Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Старуха пробудилась и посылает старика, торопит:

– Поди вот в такое-то место. Есть там озеро. Излови золотоперую рыбку. Страсть как охота свежей ухи похлебать.

Старик снарядился, взял сети и отправился в путь-дорогу. Ходил, ходил по дремучим лесам, разыскал озеро.

Первый раз сеть закинул, пришла сеть пустая. Другой раз закинул, и опять ничего. На третий раз вытащил сеть, а в ней бьется рыба-золотое перо.

Старик сети собрал, прихватил добычу и воротился домой.

– На, старуха, вари!

Сварили. Едят да похваливают:

– Ох, и до чего уха хороша! Отродясь такой сладкой ухи не хлебали.

Уху выхлебали, рыбу съели, и в тот же день старуха понесла.

Родился у них сын, по имени Иван.

Старик с утра до вечера в поле работает, а старуха по хозяйству управляется да сына качает.

И растет парень не по дням, а по часам: будто тесто на опаре подымается.

По третьему году стал на улицу выбегать, стал в ребячьи игры поигрывать. И тут соседи с жалобой пришли:

– Уймите сына. Шутит он с нашими ребятами шутки нехорошие: кого за руку схватит – у того рука прочь, кого за ногу схватит – нога прочь. Побьет, покалечит всех детей.

Пригорюнились старик со старухой, призадумались: "Что с парнем делать?"

И говорит старик:

– Стану его с собой в поле водить, пусть там играет.

На том и согласились.

На другой день поехал старик на пашню и сына с собой повез. Только старик за соху взялся, просит парень:

– Дай, я пахать стану!

– Ну, где тебе, сынок, ты еще мал. Вырастешь – тогда напашешься, а сейчас побегай, поиграй, только далеко не отходи.

А сын неотступно просит:

– Нет, хочу пахать!

– Ну, ладно, попробуй, – говорит отец.

Парень так глубоко соху в землю вогнал, что конь стал: тянуть не может.

– Ты, сынок, глубоко берешь! Конь не тянет, и соху поломаешь.

Тут Иван соху приподнял, стал коню пособлять, и споро дело пошло. Столько до обеда напахал – старику в день не управиться.

– Стой, сынок, надо коня покормить! Видишь, весь в пене, словно в мыле стал.

Коня отпрягли, пустили на луг, а сами сели обедать.

Попили, поели, посылает отец:

– Сходи, сынок, за конем, пора за дело приниматься.

Пошел парень на луг – нету коня. Оглянулся и видит: сидит за кустом волк – медный лоб, облизывается, а от коня только кожа да кости остались. Увидал волк Ивана, кинулся на него:

– Коня съел и тебя съем!

– Погоди хвалиться раньше времени!

Схватил волка за ноги, размахнулся и так сильно бросил оземь, что только мокрое место осталось. Земля задрожала, и гул пошел, будто гром грянул.

Воротился к отцу и говорит:

– Волк – медный лоб нашего коня съел.

– Экое горе! Хорошо, что хоть ты ему, сынок, на глаза не попал. Пойдем скорее домой, а то как бы и нас с тобой не съел.

Прошло с того много ли, мало ли времени, вырос Иван до полного возраста и стал таким молодцом пригожим: ни в сказке сказать, ни пером описать.

А в ту пору потерялись у царя три дочери: похитил их Сам с ноготок, борода с локоток, Кощеев племянник. Сколько ни искали, никак найти не могли. Ездили и князья и бояре, да никто назад не воротился. Кликнул царь клич по всем волостям, по всем деревням.

– Коль найдется удалец и дочерей сыщет, тому при жизни полцарства отпишу, на любой из трех царевен женю!

Стал Иван проситься у отца с матерью:

– Благословите меня идти царских дочерей искать.

Родители отговаривают:

– Что тебе, сынок, за нужда неведомо куда идти да, может, там и свою буйную голову сложить? Лучше бы невесту приглядел да женился, чем шататься по чужой стороне.

А сын на своем стоит:

– Пришла пора мне на белый свет поглядеть. Чужаядальняя сторона не убавит ума.

И стал в путь-дорогу собираться. Перво-наперво пошел в кузницу и говорит кузнецам:

– Скуйте мне палицу в триста пудов, да такую, чтобы не ломалась, не гнулась, не плющилась.

– Сковать-то мы не прочь, – отвечают кузнецы, – сковать можно, да только нам не совладать с таким поковом.

– Берите железо да сваривайте, а я пособлю!

Принялись за работу. День куют и другой куют, Иван железо поворачивает да в горно носит. На третий день палицу изготовили.

– Испытай, годится ли тебе?

Взял Иван палицу за концы да попробовал через колено – в дугу согнул.

– Нет, это не палица. Куйте другую!

Через три дня сковали другую палицу, крепко закалили. Попробовал гнуть – не гнется, бросил о камень – сломалась.

– И эта не годится!

Сковали и третью палицу. Попробовал согнуть – не гнется, бросил о камень – не плющится. Кинул палицу кверху, скрылась она из глаз, а через три часа с шумом, с гулом обратно летит. Упала на камень, и камень на сажень в землю ушел, а палица не погнулась, не треснула.

– Ну, спасибо, теперь по мне палицу сковали.

На другое утро встал добрый молодец раненько, умылся беленько, льняным полотенцем утерся и стал с родителями прощаться:

– Не горюйте, не печалуйтесь, царевен найду – тогда свидимся.

Сунул за пазуху три пирожка, взял в руки палицу. Отец с матерью вышли провожать сына за околицу. Тут и распрощались. Дошел Иван до поворота и там последний раз шапочку снял, родителям поклонился. Они ему белым платком помахали и воротились домой.

А Иван шел день до вечера, красного солнышка до заката, никто ему не повстречался: ни зверь не прорыснул, ни птица не пролетела.

На другой день увидал Иван человека. В каждой руке у этого молодца по здоровому дубу. Стоит да дуб о дуб поколачивает.

– Здравствуй, богатырь Дубыня!

– Ну, какой я богатырь? Вот есть на свете богатырь Иван. Когда ему было три года, он волка – медного лба убил. Вся земля задрожала. Вот тот богатырь! Да уж не ты ли и есть Иван-богатырь?

– Зовут меня Иваном. Волка – медного лба я убил, а силой еще по-настоящему ни с кем не мерялся.

Стал Дубыня проситься:

– Возьми меня с собой!

– Пойдем.

Долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли шли Иван-богатырь с Дубыней, пришли к двум большим горам.

Стоит между теми горами человек и гору о гору поколачивает, только гул идет.

– Здравствуй, богатырь Горыня!

– Разве я богатырь? Вот, слышно, есть на Руси богатырь Иван. Он в ребячьи годы волка – медного лба голыми руками убил – вся земля дрожала и гор много осыпалось. Вот тот богатырь!

Дубыня на Ивана показывает и говорит:

– Вот кто волка – медного лба убил!

Тут Горыня поклонился и просится:

– Возьми, Иван-богатырь, меня с собой!

– Пойдем.

Стало их трое. Шли с утра день до вечера, красного солнышка до заката, никто им навстречу не попал: ни зверь, ни птица.

На другой день подошли к широкой реке. Лежит на берегу человек, на усах через реку людей переправляет.

– Здравствуй, богатырь Усыня!

– Здравствуйте, молодцы удалые. Вот назвали вы меня богатырем, а того не знаете, что есть на Руси Иван-богатырь. Он ребячьим делом волка медного лба убил. Вся земля тогда дрожала, река из берегов выходила, сколько места затопила. Вот тот богатырь!

Дубыня с Горыней на Ивана показывают:

– Вот он и есть Иван-богатырь.

Тут им Усыня поклонился и просится:

– Возьмите, братцы, меня с собой!

– Пойдем.

И стали четверо путь-дорогу продолжать.

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается, а добрые молодцы вперед подвигаются.

Шли, шли и увидели избу. Во дворе большое стадо быков, а в избе никого нет. Иван-богатырь говорит:

– Ну, коли хозяина нет, поживем в этой избе, покуда все кругом не обыщем. Сперва обойдем восточную сторону, потом летнюю да западную, а под конец и в северную сторону отправимся. Где-нибудь нападем на след похитника царских дочерей.

На том и согласились.

– Ты, Дубыня, останься, обед вари, а мы восточную сторону обойдем, говорит Иван-богатырь.

141
{"b":"179054","o":1}