Главным итогом варкенского бракосочетания является то, что после него мужчина начинает носить причёску-архо, состоящую из сотен тоненьких косичек. Для любого варкенского архо такая причёска является своеобразным пропуском во все серьёзные дела независимо от возраста. Когда Верди Мерк встречался со своими соплеменниками, кое-кто удивлялся тому, что он, являясь трао, забрался так далеко от дома, но узнав его имя и клан, тотчас начинали трясти его руку так, словно он был родом из их собственного клана. Те испытания, которые выпали на его долю, они считали милостью Великой Матери Льдов и были бы сами не прочь перенести их в полной мере.
Все варкенские трао, даже если им за триста, либо сидят дома, либо отправляются в космос вместе с другими архо клана, так как на Варкене их считают юношами, почти что детьми не способными совершать самостоятельные поступки и в этом нет ничего предосудительного. В конце концов практически во всех мирах галактики существует такое понятие, как возрастной ценз на гражданские права и в том нет ничего плохого, что для варкенцев это связано не с возрастом, а с брачным полётом и причёской-архо. К тому же между трао и архо существует довольно-таки большая разница в сенсетивной силе и мощи. Именно поэтому варкенцы, повстречав на своём пути Верди Мерка, всегда относились к нему с таким уважением, ведь они-то были воинами-архо, а он всего лишь воином-трао. Ну, это примерно то же самое, что сравнивать перед боем между собой какого-нибудь матерого, успевшего понюхать пороху, сержанта-ветерана и желторотого сопляка-новобранца. Ясно, что сравнение будет отнюдь не в пользу юноши, только что надевшего военную форму.
Однако, варкенское бракосочетание, совершенное по всем правилам, не только открывает варкенцу путь в галактику, но и налагает на него массу всяческих обязанностей, большая часть которых связана с "Кодексом круда". Варкенцы истинные рыцари и их удел, — служение всем круда галактики, женщине и клану. О себе архо вспоминает в последнюю очередь. Правда, только во времена суровых испытаний. В мирное время они живут точно такой же жизнью, как и все нормальные люди, а потому в жизни Веридора Мерка, по идее, ничто не должно измениться после брачного полёта с Рунитой. Если он, конечно, не найдет себе какую-нибудь заботу.
О том, кто такие архо, знают практически все галакты без исключения. Репутация у них безупречная, а потому самое главное, что теперь должно произойти в жизни нашего друга, так это то, что вольные торговцы, наконец, отцепятся от него со своими дурацкими требованиями по части сенсетивных способностей. Надеюсь, что теперь уже ни один торгаш не станет презрительно кривить губы при встрече с ним и требовать, чтобы он принёс ему клятву прежде, чем тот попытается впарить ему контейнер какого-нибудь барахла. В Гильдии Вольных Торговцев насчитывается немало варкенцев, все они архо, им привыкли доверять и потому жизнь у Верди станет отныне малость попроще. Его и раньше было очень трудно обвести вокруг пальца, а теперь всякие там пройдохи и жулики трижды подумают о том, стоит ли им связываться с воином-архо из клана Мерков Антальских, которому уже нет нужды забывать о том, что он сенсетив.
(Слова, сказанные Бэкси во время разговора с Сорквиком)
Обитаемая Галактика Человечества, Терилаксийская Звездная Федерация, внутреннее пространство темпорального коллапсора "Галан", звездная система Обелайр, планета Галан, центральная часть континента Мадр, провинция Роанталь, горный массив Роанлах шестидесяти километрах от город Роант, Имперский Дворец Науки.
Галактические координаты:
М = 98* 39* 21* + 0,34978 СЛ;
L = 52877,39437 СЛ;
Х = (-) I 724,50003 СЛ;
Стандартное галактическое время:
785 236 год Эры Галактического Союза
20 декабря, 11 часов 27 минут
Поясное планетарное время:
Месяц иззан, 02 число, 14 часов 30 минут
Наконец-то мои старинные, виртуальные друзья, в распоряжении которых все прошедшие годы находилась "Молния Варкена", решили материализоваться. Вот уже добрых шестьдесят лет я регулярно ссорился с Нэксом и Бэкси, орал на них до хрипоты в голосе, пускался во все тяжкие, доказывая им необходимость использования андротел, и вот, наконец, они сами решили выбраться из своей электронной скорлупы на свет божий и стать материальными существами. Ах, как же мне хотелось все эти годы хлопнуть Нэкса по плечу и пожать ему руку, а в последнее время поцеловать Бэкси в щёчку из пластиплоти, практически неотличимой от человеческой. Теперь мои мечты сбылись.
Лантийская боевая машина попала в мои руки почти сто шестьдесят стандартных лет тому назад, ещё в те весёлые годы, когда я мотался сломя голову по всей галактике, усердно пытаясь выжать из мощных тахионных турбин моего "Жулика" хоть какую-то толику прибыли. Когда я обнаружил это чудо техники, изготовленное на древней, теперь уже мифической планете Новая Атлантида, которую в наши дни почему-то называют Лантией, мой корабль находился далеко за пределами галактики. Там, где некому было попенять на то, что я нарушил свой обет никогда не применять сенсетивных способностей, мне удалось восстановить систему жизнеобеспечения большого мозаичного кристалломозга, управляющего лантийской боевой машиной.
Она досталась мне со здоровенной трещиной в борту и практически без каких-либо признаков жизни. Трещину я заделал быстро, а затем по крохотной капельке густой, тёмно-красной жидкости сумел раскрыть химический состав аквавитола, — жидкого вещества, обладающего целой кучей поразительных свойств. Именно эта жидкость пропитывала мозаичный кристалломозг, заключенный в полутораметровый шар, изготовленный их монокристаллического вольфрама и иридия, защищая его от перегрузок, питая энергией и заодно отводя тепло. На то, чтобы синтезировать полторы тысячи кубических дециметров аквавитола, у меня ушло шесть с половиной месяцев напряженного труда, ведь делать мне это пришлось методом телекинетической трансформации материи.
После того, как система жизнеобеспечения была заряжена аквавитолом по самую пробку, я отделил кристалломозг от боевой машины, установил его в самом защищённом отсеке "Жулика" и продолжил свои труды. Каким-то чудом мне удалось совместить порты кристалломозга с компьютерной сетью корабля и я сумел подключиться к мозгу боевой машины. Хотя это у меня и получилось сразу, мне пришлось здорово попотеть, чтобы пробудить это древнее существо к жизни. Поначалу оно походило на спятившего вояку и всё норовило открыть огонь из хилых энергопульсаторов "Жулика" по тому Голубому планетоиду, подле которого я дрейфовал за пределами галактики почти целый год. Именно из-за этого я и вернулся в обитаемый мир.
На то, чтобы вправить мозгу боевой машины мозги и объяснить ему, что такое Обитаемая Галактика Человечества, у меня ушло лет пять, не меньше. Зато по истечении этого времени я обзавелся самым лучшим во всей галактике пилотом и самыми верными своими друзьями, — Нэксом и Бэкси. Все это произошло потому, что я чисто интуитивно сумел определить то, что в управляющем мозге сидели две личности. Это с моей легкой руки одна из них занялась пилотированием "Жулика", а вторая взяла в руки всё моё холостяцкое хозяйство, ну, а позднее, точнее в день моего отлета с Терилакса, Бэкс осмелился заговорить со мной женским голосом и превратился для меня в добрую мамочку Бэкси.
То, что я жил преимущественно сначала на борту "Жулика", а потом и "Молнии", частенько использовал навигационную рубку в качестве спальной комнаты и приводил в неё своих подружек, да, ещё после этого и позволял Нэксу и Бэксу обсуждать их, заставило моих друзей вспомнить о том, что некогда они были людьми. Задолго до этого дня я купил на Рибастуме жутко дорогой и навороченный комплект оборудования для изготовления самых шикарных, практически неотличимых от человеческих, андротел и хотя мои друзья не обратили на него никакого внимания, мечтал о том дне, когда они выберутся наружу из своей электронной скорлупы. Наконец, этот счастливый день настал и в двери наших покоев вошли двое, — рослый, под два метра, розовощекий парень с пышной темно-русой шевелюрой и высокая, стройная девушка с изумительными формами, робкой улыбкой на очаровательном лице и волосами цвета спелой пшеницы.