Походы Генриха в Рим. 1310 г.
Такие люди с грустью размышляли о печальном положении своей родины (вышеупомянутый великий поэт сравнивает Италию с кораблем в жестокую бурю и без путеводных звезд), и теперь, когда даже папство попало в позорную зависимость от французской короны, с надеждой обращали взоры в сторону германского короля, который, по их мнению, мог быть единственным миротворцем и третейским судьей среди бушующей борьбы партий. Многие из здравомыслящих людей поспешили войти в отношения с Генрихом VII, который смотрел на свою задачу в Италии исключительно с этой идеалистической точки зрения третейского судьи. Он предавался благородным мечтам, как он справится с раздирающими усобицами партий посредством доброй воли и полного беспристрастия. Мечты эти поддерживались отчасти и итальянцами, а сам папа Климент V, несмотря на свое стесненное положение, относился к замыслу Генриха благосклонно. Но, увы, королевская власть в Германии была слаба, и это особенно ясно видно по тому ничтожному количеству войск (всего 5 тысяч человек!), с которым Генрих двинулся за Альпы в октябре 1310 г. В этом отношении, впрочем, его поход в Италию мало отличался от многих предшествующих.
![Всемирная история. Том 2. Средние века. - i_345.jpg](/BookBinary/213054/1406483255/i_345.jpg/0)
Генрих. VII в полном боевом облачении на коне.
Миниатюра из лицевой рукописи «Кодекс Балдуина Трирского». Кобленц. Провинциальный архив.
Вначале все шло довольно удачно, Генриху даже удалось устроить нечто вроде соглашения между вожаками двух главных партий в Милане. Однако вскоре ненависть взяла верх над миролюбием, и король, конечно, не мог действовать иначе, как решительно приняв сторону одной из партий и подставив ей под нож другую. Он поставил одного из членов фамилии Висконти, Маттео, градоправителем Милана, украсил свое чело знаменитой железной короной, а затем отплыл из Пизы с 1300 рыцарями и прибыл в Рим. И здесь он застал разгар борьбы двух враждующих партий. Вождями одной были Орсини, другой — фамилия Колонна. Здесь его пребывание сопровождалось тревогами и кровавыми схватками, которые длились в течение всего времени, пока король готовился к принятию императорской короны. Коронование это наконец было совершено по приказанию папы в Латеране в июне 1312 г., т. к. Ватикан и церковь святого Петра находились во власти партии, противной императору.
Кончина Генриха. 1313 г.
Естественным вождем гвельфов в Италии был король Роберт Неаполитанский, против которого Генрих и вступил в союз с Федерико II Сицилийским. Надо заметить, что гвельфская партия преобладала во Флоренции, да и во всей Северной Италии была сильнее гибеллинской; в дела Италии вмешалась и Франция. Филипп IV предложил Генриху уступить ему Арелатское королевство, обещая в случае уступки оставаться нейтральным по отношению к его действиям в Италии. Когда же Генрих отказал ему, то Филипп IV, а затем и папа перешли на сторону врагов императора, у которого и войска, и денег было слишком мало, чтобы решить борьбу одним ударом. В то время сын Генриха Ян Чешский, оставленный им в Германии правителем, благополучно успел утвердиться в обладании чешским королевским престолом. На сейме, созванном Яном в начале 1313 г. в Нюрнберге, война против Роберта Неаполитанского была признана общегосударственной войной, и решено было отправить в Италию значительные военные силы. Господству в Неаполе французской династии (вообще нелюбимой) грозила большая опасность, и Генрих уже собирался, несмотря на то, что папа грозил ему отлучением от церкви, двинуться в поход против сильного врага… Но вдруг во время похода, в августе 1313 г., в г. Буонковенто близ Сиены его постигла смерть на 51-м году жизни. По слухам, он был отравлен, а яд будто бы был дан ему доминиканцем во время причастия.
![Всемирная история. Том 2. Средние века. - i_346.jpg](/BookBinary/213054/1406483255/i_346.jpg/0)
Гробница Генриха VII в церкви Кампо-Санто в Пизе.
Мрамор. Школа Джованни Пизано, фигуры апостолов на фризе работы Тано ди Камайно. Тело, окутанное дорогими одеждами, лежит в естественной позе, нижняя мантия украшена люксембургскими львами, верхняя орлами империи. В надписи, в частности, говорится, что останки императора покоятся в гробнице нетленными.
Смерть его, конечно, избавляла и флорентийцев, и неаполитанского короля от большой опасности, и отравление во всех видах было в тогдашней Италии делом обычным, однако все это, конечно, еще не может быть ручательством в несомненности этого страшного факта. Но уже сами слухи и толки такого рода служат указанием на то, что в этой стране яростных и разнузданных страстей «все было возможно», выражаясь словами одного хрониста. После смерти Генриха гвельфская партия опять получила перевес. Войско, собранное им, рассеялось. Из числа немецких солдат, так называемых «ольтрамонтани» Генриха, многие были приняты на службу веронским князем Кангранде делла Скала, важнейшим из гибеллинских вождей, и ко всем бедствиям, которые обрушились на Италию, прибавились еще и шайки наемников, на которые опиралась тирания, вызванная и здесь, как и в древней Греции, где избытком свободы, а где и чрезмерным высокомерием господствующей аристократии.
Герб династии Люксембургов.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Фамилии Габсбургов, Виттельсбахов, Люксембургов. — Фридрих Красивый и Людовик Баварский. — Правление Людовика. (1313–1347)
Габсбурги и Люксембурги
Таким образом, неожиданная кончина императора разрушила план нового усиления германской короны путем возобновления римского имперского достоинства. Для Германии кратковременное царствование Генриха VII имеет значение лишь в том смысле, что оно выдвинуло в ряды уже имевшихся владетельных домов и Люксембургский дом, имевший такие же высокие притязания. Вследствие этого установление наследственной монархии, уже достигнутое во Франции, Англии и государствах Пиренейского полуострова или близкое там к осуществлению, снова было замедлено для Германии, а борьба знатных фамилий за корону вдвойне усилилась. Из пяти сыновей Альбрехта I второй — Леопольд — умом и энергией превосходил других. Он хотел предоставить корону своему старшему брату, главе дома, Фридриху, с которым был тесно связан истинно братской любовью. Фридрих был добрым, лично храбрым, но ограниченным человеком, при этом обладавшим величавой наружностью, благодаря которой он заслужил прозвище «Красивый», не часто достававшееся членам Габсбургского дома. Он на всякий случай принял свои меры еще до события 1313 г. Он мог, видимо, рассчитывать на курфюрста Кёльнского — архиепископа Генриха, пфальцграфа Рудольфа Рейнского, герцога Рудольфа Саксонского и двух бранденбургских маркграфов; следовательно, пять из семи избирательных голосов были на его стороне. Во главе партии, противоположной Габсбургам, стоял Петр, архиепископ Майнцский. Голоса за Трир и Чехию были в руках Люксембургского дома, т. к. архиепископом в этих областях был брат покойного императора Балдуин. Эта партия не собиралась проводить своего собственного кандидата, чешского короля Яна. Ему было всего 17 лет, к тому же он не годился уже потому, что был сыном последнего короля. Поэтому партия избрала своего кандидата из Виттельсбахов, герцога Верхней Баварии Людвига (Людовика), только что заслужившего громкую славу блистательным военным делом — победой над дворянами Нижней Баварии и их союзником, австрийским герцогом Фридрихом. Людовик, с помощью своих городов, разбил противников при Гаммельсдорфе 9 ноября 1313 г. Это был государь дельный, достойный своего положения, но бедный, не располагавший большой силой и, следовательно, остававшийся зависимым от своих избирателей. Его легко убедили в том, что он может не сдерживать обещания, данного им герцогу Фридриху, товарищу его юности, после битвы при Гаммельсдорфе, — обещания поддерживать его, Фридриха, в притязаниях на корону. Это обещание, говорили ему, теряет свою силу, если ту же корону предлагают ему самому. Вследствие этого произошло двойное и весьма сомнительное избрание. В Заксенхаузене меньшинство — Кельн, Пфальц, Саксония — провозгласило королем Фридриха, а большинство — Майнц, Трир, Бранденбург, Чехия — избрали Людовика. Фридриха короновал в Бонне архиепископ Кёльнский, Людовика — в Аахене архиепископ Майнцский, следовательно, — над первым был совершен обряд надлежащим лицом, но не в надлежащем месте, а над вторым — в надлежащем месте, но не надлежащим лицом.