— Итак, юная дева, — нараспев начал полковник, — не порадуешь ли всех собравшихся занимательной историей?
— А что, очень надо? — хмуро спросила я.
Вместо ответа Арфеналме спрыгнул со стола, приблизился ко мне почти вплотную, да так и застыл, словно давая время убедиться, что рубашка у него безупречно чистая и благоухает какими‑то цветами. Этот зараза после прибытия в замок ещё и переодеться успел! От меня же пахло лесом, костром, пролитым на штанину супом и прочими прелестями походной жизни. Не говоря уж про толстый слой грязи, покрывавший меня с головы до пят. В общем, стоя в таком виде рядом с полковником, я смотрелась донельзя нелепо. И это неимоверно злило. К слову, командир и Эл выглядели ничуть не лучше меня. Разве что успели наскоро умыться. Но им выпендриваться было неположено, поэтому остроухие сидели с каменными лицами и делали вид, что всё в порядке. А я злилась и за них тоже. За компанию.
— Как сказать… — наконец подал голос Арфеналме. — Думаю, присутствующие здесь господа собрались не ради того, чтоб посмотреть на тебя. Им гораздо интереснее будет послушать, что ты скажешь. И твоё молчание может их очень расстроить. И даже обидеть. Вот, например, тот юноша в серебристом камзоле… Нет, не оборачивайся, не надо. Он не очень любит находиться в центре внимания. Так вот, отец этого достойного юноши не так давно выказал некое… ммм… несогласие с текущей политической ситуацией. Мол, нарушение границы войсками Восточной Предонии не продуманный политический ход, а просто недоразумение. Случайность. А люди, якобы, не виноваты. И знаешь, что тогда сделал этот юноша? Нет? О, этот достойный наследник своего рода написал донос на собственного отца. Что тот прячет в подвале вражеского шпиона. А самое интересное, что шпиона, вернее, шпионку, действительно обнаружили. Правда, она кричала, что работает в этом доме служанкой уже двадцать лет… но кого это волнует, правда? Естественно, их обоих повесили. И служанку, и её господина. Грустная история, да?
Я машинально кивнула и всё‑таки обернулась, чтоб посмотреть на местного Павлика Морозова. Юноша в серебристом камзоле не представлял из себя ровным счётом ничего интересного. Из толпы его выделяли разве что трусливо бегающие глазки, да миниатюрные, едва заострённые, уши. Судя по последнему признаку, этот борец за чистоту эльфийской расы сам был обычным полукровкой.
— Налюбовалась? — с вежливой улыбкой поинтересовался полковник. — Ну и ладно. А я это всё к чему? К тому, что вот за такое тоже вешают. А за то, что ты натворила — и подавно. Так что теперь я жду от тебя интересную историю. И чтоб не скучней и не короче той, которую рассказал я. Договорились?
— А если бы выяснилось, что твой сын симпатизирует людям или просто не хочет воевать, его бы тоже повесили?
— Непременно. А он симпатизирует?
— Откуда мне знать! — буркнула я.
— Ясно. Пожалуй, надо с ним поговорить на досуге. А ты рассказывай, рассказывай. Мы все ждём.
Больше всего мне хотелось плюнуть этому франту в холёную физиономию. Но я, к сожалению, слишком хорошо представляла, что будет дальше. А жить хотелось. Поэтому я покорно уточнила:
— А с чего начинать?
— С самого начала, — Арфеналме одарил меня ещё одной улыбкой. Ксанка от такой благосклонности давно растеклась бы по полу влюблённой лужицей. А я улыбнулась в ответ и начала рассказывать. Как и просили — с самого начала:
— Давным — давно, в далёкой — далёкой галактике…
* * *
Выглянув наружу, Олег наконец‑то понял, почему Варвара говорила о пепелище. Небольшой домик стоял посреди выгоревшего леса. Непонятно, каким образом деревянному строению удалось пережить немаленький пожар, но оно, кажется, совершенно не пострадало. Чего нельзя было сказать об окрестных деревьях. Запах гари давно выветрился, но чёрные, лишённые листьев, стволы и выжженная земля навевали тоску.
Впрочем, как следует потосковать парню не дали.
Стоявшая на крыльце женщина приветливо кивнула и, не дожидаясь приглашения, вошла в дом. И оттуда сразу же раздалось её удивлённое:
— Это ты? Слушай, предупреждать же надо! Когда мы последний раз виделись, ты была как‑то пониже, порыжее и…
— И постарше, — хмыкнула Варвара. — Ну вот так сложилось, что пришлось сменить шкурку. Зато ты почти не изменилась. Здоровый образ жизни и всё такое?
— Да разве же это жизнь! Сплошная работа без сна и обеда. А вот то, что на крыльце — твоё дитятко?
— А чьё же ещё!
'Дитятко' услышав, что речь зашла о нём, наконец‑то прекратил любоваться пейзажем и вернулся в комнату. Гостья к этому времени уже успела по — хозяйски завалиться на кровать, даже не подумав снять сапоги. Впрочем, вряд ли она вообще могла без посторонней помощи выбраться из таких высоченных ботфорт.
— В общем, знакомьтесь, — Ведьма поставила пироги в печь и довольно улыбнулась. — Этого недоучку зовут Олег. А это — княгиня Вербина айр Астэр. Или как тебя теперь в замужестве принято величать?
— Да никак. Титул у меня после свадьбы отобрали, владения тоже. Так что сейчас я просто Верба, скромная жена простого столичного трактирщика.
— Скромная? — Олег даже не пытался сдержать смех.
— Ну да, скромная, — обладательница сапог лениво поправила обтягивающий кожаный топик. — А если кто не согласен, так это его проблемы.
— Не жалеешь, что так вышло? — Варвара присела на краешек кровати.
— Да ты что! Никогда в жизни! Как представлю, что сидела бы в четырёх стенах целыми днями… Вышитые салфеточки, балы, светские беседы и грязные трусы нелюбимого мужа под кроватью. Тьфу, гадость. А так — дома всегда сготовлено, иногда даже убрано, люди разные интересные приходят, вечерами песни поют, морды бьют, тарелками швыряются… Ещё бы появляться там почаще.
— Совсем забегалась?
— Так война же, а такие вещи без меня не обходятся. А эти идиоты с обеих сторон совсем обалдели. Нет бы собраться в одном месте, дать генеральное сражение — и разойтись по своим делам. Так ведь нет! Они даже подраться нормально не могут. Цапаются по всему фронту мелкими группами. А мне мотаться с донесениями из Тангара в Таин и обратно. Ну и прямые обязанности тоже никто не отменял.
— Может, помочь?
— Чем? Извини, Варь, но это не в твоей компетенции. Да и мир не твой.
— Кстати, о мире! — встрепенулась ведьма. — Я чего тебя звала‑то… Что у вас тут такое странное твориться с энергетикой? И где местная верховная?
— А не знаю, — Верба виновато развела руками. — Как Волчья Тётушка померла, так больше никто и не объявлялся. Видать, или трусит новенькая, или не понимает всей важности вопроса. А мне, честно говоря, искать некогда было. Хотя собиралась, но всё как‑то недосуг.
— Ладно, сама поищу. Уж это‑то как раз в моей компетенции.
— Да, по обучению малолетних ведьмочек ты лучший специалист из тех, кого я знаю. И, кстати, про малолетних. Ты в курсе, что у нас тут настоящая олла бегает? Дурная, необученная и без… — гостья внезапно осеклась и скосила глаза на Олега. — Или уже вполне себе с…
— С чем? Или без чего? — не поняла Варвара.
— Так с этим самым… — Воительница обеими руками изобразила в воздухе нечто, в равной мере похожее на кляксу, свадебный торт и огромную кувалду. Но её собеседница только вопросительно округлила глаза:
— Всё равно не понимаю. Говори как есть.
— Да со стражем же. Инициированным. Ладно, я сразу не обратила внимания. Но неужели ты сама не почуяла?
— Почуяла. Но до последнего надеялась, что ошибаюсь.
— Не ошибаешься. Твоё дитятко очень крупно попало.
— Да, это он умеет. — Ведьма оглянулась на сына. — Это, пожалуй, единственное, что он действительно умеет.
— А чего случилось‑то? — вмешался Олег. — Нет, я понял, что дело в той девчонке. Но я же жив. То есть всё вроде как в порядке, да?
Женщины молча переглянулись.
Потом Варвара, всё ещё не произнося ни слова, подошла к парню и с размаху припечатала его ладонью по затылку.
— Больно вообще‑то! — хмуро сообщил тот.