Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Всю ночь она стремилась вперед во влажной темноте облаков, иногда поднимаясь выше, в пустоту, залитую светом двух спутников Барсума. Она замерзла, хотела есть и чувствовала себя очень несчастной, но ее стойкий дух отказывался признавать положение безнадежным. Ее разговоры с собой вслух напоминали спартанское упрямство ее отца, который перед лицом неизбежного уничтожения заявлял: "Я все еще жив!".

Ранний посетитель явился сегодня утром во дворец Главнокомандующего. Это был Гохан, джед Гатола. Он появился, вскоре после того, как было обнаружено отсутствие Тары Гелиум, и поэтому к нему долго никто не выходил, пока наконец он не встретился в коридоре с Джоном Картером, торопившимся организовать отправку отрядов на поиски дочери.

Гохан прочел беспокойство на лице Главнокомандующего.

— Прости мою назойливость, Джон Картер, — сказал он. — Я пришел просить разрешения остаться на один день, так как было бы безумием пытаться вылететь в такую бурю.

— Ты останешься желанным гостем, Гохан, пока не захочешь оставить нас, — ответил Главнокомандующий, — но ты простишь некоторое невнимание к тебе, пока моя дочь не вернется к нам.

— Твоя дочь! Вернется!! Что это такое? — воскликнул гатолинец. — Я не понимаю.

— Она исчезла вместе с своим самолетом. Это все, что мы знаем, можно предположить, что она решила полетать перед завтраком и попала в когти урагана Ты простишь меня, Гохан, если я оставлю тебя сейчас — я тороплюсь организовать поиски.

Но Гохан, джед Гатола, уже торопился к выходу. Выйдя, он сел на поджидавшего его тота и в сопровождении двух воинов с гербами Гатола направился по улицам Гелиума к дворцу, который был предоставлен в его распоряжение.

III. Безголовые люди

Над крышей дворца, где разместился джед Гатола со своей свитой, был привязан к высоким причальным мачтам крейсер ВАНАТОР. Стонущие снасти говорили о сумасшедшей ярости бури, а обеспокоенные лица членов команды, чья очередь была дежурить на палубе, подтверждали серьезность обстановки. Только крепкие привязные ремни спасали этих людей от падения под ударами ветра, а люди, находившиеся на крыше, вынуждены были цепляться за перила и столбы, чтобы не быть унесенными очередными порывами урагана. На носу крейсера был нарисован герб Гатола, но ни одного флага или вымпела не было на мачтах. Их сорвал ураган, и по лицам людей было ясно, что они опасаются как бы буря не сорвала и сам корабль. Они не верили, что какие-либо снасти могут долго противиться этой титанической силе. У каждого из двенадцати тросов, удерживающих корабль, стоял сильный воин с обнаженным коротким мечом, Если хоть один из тросов поддастся силе бури и лопнет, одиннадцать остальных тут же будут перерублены: будучи привязан частично, корабль осужден на гибель, в то время как отдавшись буре, он сохранял какие-то шансы на спасение.

— Клянусь кровью Иссы, они выдержат! — прокричал один воин другому.

— А если не выдержат, то духи наших предков вознаградят добрых матросов ВАНАТОРА, — ответил другой воин с крыши дворца, — ибо немного времени пройдет с того момента, когда порвутся канаты, до того, когда экипаж оденет одежды смерти. Однако, я верю, Танус, что они выдержат. Скажи спасибо, что мы не вылетели до начала бури: сейчас у нас есть шансы спастись.

— Да, — ответил Танус, — я не хотел бы сейчас лететь даже на крепчайшем корабле, когда-нибудь бороздившем небо Барсума!

В это время на крыше появился Гохан. С ним была остальная часть отряда и двенадцать воинов Гелиума. Молодой воин обратился к своим спутникам:

— Я немедленно вылетаю на ВАНАТОРЕ, — сказал он, — на поиски Тары Гелиум, которая, как полагают, улетела задолго до начала бури в одноместном самолете. Нет надобности объяснять вам, как слабы шансы ВАНАТОРА выдержать удары бури, поэтому я не могу приказать вам идти со мной на смерть. Пусть те, кто хочет, остаются. Им не грозит бесчестье.

— Остальные последуют за мной, — и он ухватился за веревочную лестницу, извивающуюся под порывами ветра. Первым, кто последовал за ним, был Танус, а когда последний поднялся на палубу крейсера, на крыше дворца осталось только двенадцать воинов Гелиума с обнаженными мечами, занявших посты у причальных мачт, где до этого стояли воины Гатола.

Ни один гатолианин не остался за бортом ВАНАТОРА.

— Другого я не ожидал, — сказал Гохан.

Командир ВАНАТОРА покачал головой, он любил свой нарядный корабль, гордость маленького флота Гатола. О его судьбе он думал, не о своей. Мысленно он уже видел свой корабль лежащим разбитым на красно-коричневом дне марсианского моря или разграбленным ордой свирепых дикарей.

Он посмотрел на Гохана.

— Вы готовы, Сан Тотис? — спросил джед.

— Все готово.

— Руби концы!

Договорились, что воины на крыше будут действовать по сигналу третьего выстрела. Требовались величайшая осторожность, согласованность… двенадцать мечей должны действовать одновременно с одинаковой силой, и каждый воин должен полностью пересечь стренги прочного троса, если бы свободные концы тросов запутались, корабль был бы немедленно разбит.

Бум! — Звуки сигнального выстрела донеслись в вое ветра до воинов на крыше. Бум! Двенадцать мечей сверкнули в сильных руках воинов. Бум! Двенадцать лезвий разрубили тросы в одно и то же время.

ВАНАТОР с ревущим пропеллером прыгнул вперед в бурю. Ураган, как бронированным кулаком, ударил его в корму и поставил большой корабль на нос, затем принялся подбрасывать и вертеть крейсер, как детскую игрушку. Двенадцать воинов с крыши дворца молча смотрели на это, не будучи в состоянии ничем помочь и гордясь мужеством тех, кто шел на смерть. И многие другие видели эту картину с тысяч высоких крыш, где готовились поисковые группы. Однако, эти приготовления были приостановлены, так как бессмысленно было посылать храбрецов в бушующий водоворот стихии! Их храбрость ничем не могла помочь в этих безнадежных поисках.

Но ВАНАТОР не упал на землю, во всяком случае, в пределах видимости, хотя пока наблюдатели могли следить за ним, не было ни одного мгновения, когда корабль шел бы ровно. Иногда он ложился то на один бок, то на другой, временами чуть не переворачивался вверх килем, или поднимался высоко-высоко, или вставал на нос или корму, повинуясь капризам могучей силы, несшей его вперед. Наблюдатели видели, как его уносило вдаль вместе с клочьями облаков. Никогда еще на людской памяти не бушевала над Барсумом такой силы буря.

Вскоре отлет ВАНАТОРА был забыт. Паника в городе нарастала. Возникли пожары. Главнокомандующий приказал людям, готовившимся выступить на поиски Тары Гелиум, направить их энергию на спасение города, так как и он был свидетелем отлета ВАНАТОРА и понимал всю опасность его положения. Кроме того, нужно было спасать людей в городе.

На второй день после полудня буря стала стихать, и не задолго до захода солнца маленький самолет, в котором Тара Гелиум провела много часов между жизнью и смертью, медленно летел, повинуясь дыханию слабого ветерка, над равниной, покрытой холмами — остатками высоких гор, некогда покрывавших континенты Марса. Девушка была истощена бессонницей, голодом и жаждой, а также нервным возбуждением, которое поддерживало ее силы в ужасных испытаниях. Вблизи за вершиной холма она заметила что-то, напоминавшее круглую и покрытую куполом крепость. Она быстро опустилась, чтобы скрыться за вершиной холма от взора возможных жителей, обнаруженной ею постройки. Крепость означала для нее жилище людей, и, следовательно, возможность раздобыть воду, а может, и пишу. Даже если она не была населена, подходить к ней нужно было с большой осторожностью, ибо только врагов можно было встретить так далеко от родного Гелиума. Тара Гелиум сознавала, что находится весьма далеко от родного Гелиума, двойного города империи ее деда, но если бы она знала, сколько тысяч хаадов в действительности отделяет ее от дома, она была бы ошеломлена безнадежностью своего положения. Воздушные емкости ее самолета были целы и удерживали машину в воздухе, держась вблизи поверхности; девушка направила машину к вершине холма, отделявшего ее от постройки, которую она приняла за построенную людьми крепость. Здесь она опустилась на поверхность возле группы деревьев к подтащила самолет к одному из них, где машина была укрыта от наблюдателей. Все это она проделала быстро и отправилась на разведку; как и большинство женщин ее сословия, она была вооружена только тонким клинком, и поэтому в сложившихся обстоятельствах лучшим ее оружием должна была быть ловкость, с которой она пряталась от возможных врагов. С большими предосторожностями она медленно поднялась на вершину холма, используя все естественные укрытия, прислушиваясь ко всем звукам и бросая быстрые взгляды по сторонам и назад, чтобы обнаружить возможных преследователей.

36
{"b":"278448","o":1}