Литмир - Электронная Библиотека

— Опусти пистолет, Исино. — Сано показалось, что его голос прозвучал очень слабо. Хирата и Такэда все еще дрались с Нирином и тремя стражниками; остальные вассалы уже лежали мертвые.

Тут, заглушая страх, в Сано зародилась отчаянная решимость. Продажный, коррумпированный переводчик — безжалостный убийца. Сано не позволит ему выйти победителем. Хоть он и безоружный, ему не занимать храбрости, чтобы уравновесить шансы с переводчиком. Шагнув вперед, он твердо сказал:

— Мои люди победят твоих. Тебе не удастся скрыться. Поэтому убери пистолет.

Исино трусливо жался в нише, его взгляд бегал из стороны в сторону, губы непрерывно шевелились. Однако он продолжал целиться в Сано. Левой рукой он вынул из столика книгу со счетами — узкую пачку листков бумаги, завернутую в черный шелк и перевязанную красным шнурком. Засунув ее за пояс, Исино поднялся на ноги.

— Не шевелитесь, или я выстрелю!

Он обеими руками выставил пистолет вперед. Сано отскочил назад. Исино бочком вышел из ниши и двинулся в сторону двери. Сано не спускал глаз с пистолета, с торчащего из зажима кремня, который подожжет порох, когда курок будет спущен.

— Огнестрельное оружие не столь надежно, как меч, Исино, — сказал Сано. Преодолевая страх, он последовал за переводчиком. — Порох может и не вспыхнуть. Такое нередко случалось. А у тебя только одна попытка. У пистолетов сильная отдача; даже с близкого расстояния можно промахнуться.

Исино хихикнул.

— Это самый лучший пистолет. Он принадлежал директору Спаену. Он не дает осечки, не дает... он показывал мне. Предупреждаю, не подходите ближе!

В его голосе звучали истерические нотки. Пистолет заметно дрожал. Когда Сано представил смертельную вспышку в круглом черном отверстии ствола, у него заныло сердце. Он поспешил успокоить переводчика.

— Исино, зачем тебе понадобилось заниматься контрабандой? — спросил Сано, зная, что преступники любят оправдывать свои действия.

— У меня не было выбора. — Как Сано и надеялся, голос Исино зазвучал ровнее, пистолет перестал дрожать, и переводчик замедлил шаг. — Губернатор Нагаи заключил с варварами тайную сделку. Он приказал мне все организовать. — Когда Сано немного придвинулся к нему, Исино дернулся. — Прочь от меня! — Сано поспешно повиновался. Исино забормотал: — Как я мог отказать губернатору Нагаи? Я потерял бы должность. Кроме того, он хорошо платит, а мне нужны деньги. Это ведь не дешево — постоянно покупать подарки для начальников. Недостаточно просто оказывать им услуги.

— Услуги вроде ловушки для меня? — перебил его Сано.

— Да... в смысле нет! Вы все равно не поймете. — Исино разозлился и, по мере того как говорил, все больше возбуждался. — Вы не понимаете, что значит быть таким одиноким, когда все, что ты делаешь, никого не устраивает. Вы просто такой же, как те, кто меня избегает и высмеивает!

Стараясь успокоить переводчика, Сано сообразил, как узнать мотивы убийств.

— Я понимаю, — сказал он. — Я знаю, какими жестокими бывают люди независимо от того, прилежно ли мы работаем и заслуживаем ли уважения.

— Да. Да! — Реагируя на явно прозвучавшую в словах Сано искренность, Исино быстро закивал.

Сано боком прошел к двери и встал между ней и переводчиком.

— Директор Спаен тоже неправильно относился к тебе? Именно поэтому он умер?

Лицо Исино сморщилось.

— Я думал, что он мне друг. — Пистолет немного опустился, и Сано, подумал, нельзя ли перехватить его. Нет, пока нет... — О, я знаю, что он был обязан держаться со мной вежливо... особенно после того, как я помог ему продать его личные запасы товаров. Но он всегда был так добр, и я подумал, что на самом деле нравлюсь ему. Я надеялся, что варвар оценит меня по достоинству, чего не делали мои соотечественники. Я был так счастлив, — бормотал Исино. Он убрал с пистолета одну руку и утер слезы со щек. Сано приблизился к нему, собираясь с духом. — Но потом, в ту ночь в бухте, я осознал, что обманываю себя, — продолжал Исино. — Мы как раз пригнали лодку в бухту — Спаен, начальник стражи Нирин и я. Мы ждали, когда Лю Юнь приведет бандитов. Я так волновался; засмеялся, потрепал Спаена по плечу и сказал: «Мы лучшие партнеры в мире, вы и я — хотя, конечно, вы, голландцы, не столь хитроумны, как японцы». — Исино улыбнулся сквозь слезы, вспоминая, как ему было приятно; похоже, он не понял, что оскорбил партнера. Внезапно его лицо потемнело, и он поднял пистолет. — Спаен рассмеялся мне в лицо, потом сказал, что я всего лишь куча дерьма, которая недостойна даже облизывать его ботинки, и если бы не контрабанда, он вообще никогда бы не имел со мной дел! Я понял, что наша дружба существовала лишь в моем воображении. Он презирал меня... как и все остальные! Я обиделся, потом разозлился. Быть отвергнутым даже варваром! — В глазах Исино вспыхнуло негодование. — При нем был его пистолет... я хранил его в своем кабинете на Дэсиме и выдавал ему для игрищ со шлюхой и когда он покидал остров. Когда Спаен отвернулся, я схватил пистолет и выстрелил в него.

Теперь Сано были ясны все обстоятельства, связанные с делом об убийстве, — отношения Спаена с другими варварами, история настоятеля Лю Юня, подводные течения в голландско-японских торговых отношениях; даже контрабанда имела второстепенное значение в деле об убийстве. Директор Спаен погиб из-за глубинной потребности одного человека в дружбе; этот мотив объединяет в себе культурный, политический и финансовый аспекты. Сано стало жаль Исино, переживания которого были для него мучительно близки. Родословная и характер Сано фактически сделали его таким же чужим в бакуфу, как и Исино. Если бы Сано больше волновало то, как на него смотрят другие, однажды он мог бы оказаться в таком же положении: готовым убить из мести, когда чаша терпения переполнится.

Но раненое самолюбие не оправдывает убийства; жалость не должна мешать правосудию. Сано приблизился к Исино.

— Что было дальше?

— Спаен упал. Начальник Нирин закричал. Я бросил пистолет и склонился над Спаеном. — Когда взгляд Исино обратился внутрь, Сано почти отчетливо увидел, как эта сцена отразилась в его глазах. — Было так много крови... Он не шевелился и не отзывался, когда я называл его по имени. Я заплакал. Я не собирался убивать его, просто хотел причинить ему боль — такую же, как и он мне! Потом пришел настоятель Лю Юнь. Он сказал: «Бросьте Спаена в воду и сообщите, что он сбежал с Дэсимы». Но начальник стражи Нирин возразил: «Если тело выбросит на берег, все увидят, что он застрелен. Убийство варвара повлечет за собой расследование чиновников из Эдо. Служащие Дэсимы станут очевидными подозреваемыми, и губернатор Нагаи сдаст всех, чтобы оградить себя». Настоятель Лю Юнь стал вырезать пулю ножом. Потом он начал сыпать проклятиями и полосовать тело. Он сказал, что согласился содействовать контрабандистам, надеясь получить возможность убить Спаена, и гневался, что его опередили. Начальник стражи Нирин оттолкнул Лю Юня и погрузил тело в лодку. Я взял распятие, которое собирался продать христианам, и надел на шею Спаену.

— Чтобы, если тело найдут, все подумали, что его убил христианин? — тихо спросил Сано.

— Нет. Чтобы дух моего друга благословил его Бог... — В горле Исино застряли рыдания, пистолет теперь смотрел в пол.

«Скоро», — подумал Сано.

— А Пеон? Зачем ты убил ее?

— Однажды ночью, когда я был в доме удовольствий «Половинка луны», она стащила мою книгу с расчетами. Позже Пеон пыталась меня шантажировать. Спаен рассказал ей, что в книге содержатся записи о незаконно ввезенных товарах и обо всех, кто задействован в контрабандных операциях. Пеон знала, что я замешан в контрабанде с христианами, и когда вы упомянули при ней про распятие на теле Спаена, она догадалась, что его убил я. В ночь исчезновения Спаена она видела, как я пришел к нему в комнату и увел его. Если бы я не заплатил, Пеон отправила бы книгу в Эдо и меня казнили бы. Она направила вас по ложному пути, соврав про то, что Урабэ был на Дэсиме. Пеон не хотела, чтобы вы нашли меня прежде, чем я заплачу. Но у меня не было денег. Поэтому я убил ее. У меня не было выбора!.. — В голосе Исино зазвучала усталая отрешенность. Он упал на колени, стукнув пистолетом об пол. — Я не хотел никому причинять вреда. Просто... так случилось.

72
{"b":"23599","o":1}