Наконец, я с трудом открыл глаза и начал осматривать себя. Вроде бы цел и даже свободен.
Но это был уже не совсем я.
С удивлением мне пришлось осознать, что теперь у меня новое тело. Новый я был другого роста, меньшей комплекции, и, судя по всему, даже иного возраста. Внезапно в моей голове словно закрутился водоворот из иностранных слов, и только усилием воли я заставил себя продолжать думать на русском.
От всего этого меня начало подташнивать.
Хорошо, хоть дорога была на удивление ровной, – карету, где находился я и ещё один пассажир, почти не трясло. Грунтовку, по которой двигался наш экипаж, окружали возделанные поля, на которых работали люди. То тут, то там появлялись аккуратные домики в архитектурном стиле старой доброй Европы.
Лошади закончили взбираться на холм и остановились.
– Герр Гассман, Вена! Отсюда уже виден шпиль собора Святого Стефана! – раздался звонкий крик возницы, и я прекрасно понял, что он сказал, хотя ни слова по-русски не услышал.
Сидящий напротив меня мужчина лет сорока потянулся к окну.
Он выглянул наружу и, указывая рукой вперёд, торжественно произнёс:
– Посмотри! Посмотри же, Антонио, на этот великолепный город. Теперь он станет тебе родным, и здесь ты однажды обретёшь славу великого композитора!
Поскольку я сидел спиной по направлению движения, мне пришлось высунуть голову из кареты, чтобы увидеть то, на что указывал мой спутник. В своей предыдущей жизни я однажды посетил Австрию – как участник конкурса молодых музыкальных талантов. Поэтому мне без труда удалось узнать в открывшемся передо мной виде Вену прошлых веков. Но это город, в отличие от того, который я помнил, был идеален – в нём не было ничего лишнего, никакого современного уродства.
– Прекрасный вид! – с энтузиазмом отозвался я, даже не успев подумать о том, что отвечать надо все же не на русском. Но оказалось, что мне удавалось не только понимать иностранную речь, но и без труда говорить на другом языке. Я просто открывал рот, и слова, и фразы, вылетавшие из него, уже не нуждались в переводе.
Мой спутник похлопал меня по плечу:
– О да, мальчик мой, этот прекрасный вид – первая яркая картина твоего великого будущего! Обязательно найди хорошего пейзажиста, вернись с ним на этот холм, и пусть сделает рисунок на память об этом моменте! Ведь отсюда начинается твой путь! Говорю тебе, скоро вся Австрия только и будет делать, что говорить о музыкальном гении Антонио Сальери!
Сальери? Лишь в этот момент я отчетливо понял то, о чём не догадался, не успел спросить Брокера. О том человеке, которого я должен буду устранить!
Заказчик полностью выполнил мои желания, и я не стану жаловаться на выбор персонажа, чья судьба на самом деле оказалась моей. Впереди именно та жизнь, о которой я так мечтал. Вокруг меня эпоха, о которой я всегда грезил. И конечно же настоящая музыкальная карьера, память о которой останется в веках.
Но однажды… Однажды наступит момент, когда я должен буду исполнить свою часть сделки. Что же там в итоге произошло? Надо напрячь память, вспомнить подробности. Яд, интриги, болезнь, может было что-то ещё? Я должен буду всё тщательно спланировать и действовать очень аккуратно. Кто бы ни копался в прошлом, наступит тот момент, когда меня должны будут оправдать потомки. Никто не должен узнать, что я замешан в содеянном.
Дело предстояло крайне неприятное, но, в конце концов, этот выскочка Моцарт никогда не был моим любимым композитором.
Глава 2. Просчет
Самая скучная и нелюбимая часть моей работы – это бюрократия. Подготовка и изучение личных дел кандидатов, составление отчётов. Перекладывание и сортировка бумажек по папкам. Месяцы кропотливой работы, чтобы найти решение, устраивающее обе стороны. Поиск идеального варианта для заключения сделки, без которого мне точно не видать очередной премии. Кстати, о поощрениях, итоговую оценку качества проделанной мной работы подводил лично шеф. И меня очень насторожил пришедший только что вызов явиться к нему. Судя по тону – директор был явно не в духе. Значит, заставлять его ждать не стоило.
Мысленно перебирая все последние сделки, я пытался понять, результат какой из них мог бы огорчить моего босса, но точного ответа на этот вопрос не находил. Бодрой рысью поднялся на второй этаж здания нашего филиала и влетел в приёмную, где на меня выпучила глаза вечная секретарша босса – Василиса Ивановна. Ну как «вечная» – я вот, например, работаю на Биржу уже более двух тысяч лет, а эта жаба сидит тут куда дольше. Так что да, для меня она изначально была неотъемлемой частью рабочего процесса, как и для многих других моих коллег.
Однажды, на очередном корпоративе, в ответ на шутку про её солидный возраст, лягушка заявила: «Да я вас всех тут пересижу, да ещё и каждого лично отправлю на пенсию!». Это заявление не обрадовало никого из собравшихся. Из-за крайне тяжёлого характера Василисы Ивановны её никто не любил. Честно говоря, нам всем приходилось её терпеть. К сожалению, большой босс был к ней благосклонен, ведь она была единственным представителем древних разумных земноводных. «Древнейшим!» – подчеркивала жаба, когда хвасталась тем, что помнит ещё времена динозавров.
Кстати, о динозаврах, ходит у нас одна байка про тот недолгий период, когда лягушка была занята на оперативной работе. Не знаю, правда это или нет, но говорят, что миф про Годзиллу возник из-за её просчёта. Нет, вот скажите, каким уровнем интеллекта надо обладать, чтобы забросить тираннозавра в Древнюю Японию? Крайними остались работники службы межпространственного переноса – служители порталов, отвечающие за перемещение агентов Биржи между измерениями. Однако, не думаю, что это их вина. Скорее всего, координаты измерения перепутала сама Василиса, а сотрудники транспортного отдела всего лишь отправили ящера туда, куда она приказала. Очевидно, тогда-то её и перевели в секретари, ну а теперь все мы периодически испытываем чувство единения с древними японцами. Особенно – когда наши заявления на отпуска или материальную помощь по вине этой лягушки вовремя не попадали на подпись директора, а то и вовсе исчезали неизвестно где. Бедный динозавр. Несчастные японцы.
– Ну и куда так спешим, Агасфер, за отгулом, небось? Опять от работы бегаешь? – не самым дружелюбным тоном поинтересовалась секретарь.
– Василиса Ивановна, утро доброе! Да какой тут отгул, о чём вы? Работы по горло!
– А, значит, перетрудился и премию клянчить прилетел?
– Да нет же, меня шеф вызвал, – объяснил я, старательно обходя её стойку стороной.
Древняя жаба предпочитала нормальной туалетной воде какую-то адскую болотную смесь, от чего амбре около её насеста могло серьёзно навредить обонянию среднестатистического сотрудника, а некоторых аллергиков вообще отправить на больничный.
– Ну-ка постой! Я сперва уточню, – она подняла трубку телефона. – Панкратий Гермесович4, а вы Эсперова вызывали? Да? Он уже ожидает в приёмной. Хорошо, сейчас пропущу.
Она вальяжно махнула перепончатой лапой:
– Ладно, проходи уже.
Я благодарно кивнул, но это был мой максимум. «Спасибо» выдавить из себя не удалось.
– Если шеф кофе будет предлагать, даже не думай соглашаться, а то смотри, на болотной воде сделаю! – бросила она, когда я уже взялся за ручку двери кабинета начальника.
Я вздохнул. Вот почему бы некоторых сотрудников Биржи не переделать в лучшую сторону? Обработать на очередном медосмотре гипноиндуктором! Так сказать, в интересах всего коллектива слегка поправить характеристику дружелюбия. Хотя коллеги поговаривали, что в отношении престарелой квакушки это не возымеет эффекта, так как она обладала иммунитетом к таким видам воздействия, да и сама отлично владела всеми возможными техниками гипноза.
Эти её способности легли в основу очередной байки, стали основой ещё одного мифа в подконтрольных нам мирах. Любила, видите ли, наша жабушка, взять отпуск и колесить по Мультивселенной5, посещая соответствующие её планам времена в Древней Руси. Нравилось Василисе Ивановне шутить над тамошними царями и их сыновьями, особенно когда предавались они русской народной забаве «подстрели будущую невесту из лука». Она перехватывала стрелы и дожидалась своих жертв на ближайшем болоте. Естественно, ни в какую красавицу она не обращалась, а просто использовала свои гипнотические способности, чтобы задурить всем головы. Как результат: жила весь отпуск при царских дворах, наслаждаясь сервисом как в лучших отелях мира. А ведь её ещё и целовали, безуспешно пытаясь трансформировать в прекрасную царевну. Тьфу!