Литмир - Электронная Библиотека

Я стал рассказывать дальше и постепенно поведал им обо всем. Ради Армана я повторил рассказ о Роджере и о беседе с его призраком, затем во всех подробностях вспомнил, как неудачно сложился мой визит к Доре, как в монастыре появился преследовавший меня повсюду дьявол и как мы спорили и сражались с ним.

Я старался не упустить ни единой детали. Я полностью раскрыл перед Арманом свой разум, позволяя ему проникнуть туда и, быть может, отыскать там еще что-то важное.

Наконец я закончил.

— Только, пожалуйста, обойдемся без оскорбительных замечаний,— гордо заявил я, откидываясь на спину на траве.— Не спрашивайте меня, почему я сбежал от Доры или зачем выложил ей все про ее папочку. Я не могу избавиться от ощущения, что Роджер по-прежнему рядом, не в силах забыть его дружеское ко мне отношение и его безграничную любовь к дочери. А этот Мемнох-дьявол показался мне вполне разумным и беззлобным существом, к тому же речи его весьма убедительны. Что же касается нашей битвы, то я и сам до конца не понимаю, что произошло; знаю только, что дал ему пищу для размышлений. Спустя две ночи он вернется, причем, если мне не изменяет память — а она не изменяет мне никогда,— он сказал, что найдет меня, где бы я в тот момент ни находился.

— Да, в этом можно не сомневаться,— вполголоса откликнулся Арман.

— Мои мучения, кажется, не доставляют тебе удовольствия,— с горьким вздохом заметил я.

— Конечно нет,— ответил Арман.— Надо признать, однако, что ты и не выглядишь измученным. Ты стоишь на пороге очередной авантюры, и на этот раз просто действуешь чуть более осмотрительно, чем прежде, когда ты так бездумно позволил смертному сбежать в украденном у тебя теле, а сам остался внутри его бренной плоти.

— Нет, я не осмотрителен — я просто в ужасе. Уверен, что это существо — Мемнох — действительно самый настоящий дьявол. Доведись тебе стать очевидцем его видений, ты бы тоже не усомнился в его дьявольской сущности. Я говорю сейчас не о чарах, не об умении завораживать Ты и сам можешь зачаровать кого угодно, Арман,— и весьма успешно проделывал это со мной. Но я дрался с ним. Он обладает некой субстанцией, способной проникать в реальные тела, в то время как сам по сути своей, несомненно, материален, но бестелесен. Что до всего остального, то я вполне допускаю, что здесь не обошлось без чар. Во всяком случае, он недвусмысленно намекал, что обладает чарующей силой — так же как и я.

— Судя по твоему описанию, это был, скорее, ангел,— безапелляционно заявил вдруг Дэвид.— Только этот ангел возомнил себя падшим.

— Дьявол... Дьявол собственной персоной...— задумчиво пробормотал Арман.— Чего ты хочешь от нас, Лестат? Ты просишь нашего совета? На твоем месте я ни за что не последовал бы за этим духом по собственной воле.

 — Почему? — спросил Дэвид, прежде чем я успел вставить хоть слово.

 — Понимаете,— пояснил Арман,— существует множество разного рода вполне земных созданий, чью сущность не в состоянии определить даже мы, равно как мы не можем установить места их обитания, не говоря уже о том, чтобы контролировать их поведение. Нам известно, что некоторые бессмертные существа выглядят как обычные люди, хотя на самом деле таковыми не являются. И тот, кого встретил ты, может оказаться кем угодно... К тому же его обхождение с тобой кажется мне весьма подозрительным... все эти видения, льстивые речи...

 — Возможно, ты прав,— перебил его Дэвид.— Но почему бы не допустить и другое: что он действительно дьявол, преследующий свои определенные цели, что он вполне разумен и рассудителен — как ты всегда и предполагал., Лестат,— и что он вовсе не моральный урод, а самый настоящий ангел, который нуждается в твоей помощи. Но при этом он не желает принуждать тебя к чему-либо. Сам факт его появления и без того можно считать своего рода насилием.

 — И все же я не доверился бы ему,— настаивал на своем Арман.— Что значит — он нуждается в твоей помощи? Означает ли это, что ты будешь существовать одновременно на земле и в аду? Нет, уже за одни только речи я стал бы избегать его всеми силами, обходить стороной — за те образные выражения и слова, которыми он пользуется. И даже имя его — Мемнох — звучит странно. Мне слышатся в нем отголоски зла и порока.

 — Признаю, почти то же самое говорил тебе когда-то я сам,— вздохнул я.

 — Мне не довелось собственными глазами лицезреть Властителя Тьмы,— продолжал Арман,— На протяжении многих веков я сталкивался лишь с суевериями и предрассудками и видел чудеса, сотворенные такими же демонами, как мы сами. Ты видел чуть больше. Но ты прав. Сейчас я повторяю тебе то, что прежде от тебя же и слышал: откажись от веры в дьявола, не считай себя его детищем... Между прочим, я говорил это и Луи, когда он пришел ко мне в поисках объяснений относительно Бога и вселенной. Ни в какого дьявола я не верю! И тебе не советую. Не доверяй этому существу! Отвернись от него и не слушай его сладкие речи!

— Что касается Доры,— негромко заметил Дэвид,— то ты поступил неразумно, нарушив неписаные правила и законы сверхъестественных созданий. Однако мне кажется, что положение еще можно исправить.

— Сомневаюсь,— возразил я.

— Почему?

— Хочу спросить вас... обоих... Скажите, вы верите моему рассказу?

— Я знаю, что все действительно было именно так,— сказал Арман,— но я не верю, что тот, с кем ты встретился, действительно дьявол и что он возьмет тебя с собой в рай и в ад. Л если говорить совсем откровенно, то, будь это правдой... Будь это правдой, тебе тем более не следует идти за ним...

Я долго смотрел на него, стараясь, несмотря на окружавшую нас темноту, как можно лучше разглядеть его лицо и проникнуть в его мысли, чтобы в полной мере понять его отношение к происходящему. В конце концов я убедился, что Арман говорил совершенно искренне. В нем не было и тени зависти или прежней враждебности ко мне, не было желания обмануть или обидеть... Если он и испытывал когда-то такого рода эмоции по отношению ко мне, то они остались в прошлом. Возможно, они вообще были всего лишь плодом моего воображения.

— Быть может, и так,— откликнулся Арман в ответ на мои мысленные размышления.— Но ты прав в том, что сейчас я говорю с тобой прямо и откровенно. И хочу повторить еще раз, что на твоем месте не поверил бы этому существу и его заявлению о том, что ты должен с ним так или иначе сотрудничать.

— В средние века это называлось договором с дьяволом,— уточнил Дэвид.

— И что все это значит? — спросил я довольно резко, хотя вовсе не хотел показаться грубым.

— Заключить договор с дьяволом,— пояснил Дэвид,— означает согласиться на какие-то предложенные им условия. Именно от этого и предостерегает тебя Арман. Нельзя вступать ни в какие соглашения с дьяволом.

— Совершенно верно,— подтвердил Арман, и глаза его на миг сверкнули во тьме. На юношеском его лице застыло выражение печали и крайней озабоченности.— У меня есть веские основания подозревать, что он стремится связать это соглашение с какими-то моральными проблемами. Почему ты непременно должен принять его предложение?

— Я не знаю, имеет ли это какое-то значение,— начал я, чувствуя себя в полном замешательстве,— но ты прав. Я и сам сказал ему что-то в этом роде... что-то о его игре по определенным правилам...

— Мне необходимо поговорить с тобой о Доре,— тихо шепнул Дэвид.— Ты должен как можно скорее исправить свою ошибку. Во всяком случае, хотя бы пообещать нам, что не будешь...

— Я не стану давать вам какие-либо обещания относительно Доры. Я просто не могу.

— Лестат, прошу, не разрушай жизнь этой молодой смертной,— с нажимом в голосе произнес Дэвид.— Если мы способны оказаться в ином измерении, если призраки имеют возможность просить нас о чем-то, то кто знает, быть может, они могут и наказать нас, причинить нам вред. Неужели тебе никогда не приходила в голову подобная мысль?

Дэвид сел прямо. В голосе его явно слышалось волнение и одновременно гнев, он звучал напряженно, и было заметно, что Дэвид сдерживает себя из последних сил.— Ты не имеешь права обижать эту девочку. Вспомни, ведь ее отец пришел к тебе с просьбой о защите, а не о том, чтобы ты свел ее с ума...

49
{"b":"235792","o":1}