— С тобой точно все в порядке, Молли? — еще раз спросил он.
— Точно, — кивнула она, широко раскрыв глаза. — Я же говорила, что свихнусь, когда дело дойдет до курицы.
— Я имею в виду… — Джон снова попробовал собрать мысли воедино. — Прости. Я и сам понять не могу, что хотел сказать.
Молли одарила его спокойной дружелюбной улыбкой.
— Я могу заменить Гарри, если тебе нужен перерыв.
— Да ладно, осталось каких-то три часика, — с иронией отмахнулся Джон и поспешил доставить суп посетителям.
Лучше продолжить работать, решил Джон. Конечно, ему хотелось бы сесть, прислонившись головой к стене, и хоть на минуту прикрыть глаза. Но сделать так — значит, позволить себе думать о Шерлоке, спасающем другой ресторан в Блэкпуле от неминуемой гибели, придирающемся к решениям менеджеров и способностям поваров. Это означало бы думать о найме нескольких официантов или даже посудомойщика с портье; о необходимости обсудить финансовые вопросы с Гарри в понедельник, когда им придется решить, что же делать с займом.
А Джон не хотел думать о займе. Он не хотел думать о найме дополнительного персонала, когда они уже подошли к краю. И, прежде всего, он не хотел думать о Шерлоке в Блэкпуле, ведущем себя так, будто та неделя в Брикли ничем не отличалась от любой другой…
— Джон?
Джон моргнул; потребовалось время, чтобы узнать голос Сары, и он вынырнул из раздумий. Сара сидела за столиком и наблюдала за ним с тревогой на лице.
— Прошу прощения, — с неловкой улыбкой сказал Джон, ставя перед ней суп. — Полагаю, это для тебя?
— Как ты догадался, — усмехнулась Сара. — Ты в порядке?
— Да, просто… долгий рабочий день, вот и все. — Джон оглядел остальные столики: казалось, на данный момент все было под контролем, поэтому он присел рядом с Сарой. — Боже, надеюсь, я не принял у тебя заказ и даже не узнал тебя?
Сара рассмеялась.
— Уверяю, я бы не призналась, даже будь это правдой.
— Тоже так думаю.
— Я так рада! Хотя, полагаю, теперь у меня совсем нет шансов нанять тебя обратно.
— Не знаю, — признался Джон. — Гарри могла бы…
— Джон, — осторожно сказала Сара, а затем покачала головой.
Тот нахмурился.
— Что?
— Я просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке, — с мягкостью в голосе проговорила она, положив руку Джону на плечо. — Как ты относишься к… ну, к уходу Шерлока.
Сара запнулась, произнося его имя, но даже эта маленькая заминка напомнила Джону об их разговоре недельной давности, который произошел в офисе Сары.
Это серьезно?
Боже, а он даже не знал, что ответить на этот вопрос, и теперь он был куда более продвинутым, чем тот идиот, который бродил по улицам и скупал овощи. Как будто прошла тысяча лет с того момента, как он сидел с Сарой и разговаривал о Шерлоке.
— Без понятия, — наконец ответил Джон. — Я был слишком занят, чтобы все как следует обдумать.
Сара кивнула и с нежностью сжала его руку.
— Если захочешь поговорить, я всегда рядом.
— Немного шумновато для разговоров, — поделился Джон. — Наверное, декораторы не учли этот момент, когда создавали новый интерьер.
Сара вновь рассмеялась, но все еще смотрела с сочувствием.
— Что ж, ты знаешь, где меня найти. Скажем кому-нибудь, что у тебя инфекция массового поражения, и я часик-другой буду тебя осматривать.
— Сара Сойер, — протянул Джон, вскидывая брови, —, а я-то думал, что ты не одобряешь эти игры в доктора.
— Ой, заткнись ты, — отмахнулась она, нежно похлопав Джона по руке. — А то я скажу, что это остроконечная кондилома. (Прим. переводчика: маленькие выросты телесного цвета, которые могут появляться на половых органах, вокруг заднего прохода, иногда во рту.)
— Да, так намного лучше, — хмыкнул он и поднялся, чтобы поцеловать Сару в щеку. Джон думал, что она смотрела ему вслед, пока он возвращался к повседневным тяготам ресторанного менеджера, но взглянуть в ответ так и не решился. Не хотелось наткнуться на взгляд Сары, изучающий и полный жалости.
Нет. Определенно, жалости тут не было. Джон подумал, что и сам в двух шагах от жалости к себе.
***
— Рано или поздно тебе придется пойти домой.
Голос Гарри эхом раздался на опустевшей кухне. Мэри, Арти и Молли давно уже ушли — вымотанные, но счастливее, чем Джон их когда-либо видел. В последние полчаса обслуживания все было довольно спокойно, так что Мэри смогла в одиночку справиться с залом и выписать всем чеки с зарплатой. Возможно, улыбки на их лицах, когда они уходили, были связаны с зарплатой, но Джон так не думал — улыбались они еще до получки.
— Надо бы пополнить запасы выпечки, — пробормотал Джон, не отрываясь от прейскуранта.
— Джон, — мягко произнесла Гарри. — Я знаю, что ты просматривал счета.
Тот вздохнул и отложил в сторону бумаги. Гарри скользнула на стул, садясь напротив него.
— Итак? Начинай. Я готова к худшему.
— Все не совсем плохо. Просто… не думаю, что мы уже в безопасности.
— Скажи, что хоть вечерние обслуживания оправдали себя.
Джон покачал головой.
— Гарри, потребуется месяц или два таких вот вечерних смен, чтобы окупить месяцы, в которые прибыли не было вообще. Мне жаль, но это правда.
Гарри кивнула, не выглядя оскорбленной; а обидеться она могла — в конце концов, Империя в худшие свои времена была под её руководством.
— Хотя, вот вопрос. Думаешь, мы сможем выдержать все это? Этот уровень обслуживания и уровень дохода? Думаешь, у нас все было бы хорошо, не продайся мы уже банку?
— Это спорный вопрос…
— Нет, не спорный. Думаешь, у нас получится?
— Да, — безоговорочно ответил Джон.
— Тогда вот что сделаем, — решительно заявила Гарри. — Пойдем в другой банк, получим кредит и расплатимся с «Ллойдс».
— Гарри, мы никогда не получим кредит, когда на нас уже висит один. К тому же, нам нечего дать под залог.
— У нас есть ресторан.
— Нет, у «Ллойдс» уже есть ресторан.
— Только не после того, как мы им заплатим, Джон. — Гарри наклонилась и яростно хлопнула рукой по столу. — Да что с тобой не так? Три недели назад ты не задумываясь пошел на абсолютно нелепый шаг и выставил нас на всеобщее посмешище на национальном телевидении, пригласив Шерлока Холмса — человека, который разорвал бы нас на части только для хорошего зрелища. А теперь ты сдаться, даже не рассмотрев варианты?
— Нет у нас вариантов.
Гарри буравила его взглядом, все еще соприкасаясь пальцами с поверхностью стола. Джон было взглянул на нее, уловил гнев в ее глазах и торопливо вернулся к счетам.
— Да пошло все нахрен! — заявила она, с трудом подавляя злость в голосе. — Ты чертов трус!
Джон раздраженно фыркнул.
— Прости, что?
— Ты прекрасно слышал! Может, ты и вторгся в Афганистан, но все равно трус.
— Только потому, что я пытаюсь проявлять благоразумие и трезво оценивать ситуацию?
— Благоразумие! Хоть раз за всю свою жизнь ты проявлял благоразумие, Джонни? И когда же ты был разумным в прошлом месяце? Потому что разумный человек сказал бы: «Нет, постойте-ка, я не доверю свою судьбу Шерлоку Холмсу, потому что, стоит делу дойти до спасения ресторанов, у него чертовски ужасная репутация». Разумный человек сказал бы: «Нет, спасибо за приглашение на ужин, Шерлок, но мне правда нужно остаться здесь и еще немного поработать со своей командой». Разумный человек не свалил бы неизвестно куда в последний день съемок, чтобы потрахаться с человеком, который, по сути, мог бы спасти наш ресторан. Видимо, попытка вышла неудачная, раз он, состоя в отношениях, уехал без каких-либо на то причин. Благоразумие — уж точно не та черта, которая присутствовала в тебе эти последние три недели, так что сейчас даже не пытайся строить из себя разумного, потому что я не уверена, что ты знаешь, как это делается.
Телефон ударился об стену еще до того, как Джон осознал, что это он его швырнул. Он образовал тревожащий слух шум и неприятное «дзынь», прежде чем развалиться и грохнуться на пол. Джон уставился на останки телефона; стук сердца гулом отдавался в ушах, стоящая у двери Гарри тяжело дышала.