били явно чем-то тяжелым и со знанием дела. Девке еще повезло. Канеша с малых лет была отъявленной драчуньей. Сколько синяков она понаставила, сколько молочных и даже коренных зубов выбила на улицах Борска… Окрестные мамаши не уставали приводить к Брииде своих чад с расквашенными носами, требуя справедливости. Жертва частенько оказывалась старше и крупнее обидчицы. Дочку никогда не останавливал перевес в силе. И на этот раз не остановил.
Бриида украдкой оглядела крупную фигуру Мирьяны. Сама ведь выбирала горничную помощнее, чтобы Канеша лучше выглядела на ее фоне. Хотела удружить дочке – вот и удружила. Можно сказать, собственными руками состряпала ей идеальный план побега. Кстати о побеге: а куда, собственно, могла направляться ее дочь?
Женщина подошла к карте, висящей над письменным столом. Единственным местом в королевстве, которое Канеша знала и любила, был Борск. Наверняка она держит путь именно туда. В таком случае лучше двигаться через ближайший городок к Южному тракту. Впрочем, Канеша могла срезать путь через лес и попытаться напрямую выйти на главную дорогу. Кто знает наверняка…
В любом случае, рассуждала Бриида, дочь не могла уйти далеко. Наличных денег у нее почти не было, так что нанять повозку не на что. Можно украсть лошадь – это вполне в ее духе – но Канеша, по счастью, не обучена ездить верхом…
Она обернулась к Масфиле.
– Вы лучше меня знаете людей, служащих в замке… Мне нужны умелые всадники: быстрые, неглупые и способные хранить тайны.
– С последним условием, боюсь, я помочь не в силах. Стражников набирают из местных крестьян – полагаю, ваше сиятельство хорошо понимают, что этот народ лишен тактичности. Кроме того, гарнизон крайне малочислен, а дружина покойного графа сгинула вместе с нашим господином.
– В таком случае поручаю вам выбрать лучших из того, что есть. Пусть через полчаса они соберутся на заднем дворе, я сама дам дальнейшие указания.
– Слушаюсь, ваше сиятельство!
Дама Масфила присела в глубоком реверансе и исчезла за дверью. Мирьяна тупо взирала на происходящее с разобранной постели.
Взгляд Брииды упал на лист бумаги, лежавший на столе. Она сразу узнала неровный почерк дочери. Схватив записку, графиня подошла к окну и прочла:
"Вам нужен наследник, а я ни полом, ни рожей не гожусь в графья. Ухожу, чтоб не мешаться под ногами. Надеюсь, без меня у вас дела получше пойдут. Найдете себе жениха, про годы ему наврете (меня-то рядом не будет, чтобы возраст ваш выдать!), да через годик-другой родите барчонка, какого вам надо.
А мне не надо.
Счастливенько!"
Бриида в отчаянии скомкала записку. Ох, юность, юность – только о себе и думает. Она сама еще не настолько стара, чтобы забыть, каково это. Признаться, не слишком-то был радостным час, когда отец сообщил о сватовстве молодого купца. И тоже мелькнула мысль сбежать, куда глаза глядят. Мелькнула и исчезла – некуда было податься бедной юной фрейлине… Впрочем, Канеша – это совсем другая история. Она не пропадет.
А раз не пропадет, то обязательно найдется. Графиня протянула руку и бережно расправила бумагу. Наверняка еще пригодится, да и не дело это, если записку найдет кто-нибудь еще. Прислуга и стража еще не признали в ней хозяйку, придворные вовсе не вызывают доверия… Помощи ей здесь ждать неоткуда, придется поиски организовывать самой. Вот только очень не хотелось бы, чтобы вся эта история покинула пределы спальни.
Бриида огляделась. На столике у кресел остатки завтрака. Собственно, осталась только чашка и чайник с пустыми тарелками.
– Что было на завтрак у молодой леди?
– Жареные колбаски и пирожное на десерт, – подумав, ответила служанка.
"Приборов нет… не хватает вилки и ножа. Серебряных. Денег-то у Канеши не было", – сообразила графиня.
– Я пойду, наверно, – Мирьяна закуталась в одеяло поплотнее и встала, пошатываясь, посреди комнаты.
– Вернись в постель, – коротко приказала Бриида, – Тебя ударили по голове, с такими вещами не шутят. Сначала пусть маг осмотрит твой затылок, а после я пришлю кого-нибудь поухаживать за тобой.
Девка не посмела возражать. Она охотно вернулась в кровать и накрылась одеялом. Графиня с досадой подумала о Гвендире. Почему старика до сих пор нет? Разве не он стучал перед ней хвостом этим утром, изо всех сил стараясь показать, что покой и честь Гросверов для него на первом месте? Пока ничего, кроме громких заявлений, она от мага не видела. Пожалуй, стоит навестить старика в его башенке – может быть, он наконец сумеет оправдать то доверие, которое ему оказывал покойный дядя. Пришла пора показать себя в деле.
Бриида вышла за дверь и на всякий случай тихонько заперла ее на засов. Спустившись по лестнице, она обнаружила, что стражников внизу больше нет. Карты и кадушка, служившая игральным столом, исчезли. Снаружи доносились голоса стражников: очевидно, дама Масфила со рвением принялась за выполнение приказа. И ей тоже следует поспешить.
Графиня быстрым шагом преодолела первый этаж замка и, взбежав по точно такой же винтовой лестнице, открыла тяжелую дверь в покои мага. Новая комната очертаниями почти в точности повторяла прежнюю. Эту башню почти не использовали последние годы. Гвендиру пришлось переселиться сюда из-за прихоти Канеши, и Бриида выделила пятерых слуг, чтобы привести это место в божеский вид.
Комната была тесно заставлена мебелью; почти все место занимали книжные полки и аптекарские шкафы, алхимическая лаборатория и, конечно, малый портал на особом столике. Крошечная кровать мага ютилась за ширмой. У камина стояло видавшее виды, но весьма уютное кресло.
Гвендир возился около портала. Графиня расслышала, как он прощается с неизвестным собеседником, но сути разговора не уловила. Завидев Брииду, маг устремился ей навстречу.
– Простите, ваше сиятельство. Переговоры заняли больше времени, чем предполагалось. Я собирался выполнить ваше поручение и дать отбой, когда на общую связь вызвал Наблюдатель. Сообщение чрезвычайной важности, прерваться было нельзя. А потом – вы знаете стариков – каждый участник переговоров посчитал необходимым высказать свою точку зрения. Знаете ли, графиня, я сам по утрам едва встаю с кровати, но мои коллеги и ровесники порой просто невыносимы.
– Мастер! – Бриида умоляюще сложила руки, призывая Гвендира умолкнуть хоть на минуту, – Сейчас не до этого. Канеша сбежала!
– Как? – изумился старый маг, – Разве она не заперта в своей башне?
– Эта негодница вызвала к себе горничную – весьма рослую девицу, между прочим, – оглушила ее и ускользнула в крестьянском платье! Вот все, что она посчитала нужным оставить… Каково?