Мне хватило одного быстрого взгляда вверх, на зеркальный потолок. Да уж, кровь действительно отлила от моего лица. Я вдруг понял, что это очень серьёзный розыгрыш. Если, конечно, это всё ещё было шуткой. Но сдаваться так просто не хотелось.
– Допустим, я мог напиться.
Глаза моего собеседника несколько раз моргнули, он удивлённо произнёс:
– Вы не похожи на пьяного. Может, у вас давление скачет?
– Да нет же, вы не поняли! Сейчас со мной всё в порядке, то есть – я не пьян. Я имел в виду другое: что у меня иногда случаются загулы до потери памяти. Бывает такое.
– Так, допустим, ну и что с того?
–А то, что я мог хорошенько выпить и кому-то, может, даже вам, поплакаться в жилетку. Рассказать всё, что вы записали себе на эту бумажку, а потом даже не вспомнить этого. Так что ваш фокус с «чтением мыслей» не удался. Эту информацию обо мне трудно, но всё же можно достать, – сообщил я далеко не самым уверенным тоном.
– Ладно, я сейчас не буду спорить с вашей гипотезой, – согласился Брокер. – Давайте продолжим, если не возражаете. Это было лишь вступлением, теперь же перейдём к вашим желаниям.
– Да, выкладывайте уже, чего я так хочу, – поторопил я его. Мне не требовалось изображать из себя крайне заинтересованного человека – он меня и вправду меня заинтриговал. Особенно тем фактом, что для розыгрыша некто сильно постарался, узнал обо мне кое-что очень личное и сделал определённые выводы о моих мечтах. Мне хотелось услышать, какие именно. Кроме того, я очень хотел узнать, чего же всё-таки от меня потребуют в обмен на мои «заветные желания».
– Вы хотите признания, но вы знаете, что та музыка, которую вы пишете, не принадлежит этому времени. Нет достойных слушателей, способных её оценить и признать вас как гениального композитора. Так?
– Да. Именно так, но опять же…
– Кроме того, вы уверены, что и сами вы не от мира сего. Точнее, не принадлежите этому времени. Комфортно вы себя чувствуете только в старых городах, где ощущаете родство с прошедшими эпохами. Вам не нравится современность, вы считаете её уродливой. И хотели бы жить где-нибудь в Европе, в старом квартале одного из городов с многовековой историей, подальше от всех новшеств настоящего времени. Правильно?
– Вполне, но вы перебили меня, когда я хотел возразить, что подобные выводы о моих желаниях мог бы сделать любой средненький психолог. Как раз на основании информации, которую вы озвучили ранее в своём вступлении. Я имею в виду те данные, которые вы или ваши сообщники могли получить от меня, когда я был в состоянии опьянения и наговорил лишнего.
– Всё было не так, – возразил Брокер.
Мой собеседник нахмурился, словно раздумывая о том, какой бы ещё вариант можно придумать и озвучить.
– Да так! Так всё и было! Я ждал от вас чего-то большего, но то, что услышал… Нет, эти слова меня ни в чём особо не убедили. К тому же, есть у вас и очевидный недочёт. Думаете, моя музыка никому не нравится? Ошибаетесь! Мой талант оценили и не раз! Я участвовал во многих зарубежных конкурсах! У меня даже грамоты есть! – торжествовал я, понимая, что раскусил этого «брокера».
Оставалось понять, где же здесь всё-таки спрятана скрытая камера.
Мой собеседник перестал хмуриться и улыбнулся:
– Грамоты? Это просто бумажки. Не обманывайте себя – вы сами прекрасно понимаете, что эти конкурсы сейчас для вас ничего не значат. Тогда вы были молоды, только начинали свой путь. Вспомните, а какие именно места вы тогда заняли? Да те же самые, что и другие музыканты! По факту: не было проигравших. Как и не было лучших. Это были престижные коммерческие смотрины молодых исполнителей. Ваши родители заплатили уйму денег, чтобы свозить и показать вас. Вам вручили диплом, такой же, как и всем остальным участникам. Организаторы заработали на этом мероприятии денег. Ваши папа и мама получили документ, которым можно похвалиться перед другими родственникам. Или использовать как дополнительный аргумент для приёмной комиссии, когда настанет момент отправить вас в более-менее престижную консерваторию. Казалось бы, всё правильно и все довольны, но чего конкретно добились вы?
– Я показал свой талант профессионалам!
– То есть не вас показали, а вы показали? Уверены? Уж простите, но конкурсы, в которых вы участвовали, ничем не лучше выставок собак. Там владельцы тоже демонстрируют таланты своих питомцев специалистам. Надеюсь, это сравнение вас не сильно обидит.
– М-да. Слишком жестокая аналогия.
– Вы не согласны с такой точкой зрения?
– Не знаю. Возможно, некая доля истины в ваших словах присутствует, – пробормотал я, понимая, что он прав куда больше, чем я готов был сейчас признать.
– Тогда идём дальше: на самом деле, вы уже не хотите, чтобы как можно больше людей, ваших современников, было в курсе вашего таланта.
Что? Я удивлённо уставился на него.
– Да-да. Можно ведь было напрячься, побегать по знакомым, и найти серьёзного спонсора для раскрутки. Тогда ваша музыка смогла бы звучать не только в концертных залах, но и в саундтреках к хорошим фильмам. Однако вы этого не сделали. Почему? Неужели для вас такой вариант показать себя миру чем-то хуже тех самых музыкальных состязаний, о которых мы только что говорили? – сказал Брокер. – А ваша тяга к старине? Вы почему-то совсем не стремитесь к жизни рядом с памятниками прошедшим векам. Будь это иначе, вы бы давно уже переехали в Европу. Языковой барьер не проблема – английским вы владеете довольно сносно. Да и трудностей смены места жительства вы не боитесь: вам ничего не помешало уехать из своего захолустья в Москву и неплохо тут устроиться без какой-либо поддержки и связей.
– Слушая вас, легко запутался, чего я хочу, а чего нет, – пробормотал я. – Сначала вроде бы всё правильно рассказали о моих желаниях, а потом утверждаете, что на самом деле мне это совсем не нужно. Вы противоречите сами себе!
– Нет, это не я, а вы полны противоречий. Такой разброд внутри вашей головы происходит от того, что вы не хотите обманывать самого себя полумерами. Вам нужно всё или ничего. На самом деле, вы желаете быть частью того времени: жить именно тогда, а не сейчас. По-настоящему! Вы легко бы отдали душу дьяволу в обмен на возможность вернуться в прошлое. Чтобы занять там достойное место среди музыкальных гениев. Чтобы вашу музыку оценили настоящие слушатели: не за повсеместную раскрутку, благодаря деньгам и рекламе, а за гений её создателя. Ваши творения изучали бы потомки. Ваше имя осталось бы в веках. Ну как? Устраивает такая формулировка ваших настоящих желаний?
Я судорожно сглотнул. Вокруг того, что он сказал, крутилась моя жизнь последние несколько лет. Вариант со спонсором я неоднократно обдумывал и каждый раз отбрасывал. Создание настоящих шедевров не должно было становиться рутиной. Я не хотел вставать на рельсы коммерции и превращаться в конвейер. Творение музыки являлась целью моего существования, а не способом заработать на пропитание. Все мои безуспешные старания и попытки реализовать эту цель разбивались о современные вкусы, наличие огромного числа более успешных конкурентов, популярность новых музыкальных форм и жанров. Мои неоднократные попытки завоевать аудиторию в интернете проваливались одна за другой – мои творения постоянно подвергались критике и никогда не выбирались в топы2. Всё моё разочарование сконцентрировалось на устройстве окружавшего меня современного мира, упиралось в невозможность вернуться в прошлое с моим опытом и талантом. Начать не сначала, но вовремя, в другое время – это и была моя заветная мечта. Но её было не осуществить.
Брокер внимательно смотрел на меня. Я понимал, что он знает – он попал в точку.
– Я вас услышал. Да, вы правы. Только вот про душу и дьявола вы очень зря ляпнули. Некоторое время назад я похоронил одного близкого человека и мне пришлось пересмотреть свои взгляды на многие вещи. Я, может, и не такой искренне верующий, каким мне хотелось бы казаться, но я говорю вам нет, – решительно отказался я. – Мои мечты нельзя исполнить, тем более, когда при упоминании цены заходит речь о моей душе.