- Я понимаю, что он имеет полное право надеяться на это.

- Хорошо, но почему? Плохо получилось в первый раз?

- Нет, - ответила Гленда Руфь. Голос у нее был низкий и очень тихий. Все прошло нормально. - Она помолчала немного, затем прибавила: - Блейны изучали мошкитов.

Дженнифер улыбнулась.

- А меня воспитывала целая куча людей.

- Это хорошо. От мошкитов я нахваталась всевозможных установок. Представьте, что я могу отказаться от приятеля. От двенадцати до семнадцати лет я откровенно наслаждалась этим. А теперь представьте, что я могу отказаться забеременеть.

- От Фредди?

- Да. Разумеется. Я знаю его с пеленок. И мы целый месяц... занимались только этим, чтобы получше узнать наши тела. Это совсем не похоже на то, чему я научилась от мошкитов. Дженнифер, мне чертовски хочется рассказать ему обо всем этом.

Дженнифер сложилась в плетеном кресле словно кукла-марионетка.

- Руфь, пока я не понимаю, в чем проблема.

- Иногда это происходит очень недолго, перед тем, как я ощущаю странную вибрацию. Какие-то смутные и неясные установки. Понимаете? - Гленда Руфь отвернулась, всматриваясь в бесконечную вселенную, расстилающуюся перед нею через венецианское окно дисплея. - Мои родители не считают правильным, чтобы у меня был сексуальный партнер до замужества или по крайней мере до обручения, но они не уверены, что я могу сдержаться. А родители Фредди уверены, однако я все равно могу сдержаться.

Гленда Руфь повернулась к собеседнице.

- Но, возможно, Фредди наполовину уверен в правоте своих родителей, а я осознала это спустя два месяца после нашего путешествия, когда танцевала с ним. Тогда я окончательно поняла, что ЭТО - то же самое. Понимаете, о чем я? Во всяком случае, я действительно благодарна вам за то, что вы меня слушаете.

- Все нормально.

- И понимаете, верно? А ведь только специалист по мошкитам смог бы выслушать такое и не попытаться послать меня к исповеднику. Ладно. Если я и сплю с Фредди, то потому, что мы собираемся пожениться, или потому что я шлюха. Я не уверена, что хочу выйти за него замуж, и не уверена, что - не хочу. В любом случае все было бы хорошо, но я зациклилась... запуталась... так что...

- Ни один мужчина не поймет подобных аргументов, советник, - немного шутливо, чтобы разрядить тягостную обстановку, промолвила Дженнифер.

- Фредди отнюдь не дурак. Он бы меня понял, если бы я смогла рассказать ему об этом, причем рассказать правильно. Вот я все время и думаю. Черт!

- Он женится на вас... Гленда Руфь усмехнулась.

- И незамедлительно. Но... послушайте, вся моя жизнь...

- Все восемнадцать лет, вы хотите сказать.

- Что ж, это же и есть вся моя жизнь. - "Бедняга Чарли прожил немногим больше", подумала Гленда Руфь. - Все свою жизнь у меня был кто-то, кто мог бы мне посоветовать, что делать. То есть - имел право мне советовать. Теперь у меня нет такого человека. Теперь у меня есть собственные деньги, и по закону я - взрослая. Свобода! Это восхитительно! И самое последнее в чем я нуждаюсь - это муж.

- Может быть, это и к лучшему. Вы уверены, что достопочтенный Фредди будет и по-прежнему внимателен и заботлив к вам!

- О, черт, неужели это так заметно, а? Он не замечает этого, но...

- Все будет хорошо. Последняя прыжковая точка - сегодня ночью. Через три недели мы будем в Новой Шотландии. Фредди сможет найти другую девушку, усмехнулась Дженнифер. - Не нравится! Милая, вы находитесь в невыгодной позиции, как это называется в ИВКФ.

Ее каюта была маленькой, как и все каюты на "Гекате". Единственную просторную каюту занимал Фредди. Разумеется, он надеялся, что она разделит ее с ним.

"Почему же я этого не делаю? - размышляла она. - А лежу без сна и думаю об этом. Плохо, что я не приняла свои пилюли, или Фредди чем-нибудь не заболел. Плохо, что я ничего не предпринимаю... ведь все, что от меня требуется, это постучать в его дверь.

Может быть, я потеряю его. Разве его нельзя заменить? Я способна подцепить любого незнакомца из толпы и разобраться, насколько он здоровый, надежный, умный, сексапильный, понятливый. Когда я слышу, как женщины говорят, что они не понимают мужчин, мне хочется хохотать..."

Внезапно она почувствовала резкий рывок, и тотчас же почувствовала головокружение и замешательство. Где-то в закоулках ее мозга она понимала, что корабль проскочил прыжковую точку Олдерсона, а она оказалась на грани дезориентации, что всегда следовало за этим событием. Отец приводил ей примерно дюжину объяснений прыжкового шока, и все объяснения противоречили друг другу, несмотря на то, что ни одно из них нельзя было опровергнуть.

Постепенно она вновь обрела над собой контроль. Она подвигала пальцами, затем руками и ногами, и делала так до тех пор, пока не устала. Фредди всегда приходил в себя после Прыжка быстрее нее. Ей это было обидно. Так нечестно.

И вот они очутились в системе Новой Каледонии. Возможно, Фредди высадит ее здесь, а сам отправится в Новую Ирландию... Она решила больше не думать об этом и устроилась поудобнее, чтобы попытаться уснуть, но тут зачирикал ее интерком.

- Гленда Руфь, - услышала девушка.

Конечно же, это Фредди. Какого черта ему нужно? Ага! А почему бы и нет? Ведь он оставил ее одну в таком состоянии! Что ж, чтобы все уладить, не понадобится много времени. И она нажала кнопку интеркома.

- Привет, - услышала она. - Слушай, мне очень не хотелось беспокоить тебя, но мы получили для тебя сообщение.

- Какое?

- Понимаешь, тут неподалеку торговый корабль "Новый Багдадский Лев".

- Ну и что?

- Он ожидает прыжковой точки. В общем, они передали, что у них на борту послание для достопочтенной Гленды Руфь Фаулер Блейн. Они запрашивают твой идентификационный код.

- Ах, это! Хорошо, я сейчас подойду. Ты на капитанском мостике?

- Ага.

- Оставайся там. И... спасибо, Фредди.

- Нет проблем. Не забудь захватить свой компьютер. Судя по тону, Фредди поторапливал ее, но Гленда Руфь довольно долго задержалась у себя, чтобы переодеться в мешковатые брюки, сужающиеся на лодыжках, которые были обычной одеждой при низкой гравитации. Она потратила некоторое время, чтобы натянуть на себя ангорский свитер, привести в порядок волосы и легонько провести помадой по губам. Корабль шел при очень низком ускорении, вполне достаточном, чтобы удержать ее комнатные туфельки на ковре. Она отправилась в носовую часть. Фредди оказался на мостике один.

Он указал ей на кресло второго пилота.

- Они уже готовы принять от тебя код.

Она подключила свой компьютера к корабельной системе, и проговорила:

- Клементина.

На экране тотчас же появились слова: "ДА, ДОРОГАЯ".

- Мы хотим сами провести идентификацию, - проговорила Гленда Руфь. Это я. Теперь передай это им.

"ПАРОЛЬ".

"Черт, ты же знаешь, что это я! Все в порядке", - написала она на экране светящимся карандашом. Получилось коряво; не слова, а какая-то мультяшка.

"ПРАВИЛЬНО, ЭТО ТЫ".

Она знала, что компьютер беззвучно пересылал зашифрованное послание, которое могло быть расшифровано при помощи открытого ключа ее шифровального кода. Открытая система шифрования/кодирования предназначалась как для просто идентификации, так и для целей военной разведки.

- Подтверждено, - послышалось из корабельных динамиков. Голос, произнесший это, говорил с явным левантийским акцентом. - Мы приветствуем мисс Гленду Руфь Фаулер Блейн. Пожалуйста, приготовьтесь записать зашифрованное сообщение от лейтенанта Кевина Христиана Блейна.

- О! - сказал Фредди. - Приготовиться. Готово. Получено. Благодарю вас, "Новый Багдадский Лев".

- Пожалуйста. Нас проинструктировали предложить вам топливо.

- Топливо? Разве мы нуждаемся в большем запасе топлива?

Невозмутимый голос левантийца ответил:

- Эфенди, его превосходительство приказал нам предложить вам топливо. Что мы и делаем. Чтобы переправить его вам, не понадобится много времени. Мы можем начинать?