[Заставка: Пригород Кента. Чудесный идиллический пейзаж – зеленые поля и журчащие ручейки. Звучит закадровый голос. Сельские пейзажи постепенно приобретают все более урбанистичный вид. Наконец, зритель видит Брикли – улицы, витрины магазинов, горожан.]
Закадровый голос Шерлока: Всё имеет срок годности. Со временем даже кендальский мятный торт портится настолько, что и тараканы не станут его есть. Конечно, всегда найдется смельчак, который заявит, что готов полакомиться тортом, изготовленным пару месяцев назад, но потом он признается, что предпочел бы съесть его свежим.
[Заставка: Ресторан «Империя», вид снаружи.]
Закадровый голос Шерлока: «Империя» и кендальский мятный торт - едва ли равнозначное сравнение, но у этого ресторана, безусловно, вышел срок годности. Ресторан создан в 1949 году в Брикли, в графстве Кент, недалеко от Кентербери отставным морским офицером Джеймсом Уотсоном. Он не прислушался к советам друзей, которые отговаривали его открывать ресторан в самый разгар продовольственного кризиса. «Империя» стала пионером среди ресторанов, чья специфика – сытные блюда национальной кухни различных стран мира, на тот момент – единственным в радиусе пятидесяти миль. Этот ресторан открыл многим жителям Кента, что кулинарные традиции не ограничивается типичными для Британии мясом и картофелем.
[Пустой Зал ресторана «Империя», портрет Джеймса Уотсона, картины и фотографии на стенах.]
Закадровый голос Шерлока: Но мир стал более тесным, и теперь улицы Брикли и его окрестности пестрят вывесками ресторанов, специализирующихся на национальных кухнях различных стран.
[Мелькают кадры с индийскими, тайскими, индонезийскими, китайскими, перуанскими и прочими ресторанами, где официанты спешат от столика к столику.]
Закадровый голос Шерлока: Ни для кого не новость, что время «Империи» прошло. Ни для кого, кроме владельцев этого ресторана, которые не желают признавать, что все проходит, всему отмерен свой срок. Рано или поздно все империи падут. И все рестораны закроются.
[Шерлок стоит возле входа в «Империю», руки – в карманах, взгляд направлен прямо в камеру. Дует порывистый ветер, и его пальто развевается, блестят мокрые камни мостовой, над его головой - тяжелые темные тучи. Это, вне всяких сомнений, выглядит очень сексуально - как и задумывалось.]
Закадровый голос Шерлока: Можете сами додумать какую-нибудь изощренную метафору империй и солнц, что достигнут пика величия и неизбежно падут, зародятся и погаснут. А мне нужно спасать ресторан.
[Название передачи: Кухонный переворот]
[Шерлок Холмс]
[Пустой зал «Империи», общий план: Мужчина возле бара переставляет бутылки.]
[Кухня «Империи», крупный план: шинкуют лук - неаккуратно и поспешно, нож соскальзывает, едва не задевает пальцы повара.]
Молли Хупер: Блин, чуть не порезалась.
[Кухня «Империи», общий план: человек, переставлявший бутылки за барной стойкой, теперь сидит на стуле, прислонившись головой к стене, и смотрит в потолок. Он довольно молод, но рядом со стеной – трость. Возможно, от скуки он начинает методично ударяться головой о стену.]
Закадровый голос Шерлока: Теперь «Империей» владеют внуки Джеймса Уотсона – Гарриэт и Джон, но ресторан медленно угасает, а в последнее время дела идут из рук вон плохо.
[Общий план: Шерлок подходит к дверям «Империи», толкает дверь, заходит.]
[Общий план: Шерлок идет по залу ресторана, мужчина встает со стула, они здороваются.]
***
Джон привык к трудностям и постоянному стрессу. Сначала в военно-медицинской школе, где изучал неотложную медицинскую помощь – в этом деле необходимы точность и скорость. Джон отлично справлялся: умело подставлял судно, аккуратно зашивал раны и, что самое главное, не ошибался с диагнозами. Далее, во время базовой военной подготовки, он был одним из лучших – прекрасно бегал, отжимался, подтягивался на перекладине, не обращая внимания на оскорбления сержантов. Он безропотно выполнял марш-броски под проливным дождем, увязая в грязи. Таких обычно ненавидят всем подразделением, но его все любили. Возможно, потому, что он был приветлив и доброжелателен, никогда не задавался и не демонстрировал своего превосходства над остальными. А ведь он действительно был лучше всех, отчасти оттого, что никогда не осознавал, насколько он хорош.
Джон стойко переносил тяготы армейской жизни: в детстве он до позднего вечера мыл посуду в ресторане, и ему было сложно представить, что может быть хуже. Можно смыть грязь после марш-бросков, можно отскрести дерьмо с судна, но твои руки останутся руками судомойки на всю жизнь, особенно если работаешь по шесть дней в неделю.
Джон сидел в углу зала и наблюдал, как Андерсон налаживает оборудование, а Лестрейд беседует с Шерлоком. Внезапно он понял, что ему невыносимо смотреть на все это. Гарри давно сбежала из ресторана, и он понятия не имел, куда. А Мэри предпочитала прятаться на кухне, вместо того, чтобы принести Шерлоку хлебную корзину. И Джон решил, что не будет сидеть и смотреть, как все летит в тартарары.
Улучив момент, он подозвал Лестрейда.
- Меня ведь не снимают сейчас? – спросил Джон.
Лестрейд нахмурился:
- Вы ведь подписали разрешение на съемки?
- Да… Я не это имел в виду… Если я… эээ…
- Смоетесь? Только недалеко. Он захочет перекинуться с вами парой слов после ланча.
Джон кивнул. Он надеялся, что его тактическое отступление все-таки будет выглядеть достойнее, чем бегство Мэри.
На кухне был ад кромешный: Молли жалобно подвывала возле плиты, Мэри хлестала Арти полотенцем по голове.
- Господи ты боже мой! Я даже знать не хочу, что здесь происходит!
- Цыпленок подгорел… - причитала Молли.
- А я предупреждал! – взвизгнул Арти, уворачиваясь от очередного удара.
- Проваливай. В подсобку. И не высовывайся! – каждое слово Мэри подкрепляла хлестким ударом.
Джон схватил деревянную ложку – это было первое, что попалось ему под руку – и начал стучать ей по столу.
– ДЕТИ! – заорал он, и все мгновенно притихли. Он бросил ложку и свирепо на них посмотрел:
- Мэри, мы подаем ему суп или салат?
- Салат.
- Чудно! Готовь!
Мэри метнулась к холодильнику.
- Молли, цыпленок сильно подгорел?
- Да не очень… - промямлила Молли.
- Угольки остались, - услужливо подсказал Арти.
- Сколько времени нужно, чтоб приготовить заново?
- Десять минут.
- Куча времени. Выполняй.
Молли шмыгнула носом и полезла в морозилку.
- Арти, ты сейчас чем-нибудь, ну хоть чем-нибудь полезным можешь здесь заняться? И, ради всего святого, не рассказывай, чем именно, просто скажи «да».
- Конечно, босс.
- И, поскольку я надеюсь, что это никак не связано ни с залом, ни с кухней, просто свали, чтоб я твоей рожи не видел до тех пор, пока не понадобится мыть посуду.
- Блин, у меня йогурт закончился, - простонала Молли, перебирая продукты.
- Это цыпленок по-омански, тебе и не нужен йогурт.
- Ну тогда у меня сливки закончились.
- Тебе и сливки не… Ладно! – Джон махнул рукой и направился в соседнее помещение посмотреть, как дела у Мэри. В тот момент, когда за ним захлопнулась дверь, Мэри приблизилась к нему вплотную и прижала к двери. Джон вскрикнул от неожиданности.
- Неужели ты так верещать умеешь… - озадаченно протянула Мэри.
- Мэри, что за херня?!
- В армии тебя точно культуре речи не учили.
- Мэри.
- Знаешь, в чем еще тебе армия явно не на пользу пошла? Ты совершенно разучился флиртовать.
Джон уставился на девушку:
- Да ты о чем вообще?..
- Флирт. Это когда один человек увлечен другим человеком и старается оказаться рядом с ним, поболтать, мило пошутить, чтобы показать свою заинтересованность. У нас с тобой раньше постоянно такие моменты возникали, но как только я отвечала взаимностью, ты моментально все портил. Мы болтали о всякой забавной чепухе типа погоды, или о том, сколько людей непонятно зачем заказывают дополнительную хлебную корзину, - все рано потом хлеб не едят… Но я ума не приложу, как можно пытаться флиртовать, беседуя о прадедах.