Литмир - Электронная Библиотека

— Надо бы поскорее сообщить в полицию. Чем дольше мы будем тянуть с этим, тем больше придется объяснять. Сообщи и отправляйся домой. Они могут с тобой потом связаться, и ты изобразишь удивление. Таким образом ты останешься в стороне.

Патрик согласился.

— Я не собирался сам влезать в это, Вилли. — Он достал из кармана бумажник и протянул несколько купюр Эстелле: — Возьми и не болтай.

Сводня с готовностью кивнула и слезла со стула. Когда она уже подходила к двери, Пэт произнес ей вслед:

— Если я узнаю, что ты сказала хоть слово, я лично отрежу тебе язык, слышишь?

Эстелла снова кивнула и вышла из здания.

— Где жил Микки?

Броутон расслабился, почувствовав, что гнев Пэта прошел.

— Честно говоря, не знаю. Где-то неподалеку. Я думаю, он еще жил с Марианной.

— Все ясно. Марианна сразу же потребует компенсации. Болтливая кобыла. Итак, мы не можем отвезти его домой и свалить это грязное дело на других.

Броутон покачал головой:

— Ты, Пэт, уходи. Я сам всем этим займусь.

— Черт возьми, ты молодец, мистер Броутон. А меня что, в отставку?

Вилли нежно взял его за руку:

— Выбрось из головы такие мысли, Пэт. Он старается, чтобы было как лучше.

— Ты прав, Вилли, ты меня подбодрил.

После смерти своей дочери Мэнди Патрик изменился. Со стороны казалось, что он стал тверже, но на самом деле было вовсе не так, а в том мире, в котором жил Патрик, утрата твердости означала неминуемый конец — возможно, и не физический, но конец бизнеса уж наверняка. «Келли? Конченый человек!» Так говорили отнюдь не только враги.

Патрик пришел домой опустошенный. Микки действительно доставлял много хлопот, почти каждый день наживая врагов. Кто-то однажды сказал, что Микки мог бы устроить драку и в пустой забегаловке. Однако он составлял неотъемлемую часть самого Патрика.

Убийцы либо прятались в клубе, либо Микки сам впустил их в клуб. Может, даже договорился встретиться там с ними. Зачем его убили, да еще так жестоко?

Броутон оставил Микки в тот вечер одного. Эстелла сказала, что она зашла на минутку уже утром и нашла труп Микки. Заведение оставалось открытым всю ночь. Патрик удивлялся, что клуб не обчистили. Любой мог войти. Даже сигнализация была отключена.

Выходит, поганец Микки продолжал свои темные делишки. А ведь предполагалось, что с этим покончено. Как можно придать клубу респектабельный имидж, если один из партнеров снабжает травкой проституток?

Микки никогда не выпячивал свою роль в деле, это импонировало Патрику. Он мог быть чертовски обаятельным, когда хотел. Теперь же он мертв, начнется расследование, и Кейт узнает, что Патрик все еще держит бразды правления в Сохо. А он-то внушал ей, будто отошел от полукриминального бизнеса!

Патрик настолько разозлился, что, кажется, мог бы сам задушить Микки Даггона.

Зазвонил телефон, но Патрик проигнорировал звонок. Он знал, что ему скажут, но не смог бы сейчас изобразить удивление. Ему следовало решить, что говорить Кейт: узнав о случившемся, она вполне могла послать его к черту.

Вилли вошел в комнату с кофейником, смущенно улыбаясь.

— Звонила Кейт, — сказал он. — Я ей ответил, что ты разговариваешь по другому телефону. Она отменила обед на сегодня, так как вечером должна работать. Какой-то ужасный случай, Пэт, издевательство над ребенком. Вот ублюдки!

Патрик кивнул, почувствовав облегчение. Неизбежное объяснение откладывалось. Его заботило, что о нем подумает Кейт, он по-настоящему дорожил ее мнением. Для него невыносимо будет увидеть презрение на ее лице, когда Кейт поймет: все последние годы они жили во лжи.

Почему его угораздило попасть в ловушку именно сейчас, когда дела шли так хорошо и они поговаривали о свадьбе? Это несправедливо. Он налил себе кофе и оглядел красивую гостиную. Портрет Кейт стоял рядом с портретом его покойной жены Рене на старинном камине времен Людовика XV. Присутствие Кейт чувствовалось в доме повсюду. В ванной пахло ее духами, ее платья висели рядом с его костюмами в шкафу. Ему было приятно видеть ее помаду и кремы на туалетном столике. Патрик до боли любил Кейт. Потеряв Мэнди и Рене, двух самых близких ему людей, с Кейт он вновь обрел любовь и старался оберегать их взаимное чувство.

Слишком много людей так никогда и не узнают настоящей любви. А он поставил ее на карту ради нескольких грязных ночных заведений. Денег у него хватало, но он не мог удержаться от соблазна заработать еще. Такова уж была его натура.

Он попивал кофе и думал о том, что отказ от сегодняшнего ужина означал лишь отсрочку взрыва, который произойдет в ближайшие двадцать четыре часа.

Кейт собиралась обратиться в суд за разрешением на продление срока содержания под стражей Регины и Мило. Сердце у нее щемило — ордер на взятие детей Регины Карлтон под опеку был подписан, и их уже на эту ночь отправят в приемную семью. Как и предсказывал Роберт Бейтман, дети чувствовали себя несчастными без матери и обвиняли в своей беде Кейт.

Кейт постаралась не думать об этом. Следовало поскорее узнать, что же произошло в действительности с ребенком Регины.

Глава 2

Патрик открыл глаза и уставился в потолок. Мрачное предчувствие охватило его. Он повернулся и обнял спящую Кейт. Она уютно устроилась в его объятиях, а он смотрел в ее лицо. Кейт значила для него все. Он обожал ее. Один вид Кейт, лежащей рядом, наполнял его чувством безграничного умиротворения.

Она обвила его своей тонкой рукой и прижалась к нему, а он инстинктивно обнял ее еще крепче. Патрик посмотрел на часы. Было почти полседьмого утра. Через несколько минут Кейт начнет ворочаться и проснется. Это тоже нравилось ему. Большинство женщин, которых он знал до Кейт, даже и не думали вставать раньше десяти. Они не имели цели в жизни и полностью находились на содержании у мужчин. Эти женщины использовали свои тела, а не мозги, чтобы достичь желаемого.

Он безгранично уважал Кейт и так же безгранично дорожил ее уважением. Но сможет ли она уважать его, когда узнает правду о его делах? Холодок снова пробежал у него по спине. Кейт считала, что все должны быть такими, как она. Внешний вид должен точно соответствовать внутреннему миру. Открытая, прямая, честная. Такой была Кейт.

Прозвенел будильник, нарушив тишину в спальне. Кейт открыла глаза и улыбнулась Патрику, затем потянулась спросонья.

Патрик с наслаждением наблюдал за тем, как она просыпается. Через десять минут Вилли принесет поднос с кофе. К этому времени Кейт уже примет душ.

Его удивляло то, насколько они подходили друг другу. Оба привыкли рано вставать и оба радовались, что могут вместе проводить раннее утро, вместе просматривать газеты и обсуждать заголовки. Патрик даже выписал газету «Мейл», чтобы Кейт могла изучать страницы для женщин, комментируя вслух статьи о пластических операциях, о всевозможных лекарствах и диетах и о прочих подобных вещах, в которых он ничего не смыслил.

Каждая житейская мелочь в ее обществе доставляла ему удовольствие. Зазвонил телефон с ее стороны кровати. Это была рабочая линия Кейт, специально проведенная после того, как она переселилась к нему три года назад. Впервые он обрадовался раннему звонку.

Кейт ответила, подавив зевоту:

— Берроуз слушает.

Он наблюдал, как менялось выражение ее лица, видел, как широко раскрылись ее глаза, когда она услышала явно плохую новость. Она положила трубку и вскочила с кровати.

— Что случилось, Кейт?

— Одна из подозреваемых попыталась покончить с собой этим утром. Она прокусила себе вену на запястье. Я не знаю, что сделаю за это с Дэйвом Голдингом. Я ему велела следить за ней. Мне срочно надо в больницу, ее, наверное, можно спасти. — С этими словами Кейт исчезла в душе.

Патрику пришла мысль прыгнуть за ней в душ, так как он ощущал привычное утреннее возбуждение. К счастью, он вовремя понял, что сейчас подобные шалости неуместны. Когда Вилли постучал в дверь и внес кофе и газеты, Кейт уже одевалась. Она поцеловала Патрика и пошла к двери. У порога она обернулась:

5
{"b":"210313","o":1}