Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Хорошо, — робко улыбнулась я. — Тогда запишите мне номер своей карточки, я как доберусь домой, деньги вам за такси переброшу.

— Не стоит, мне не в тягость…

— Что вы, я настаиваю! Не могу же я вот так незнакомого человека грабить! — звонко рассмеялась я. И довольно отметила, что мужчина не возражал, когда я взяла его под руку.

Несколько минут спустя мы уже сидели на кухне в его квартире. За окном, обрамленным шторами цвета коричневой охры, звонко барабанил дождь. А у нас горела теплая электрическая лампочка, и Даниил налил мне в чашку кипятка из только что закипевшего чайника. Аромат мятного чая сразу же заполнил всю комнату, и вдохнув его, я довольно прищурилась. На мне был мягкий желтый свитер и джинсы, которые мужчина достал из своего шкафа (очевидно принадлежавшие его девушке). Я с радостью переоделась в них, приняв теплый душ.

— Похоже, такси придется подождать, — вздохнул он, ставя передо мной чашку, которую я поспешила обхватить замерзшими пальцами. — Оператор говорит, из-за ливня все машины загружены, а некоторые и вовсе не на ходу.

— Ясно, — вздохнула я, потупив взгляд. А после, натягивая на кисти длинные рукава, проговорила: — Простите, что так стесняю.

— Ничего страшного! Не мог же я оставить девушку под дождем посреди ночи.

— Вы очень добрый.

— Все так говорят, а иногда даже ругают за это. Но меня все устраивает — в том числе и бока, которые я получаю со своей добротой!

Засмеявшись, я отпила нежного чая из большой кружки и мечтательно прикрыла глаза. Даже не помню, о чем мы говорили с ним следующие полчаса. Просто все из моей памяти вытеснил единственный момент: когда его рука случайно коснулась моей и замерла. А я, не задумываясь, переплела с ним пальцы. После этого прошло лишь несколько секунд, прежде чем с цепи сорвался ураган!

Потянув меня на себя, Даниил украл мой рассудок одним единственным поцелуем. Глубоким, страстным, долгим. Поцелуем, на который я без тени сомнений отвечала, пропуская сквозь пальцы в его темно-русые волосы. Для его сильных рук не составило труда легко подхватить мое хрупкое тело и, запуская ладони под свитер, понести в комнату, посреди которой стояла аккуратно застеленная кровать.

Сорвав покрывало, мужчина отшвырнул его и положил меня на простыни. Все еще немного влажные медные волосы рассыпались по подушке, сильнее запутываясь с каждым страстным поцелуем, будившим во мне настоящего дикого зверя!

Выпустив мои губы, Даниил стащил свитер, под которым не было ничего — так же, как и под джинсами: мое нижнее белье намокло под дождем, и сейчас просыхало на сушилке для полотенец.

Склонившись надо мной, мужчина нежно захватил губами сосок и принялся играть с ним кончиком языка, в то время как уверенные пальцы расстегивали джинсы: пуговица, молния… и томный стон, когда эти самые пальцы скользнули меж моих ног. Ненадолго — лишь на несколько секунд, прежде чем Даниил стянул джинсы с моих стройных бедер.

Не колеблясь, он развел мои колени и принялся ласкать меня языком. А мне оставалось лишь ухватиться за его волосы и стонать, срываясь на крики! Этот мужчина… его глаза, его улыбка, волосы, кожа, запах… Это привязывало, вызывало зависимость, одурманивало. И заставляло раз за разом желать еще!

Тот момент, когда Даниил проник в меня, разорвал мою душу мириадами оттенков красного. Выгибаясь ему навстречу, я судорожно хваталась пальцами за его спину, бездумно оставляя на коже красные царапины. Мне хотелось принять его, полностью растворить в себе, забрать в свою вечность, день за днем упиваться этим дурманом! И разрывая губы поцелуями, мы замерли лишь на один миг, когда зазвонил телефон — скорее всего, от службы такси: сообщить, что машина уже ждет.

А может — от той девушки, которую он провожал домой чуть больше часа назад.

Когда мы встретились во второй раз, яркое солнце играло на сочных зеленых листьях. И эта встреча уже не была случайной, мы заранее договорились о ней через неделю после первой. Тот день мы провели, гуляя по парку и наслаждаясь мороженым в уютном кафе. А ночью наслаждались уже телами друг друга, громкими стонами мешая соседям спать.

Наша третья встреча состоялась на берегу реки в горсаду, где мы устроили пикник. Четвертая — в кинотеатре, когда весь сеанс совершенно не обращали внимания на фильм. А в пятую пришли в дендропарк и отдыхали на траве.

И вот теперь я сижу рядом с ним в тени деревьев, у пышных кустов самшита, вдыхая аромат свежей зелени. На нас не обращают внимания, поэтому мы можем спокойно обниматься, время от времени даря друг другу мимолетные поцелуи — никому нет до нас дела.

Данил разрывает поцелуй, чтобы выпустить из губ тихий стон. А я смотрю на его губы и провожу по своим кончиком языка. Но когда заглядываю в любимые глаза, то вместе с нежностью встречаю в них сомнение и обеспокоенность.

Он не скрывает, что на момент нашей встречи уже встречался с другой девушкой. Как и того, что все еще не порвал с ней… что не может решить, как правильно поступить. У нас не было откровенного разговора на эту тему, но мы оба все знаем и без него.

Солнце заливает ярким светом клумбы и аллеи, по которым гуляют люди. Но никто в этом парке не замечает ни меня, ни его. И я рада, невероятно рада этому. Наверное, у меня сейчас недостаточно мужества, чтобы посмотреть в глаза еще хоть кому-нибудь, кроме Даниила. Я слишком привязалась к нему, непозволительно привязалась. И лучше всех (даже лучше моей матери, узнай она о моих чувствах) понимаю, что должна причинить нам обоим необходимую боль. Просто потому, что однажды позволила себе пожелать намокнуть под дождем, а потом — укрыться от него под большим черным зонтом.

По дорожке проходит молодая пара. Руки женщины с легкостью держатся за коляску. А мужчина, накрыв их ладонями, с любовью смотрит на счастливую мать. И время от времени наклоняется, чтобы потрепать за румяные щечки маленького ребенка с золотистыми кудряшками.

— Что случилось? — спрашивает Даниил, заметив, как я помрачнела.

— Оставайся с ней, — шепчу я одними губами.

— Что? — не понимает он.

— Оставайся с ней, — повторяю, и ловлю его взгляд. — Так будет лучше.

— Но… разве ты не любишь меня?

— Люблю. Больше жизни. Но и она также любит. А ты не уверен, не можешь выбрать.

— И поэтому ты решила сделать выбор за меня.

— Да.

— Эгоистично с твоей стороны.

— Пускай. Но иначе я не могу. Мы должны это прекратить. Поэтому оставайся с ней.

— Хорошо, — соглашается Даниил, но все еще не решаешься убрать руку, которой обнимает меня. — Но… почему? Почему ты решила, что с ней я буду счастливее?

— Потому что я никогда не смогу дать тебе то, что может дать она, — горько выдыхаю я, положив руку на живот.

Несколько секунд он молчит, глядя на меня расширенными зрачками. А потом молча наблюдает за мной взглядом, пока я не исчезаю за поворотом в покрытой тенью аллее. Этому человеческому мужчине незачем знать, что в чреве я унесла в свой мир частичку его.

Бронислава Вонсович

ЛУЧШИЕ БЛОНДИНКИ КОРОЛЕВСТВА И Я

Оригинальная идея Анны К.

Король Марко с удовольствием рассматривал обложку своей книги. На ней жгучий черноглазый красавец держал в объятьях прекрасную золотоволосую деву. На первый монарший взгляд изображение было много красивее оригинала, на что он мягко попенял художнику. Инор Манчини встал в позу и гордо сказал: «Вовсе нет, ваше величество. Вы же видите себя только в зеркале, а оно, как известно, врет. А я же вижу вас таким, какой вы есть. И от правды отступать не намерен». Честность и правдивость художника нашла понимание в сердце Марко, что выразилось в дополнительном вознаграждении. Но главное — это не обложка, главное — то, что он, Марко, первый среди венценосных особ стал Писателем, чьим талантом восхищаются тысячи подданных. Какие великолепные рецензии были во всех столичных газетах, а ведь ни один редактор не знал, что Маркус Сапес — это литературный псевдоним короля Лории. Все, как один, писали, про интереснейшие сюжетные ходы, прекрасно подобранные эпитеты, грамотно выстроенную интригу, заставляющую читателя постоянно находиться в напряжении.

31
{"b":"547676","o":1}