Литмир - Электронная Библиотека

Рядом, чуть не отдавив мне ноги, проехал автокар. Водитель наверняка был сильно пьян. По имперским орлам на штемпелях, которые украшали тюки в кузове автокара, я догадался, что «Ангел ночи» ограбил почтовый звездолет военно-космических сил Империи.

Интересно, что в тюках… Ладно, это не мое дело — у меня иной бизнес.

Я направился в коридор, ведущий к восьмому причалу, у которого пришвартовал свой звездолет. Шум погрузо-разгрузочных работ остался позади.

Вот и дверь в переходной отсек. Я не опоздал. Тридцать минут, которые дал мне Купер, еще не прошли, и у меня в запасе оставалось полминуты. Если Купера нет на месте, я успею открыть люк звездолета и проверить систему навигации. А если Купер уже ждет, еще лучше — сразу отстыкуемся и отправимся в путь.

Я переступил порог широкого люка и вошел в тамбур переходного отсека. Здесь оказалось тесно от количества присутствующих. В небольшой комнатке шлюза находились восемь человек. Все были одеты в оранжевые скафандры работников станции.

Противный все-таки звук издает карентфаер, когда его энергетический элемент находится под напряжением, готовый к выстрелу. Что-то вроде писка летучей мыши, едва различимый ухом. Сейчас этот звук был усилен в восемь крат.

Группой руководил Пат Гамильтон. Он выделялся своим огромным ростом и уродливыми борцовскими ушками, похожими на две пережеванные пельмешки.

— Скайт Уорнер, — ткнув в меня стволом карентфаера, спросил темнокожий гигант, — где твои компаньоны?

— А разве их здесь нет?

Мой ответ, скорее похожий на вопрос, не понравился Гамильтону. Пат кивнул одному из подчиненных:

— Вронский, забери у него бластер.

Вронским оказался тот белобрысый мордоворот с пухлыми кривыми губами, который на пару с Гамильтоном встречал меня и команду Купера по прибытии на станцию. Он бесцеремонно вытащил «дум-тум» из моей кобуры и засунул себе в нагрудный карман скафандра.

— Пат, я в самом деле не знаю, где сейчас мои пассажиры, — попытался я обрисовать ситуацию.

— Мы разве знакомы? — Гамильтон устремил на меня подозрительный взгляд.

— Нет, но…

— Все расскажешь мистеру Пламмеру, — оборвал меня на полуслове темнокожий гигант.

В следующее мгновение в спину мне ткнули электрошокером. Разряд был настолько мощным, что им запросто можно было свалить быка, не говоря уже о законопослушном гражданине…

Глава 5. ДОПРОС С ПРИСТРАСТИЕМ

Я стая приходить в чувство: перед глазами поплыли разноцветные круги, в ушах зазвенело, начало покалывать в конечностях. Состояние — словно побывал на том свете. В местах, где к телу прикоснулись контакты электрошокера, кожа горела от ожогов. Без сознания я пробыл скорее всего не больше десяти минут. Электрошок мощная штука, но это все-таки не парализатор, после выстрела которого валяешься в отключке несколько часов.

Я открыл глаза.

Помещение, в котором я оказался, смахивало на центр управления автоматической линией по сборке машин на каком-нибудь заводе: просторная светлая комната с высокими потолками, на округлых стенах щиты со светящимися схемами, лампочками, индикаторами, вдоль идет длинный пульт с кнопками и экранами. Что находится у меня за спиной, я узнать не мог, так как был привязан к креслу с высокой спинкой, и мне стоило большого труда повернуть голову, чтобы посмотреть назад. Впрочем, кресло, к которому меня привязали, оказалось на колесиках, и, оттолкнувшись ногами от пола, я смог развернуться на сто восемьдесят градусов.

Противоположная стена от пола до потолка была полностью сделана из стекла, за ней открывался вид на широкое помещение, похожее на цех нефтеперегонного завода. Прямо под окном на массивном основании находился огромный котел. На его широком, сделанном из толстых стальных листов корпусе мигали зеленые индикаторные лампы. К основанию вели разноцветные трубопроводы и провода. Толстая крышка оказалась приоткрыта, и с моего места было видно серую маслянистую субстанцию, до краев заполняющую котел.

В помещении возле стеклянной стены стояли Пат Гамильтон и Вронский. Они рассматривали необычное сооружение по другую сторону окна и не заметили, что я уже очнулся. А кроме них, в комнате больше никого не было.

Если мне удастся распутать руки, то появится неплохой шанс для побега. Но этим планам не суждено было сбыться.

— Какой идиот привязал человека к моему креслу?!

В помещение вошли четверо мужчин: первым шел толстяк в черном костюме, за ним горбатый старик с эбонитовой тростью в руках, капитан «Ангела ночи» Даг Истмэн и последним — неопрятный очкастый тип в грязном белом халате. Прозвучавший вопрос принадлежал толстому господину в дорогом костюме.

— Я спрашиваю, что это такое?! — указывая на меня пальцем, спросил толстяк у Гамильтона.

— Этот человек вызвал подозрения, господин Пламмер, — ответил начальник охраны.

— В мешок и за борт, — коротко распорядился толстяк. — Почему я должен заниматься еще и разными мелочами? Следить за порядком на станции твоя забота, Пат. За это тебе, между прочим, платят большие деньги. А у меня есть более важные дела, чем отвлекаться на всякий сброд. Я давно предлагал тебе, Сэм, — обернулся Пламмер к горбатому старику, — прекратить на станции всякую торговлю наркотиками — это мешает нашим планам.

— Торговля наркотиками, которую ты так не любишь, Генри, дает нам требуемые средства, — прошепелявил горбун. — Все здесь построено на мои деньги, полученные от торговли глюкогеном.

Из их разговора я сделал вывод, что толстяк — это Генри Пламмер, представитель фирмы «Стеркул», начальник Вулгхарда; горбун с тростью не кто иной, как Сэм Липснер — учредитель и глава одноименного фонда. Дага Истмэна я уже видел. А вот кем был неопрятный тип в белом халате, вошедший последним? Впрочем, этого я могу и не узнать…

— Пат, почему этот человек все еще здесь? — возмутился Генри Пламмер. — Он должен уже быть на полпути к мусорному шлюзу. Мне нужно мое кресло! Не могу же я все время стоять!

— Шеф, — Гамильтон отошел от окна, — я думал, что вы пожелаете его допросить лично. Этот человек прибыл на станцию с отрядом вооруженных рейнджеров. Возможно, им что-то известно о проекте.

— Я же приказал на неделю закрыть чужим доступ на станцию. Кто их пустил? — Пламмер покраснел от негодования. — И где сейчас эти вооруженные рейнджеры?

— Они вроде бы собирались наняться в команду «Ангела ночи».

— В экипаже моего звездолета нет ни одного нового человека, — заверил Даг Истмэн. — И я не слышал, чтобы кто-то обращался к моим помощникам с просьбой о найме.

— Давайте спросим у него. — Сэм Липснер, этот противный горбатый старикашка, больно ткнул меня в грудь концом своей эбонитовой трости.

— Отвечай, мерзавец, где твои ухари?! — выкрикнул он скрипучим старческим голосом. — Молчишь? Напрасно. Я и не таких субчиков раскалывал, покрепче твоего будут. Подпалим пятки — сразу запоешь, как соловей…

Мне надоело молчать.

— Еще раз тронешь, старая сволочь, все кости переломаю, — заверил я старика.

— Вы слышали? Паршивец эдакий! Да кто ты такой?

— Его зовут Скайт Уорнер, — показал свою осведомленность Гамильтон.

— Как?

Возникла неловкая пауза. Кажется, мое имя было известно этим людям.

— Скайт Уорнер? — Сэм Липснер опустил занесенную для нового удара трость. — Не тот ли это Уорнер, что летал когда-то с Браеном Глумом?

— Тот самый, — подтвердил его предположение Пат Гамильтон.

Горбун, нервно перебирая худыми пальцами по набалдашнику трости, тихонько отошел в сторону.

— Что это вы так испугались, достопочтенный? — спросил Пламмер. — Браен Глум давно мертв. «Валрус» уничтожен, а остатки его команды разбрелись по космосу.

— Да, да, я знаю, Генри, — отстраненно отозвался Сэм Липснер. — Браен Глум мертв, конечно. — Его голос был едва слышен. — Только, если у вас есть вопросы к этому джентльмену, задавайте их сами. А меня, старика, увольте — не в том я возрасте для таких дел, и сердце уже не то.

11
{"b":"30501","o":1}