- Если для вас это дрязги, то для меня это желание приблизить их завершение. Эти люди своей борьбой заслужили свободу!
- Свободу нельзя заслужить. Заслужить можно только ошейник. Свободу можно только взять, пройдя по телам тех, кого ты заковал своими цепями.
- Ваша риторика - только слова, ни что более.
- Что же - ты имеешь право на ошибку, попробуй только выжить после нее. Иди, заслужи себе новую цепь.
***
С приходом Гремящего ночная жизнь в Стебле изменилась. Ни один трактир не закрывался раньше утра, а игровые дома исправно освещали своими разноцветными фонарями как площади так и дальние закоулки. Тяжелый перевал через покрытые льдом горы остался позади, и солдаты получили долгожданную возможность отдохнуть. Азарт предстоящей кампании пьянил их, а трактирщики не стеснялись добавлять. Офицеры не отставали - клубы рода Ольсен всегда славились несколько разгульной жизнью, даже по современным аристократическим меркам.
Закрыв за собой дверь "благословенной Арлины", Дрейс полной грудью вдохнул теплый ночной воздух. Дневная жара убивала его - привыкшего к холодным степным ветрам. Но ночью, под лунами, куда более яркими по эту сторону гор, он чувствовал себя прекрасно. Насвистывая мелодию из "Осеннего сада", что ставили сегодня днем в городском театре, Дрейс спустился по ступеням и неторопливо зашагал по булыжной мостовой. Он полюбил эти прогулки, по ночным мостовым этого небольшого города, вдоль едва слышно журчащего ручья. Ивы, склонившие над водой свои ветви, отбрасывали причудливые ночные тени под красной луной. Они напоминали ему склонившихся у водопоя ездовых птиц, навечно застывших в неутолимой жажде. В очередной раз, Дрейс пообещал себе, что в ближайшие годы найдет для себя достойного учителя рисования, чтобы уметь сохранять подобные картины.
Внезапно легкий блик промелькнул в отражении на воде. Как красная искорка, незаметная обычному взгляду. Не оборачиваясь, Дрейс присел, и , уже слыша свист стали, достал свой клинок. Первый нож пролетел выше, второй он отбил гардой палаша. С легким шелестом с крыши спрыгнула высокая фигура себеш в черной, неотражающей свет одежде. Одним взглядом Дрейс опознал ту серебряноглазую себеш, что была у ворот в день его приезда.
Молча - на выкрики не хватило бы дыхания - он отбил сдвоенный удар коротких слегка изогнутых и тонких клинков, что так любят себеш. Легкость удара была обманчивой - дага с трудом удержалась в руке, а искры на миг осветили оскаленное лицо Джессики. Удар за ударом, бесконечным перебором атакующих финтов, она не давала возможности ни защититься ни напасть в ответ. Танец только начинался. Еще минута такого темпа - и даже сами себеш такое обычно не выдерживают. Но тут свистящие удары словно запнулись - резким поворотом клинков Дрейс отбросил ее назад. Несколько легких порезов уже набухали кровью на его руках. Но он понял все, что было нужно - и резко прыгнув, с треском разорвал воздух палашом, выбив один из мечей. Словно морской вал, он обрушился сверху. Джессика поняла, что она не только проигрывает в скорости - она проигрывает в силе. Уже с десяток раз она проходила отравленным клинком по Дрейсу, но это лишь придавало тому сил и ярости. Но лишь один удар по ее плечу - и Джессика чувствовала, как кости треснули, ломаясь. Это был не тот сложный и неспешный рисунок боя аристократов, казалось на нее просто одна за другой падали скалы. Исход боя стал ясен, и Дрейс стал действовать осторожнее. Ему не хотелось перед кампанией получить серьезную рану от ночной убийцы, к тому же, он видел, как за ее спиной выбежали на набережную офицеры, что оставались в "Арлине". Словно под действием заклятья, они, как казалось Дрейсу, едва двигались к нему. Внезапно Джессика оттолкнулась от парапета и без всплеска нырнула в ручей. Вздохнув, Дрейс обессиленно упал на камни. Прибежавшие офицеры застали своего офицера истекающим кровью, но живым.
- Сэр! Это же был себеш!
- Кх-да? А я не заметил. Вы, жеванные стрекозами дармоеды, если уж так медленно бежали мне на помощь - хоть бы теперь не стояли столбом. Перевяжите и дайте амулет от яда - мой вот-вот выдохся. А я уверен, что та гадость, что щиплет в ране это не целебный бальзам.
- Вы побили убийцу себеш, капитан, это круче чем турнир выиграть. Научите, а?
- Я сейчас тебя научу, как лежать с фингалом на камнях, если не поможешь.
Сидя в кресле у камина под бормотание мага-целителя и цедя сдобренный крицей ром, Дрейс наконец только и смог расслабится. Ольсен уже развели кипучую деятельность - искали убийцу, проверяли крыши. Но на это капитану Гремящего было плевать - эти стражи скорее запрутся в кабаках, только бы не встретиться с себеш. Даже тут, в клубе бургомистра, все только и делали, что с опасливым уважением поглядывали на капитана. Как же! Первый человек уделавший воина себеш в одиночку. Но на взгляд Дрейса его личные победы скорее мешали - легион, вот что было по настоящему важно. И ему категорически не нравилась идея, что завтра он пошлет своих людей в неизвестные пещеры, без нормальной разведки и проводников. Туда, где, как оказалось, будут их ждать и такие вот убийцы. Но иначе никак - в этой земле ничему нельзя доверять, и даже нанять проводника не выйдет. Даже ночные тени хотят убить, что уж говорить о подземельях.
***
Вернувшись домой, Джессика рассказала о своей неудаче. Для Предводителя это была не радостная, но и не слишком страшная новость. Город продолжал готовиться. И эхо грохочущих камней и звенящей стали окружало пещеры вокруг него.
Переломы у себеш срастаются быстро, но все же не мгновенно. И пока Джессика сидела в Каменном без дела - ее поймал Варгуш, себеш-маг. В последние дни он много помогал Предводителю, производя амулеты-ловушки и обновляя запас магии в тоннелях города. Прорвавшихся к внутренним залам ждала не только сталь, но и заклятия, что повстанцы звали "каменный сюрприз" и "растворялка". В прочем, работа мало повлияла на самого мага - легкий налет презрения никуда не делся, и только с Джессикой и Тенью он бывал дружелюбен. Поприветствовав, Варгуш присел на соседний камень на галерее. Внизу, в зале, расставляли столы для будущего лазарета. Плохо отмытые следы крови на полу говорили о том, что это не в первый раз.
- Приветствую снова. - Сказала Джессика, убрав от губ флейту. Игра на ней хорошо разрабатывала пальцы после переломов, да и нравилось ей эта музыка. - Что вы хотели мастер?
- Я слышал, Джессика, вы жаловались на бездеятельность. Ваши раны еще долго будут заживать, не так ли?
- Да. Но к моменту облавы я уже буду на ногах, не беспокойтесь. К стати, спасибо за солнечную мазь - она была как нельзя к стати.
- Очень, очень хорошо. Я рад за вас, Джессика. Ну что же, а пока - вы не хотели бы помочь Каменному скажем так - иначе? Не как воин, а в этот раз только как вы сами.
- Хэх. Вам нужен источник? Неужели тут, в Каменном, куда бегут все источники железных гор, вы испытываете в них недостаток?
- Понимаете ли, Джессика, есть некоторые особенности нашего с вами организма, ставящие нас на совсем другую ступень развития, нежели люди и мейсы. И в том, что касается источников - это не менее верно. Ваши физические возможности открывают куда более широкий спектр параметров в медитационных заклятьях.
- Давайте договоримся так, мастер. Я готова вам помочь, раз уж я обязана Каменному, но вы за это расскажите мне о магии. Это грустно, но я так и не знаю о магии сверх общеизвестного.
- Замечательно, тогда мы пришли к соглашению! Жду вас завтра в моей лаборатории. У нас много дел, и думаю я смогу рассказать что-нибудь небезинтересное.