Мэг поглядела вслед Дорис, которая успела удалиться уже на значительное расстояние. Ее ладную тонкую фигурку то и дело скрывали кусты, росшие по обеим сторонам тропинки. Походка Дорис была легкой и упругой – летящей, рыжие волосы развевались от быстрой ходьбы, и Мэг порой казалось, что подруга стремительно летит, едва касаясь поверхности земли. Сама Мэг не чувствовала даже толики подобной легкости. Она оказалась совсем не готова к стоящей в Греции жаре, сухому горячему ветру и перегрузкам, которые устроила ей Дорис, стремясь показать и рассказать все, о чем она вычитала в туристическом путеводителе. Хорошо, что три дня, которые Дорис отвела на все эти экскурсии, сегодня истекали. Новым пунктом программы был отдых в доме Елены, которая, собственно, и соблазнила Дорис на отдых в Греции. Дорис без колебаний приняла это заманчивое предложение и была в восторге от щедрости Елены. Подумать только – две недели заниматься «ничегонеделаньем» в самых комфортных для отдыха условиях!.. Мечта!
Но Мэг не разделяла восторгов подруги. Масла в огонь добавил и скептицизм Дейва. Он самым подробным образом расписал все прелести климата июльской Греции, предостерег от принятия предложения от малознакомого человека, а напоследок сказал, что Мэг не готова к этому путешествию. Но все эти аргументы отступили на второй план, стоило лишь разгореться очередному газетному скандалу. В конце концов даже Дейв признал, что лучший вариант для Мэг – на время, пока не улягутся страсти, покинуть страну. И Мэг согласилась.
Мэг бросила рассеянный взгляд по сторонам, и открывшийся ее взору пейзаж – пологий склон, белые обломки скал, кусты и деревушка у подножия горы – вдруг до боли напомнил ей одну из лучших картин Дейва. Мэг приостановилась, сдерживая поток эмоций, готовых захлестнуть ее с головой, и закусила губу. За последние три месяца Дейву не удалось создать ничего стоящего, и в этом была огромная часть ее, Мэг, вины. Дейв со свойственными только ему тактом и деликатностью упрямо опровергал это утверждение, но здравомыслие Мэг не позволяло ей успокоиться этой иллюзией. В последние месяцы Дейв только и делал, что занимался ее проблемами, успокаивал, поддерживал и постоянно прикрывал со всех сторон. Она и не подозревала в нем такую силу воли, такую способность к сопереживанию, считая его созданием тонким и ненадежным, не от мира сего, хрупким и где-то даже инфантильным. Она ошибалась…
2
– Мэг, с тобой все в порядке? – Дорис остановилась, чтобы дождаться запыхавшуюся от быстрого темпа Мэг.
– Да, я немного задумалась…
– И, кажется, я знаю о чем. Хватит предаваться меланхолии, Мэг! Вот увидишь, все пройдет прекрасно! У нас же отпуск, и мы должны им насладиться в полной мере.
Деревушка у подножия горы казалась совершенно пустой, словно все жители неожиданно покинули привычное место обитания. Лишь покачивались ветви олив, нехотя шевеля листочками от дуновения едва заметного ветерка.
– Где нас должны встречать? – осведомилась Мэг, вытирая бумажной салфеткой лоб.
– Елена сказала, чтобы мы ждали ее на главной площади. Это, должно быть, в центре селения.
– Знать бы, где он, этот центр.
– Все улицы должны вести туда, как все дороги – в Рим! – оптимистично провозгласила Дорис. И оказалась права.
Вскоре подруги вышли на сонную площадь и растерянно огляделись. Она была пустынна, только огромная муха сонно жужжала в тени чахлого кустика.
– Ну и где обещанный транспорт? – полюбопытствовала Мэг.
– Послушай, прояви хоть немного терпения! Очень скоро она будет здесь!
– Может, нам следует позвонить и еще раз все уточнить? – осторожно посоветовала Мэг.
Позвонить… – Дорис тут же извлекла из рюкзачка телефон, взглянула на табло и тут же бросила его назад. – Ничего не получится, – со вздохом сказала она. – Мой «мобильник» выдает только беспомощный писк и надпись «поиск сети». В этой глухомани наверняка нет ни одной вышки, так что надежды дозвониться до Елены нет! – трагическим голосом возвестила она напоследок.
– Надежда есть всегда, – спокойно заметила Мэг. – Видишь, висит знак стоянки такси, а вон и телефон-автомат. Так что в случае осложнений мы вызовем такси и отправимся в наш отель.
– Хорошо, – неохотно пробурчала Дорис, – но сначала мы немного подождем.
Мэг пожала плечами, соглашаясь. Наслушавшись красочных рассказов Елены, Дорис просто заболела идеей отдохнуть пару недель в настоящем греческом доме, попробовать местные домашние – а не ресторанные! – блюда и познакомиться с бытом простых греков.
Чтобы хоть как-то облегчить ожидание, девушки подошли к белой стене, надеясь найти прохладу. Увы, даже разросшийся плющ с пышной темно-зеленой листвой почти не давал тени. Минут на десять их окутала знойная тишина маленького городка, нарушаемая только звоном надоедливой, ополоумевшей от жары мухи.
– Эх, и угораздило тебя надеть этот балахон! – неожиданно раздраженно выпалила Дорис. – Топик и шорты – лучшая одежда для этого климата!
– Я бы сразу обгорела на солнце, – ровно сказала Мэг, глядя в сторону.
– А для чего, скажи на милость, я накупила столько кремов?
Иногда – вот как сейчас! – Дорис становилась просто невыносимой в своих стараниях переделать Мэг на свой лад.
– Не знаю… – так же спокойно ответствовала Мэг, уверенная в том, что сейчас ей предстоит выслушать новую тираду, полную раздражения или даже сарказма.
Она в очередной раз подумала о далекой Лапландии, северных оленях и маленьком бревенчатом домике в глухой деревушке. Однако продолжения не последовало, потому что внимание Дорис сосредоточилось на невнятном тарахтении мотора, с каждой минутой становящемся все громче и громче.
– Ну вот, кажется, это она! – встрепенулась Дорис и, облегченно вздохнув, оторвалась от стены, вынырнув из островка скудной тени в пекло прогретой солнцем площади.
Мэг тут же присоединилась к ней, прислушиваясь к приближающимся звукам неизвестного средства передвижения.
– Не очень-то похоже на работающий двигатель машины, – усомнилась Мэг, и тут же ее предположение получило подтверждение.
На площадь вылетел парнишка, восседающий на разбитом мотороллере. Он затормозил и осмотрелся. Мэг взглянула на разочарованное лицо подруги и не сдержала усмешки. Хорошо, что Дорис этого не заметила. Недовольно поджав губы, она снова направилась к стене, уже не надеясь найти прохладу под нависающими ветвями ползущих по стене веток, но стремясь хотя бы обрести опору.
Мэг бросила последний взгляд на подростка, совершенно сумасшедшим образом газующего изо всех, наверное, последних сил своего разбитого мотороллера, и отправилась вслед за Дорис. Вдруг ей показалось, что звук за спиной резко усилился, и она быстро обернулась. Мальчишка на своем средстве передвижениям мчался через площадь прямо на них. Мэг только и успела испуганно вскрикнуть, отшатнуться и слегка толкнуть в спину Дорис. Но этого оказалось недостаточно. Мальчишка пронесся ураганом, и Мэг едва успела уловить по-змеиному стремительное и гибкое движение руки мальчишки. Только секундой позже она поняла, что их рюкзачок, до этого благополучно пристроенный на плече Дорис, теперь болтается в руке мотоциклиста. Мальчишка что-то победно выкрикнул и моментально скрылся в боковой улочке. Все действо заняло не более нескольких секунд, и еще столько же девушки стояли с раскрытыми ртами в возмущении, негодовании и недоверии, что это произошло так быстро и с ними. Еще через секунду до Мэг дошло, что их потеря воистину катастрофична. И дело было не в деньгах, которые они брали на мелкие расходы и сувениры. В рюкзаке были их документы, которые Дорис зачем-то вечно таскала с собой.
– О черт! – завопила Дорис так громко и гневно, что Мэг едва не подпрыгнула, – проклятый ублюдок, как он посмел!..
С этими словами она бросилась вдогонку за удачливым вором. Мэг мешкала всего секунду, но, добежав до поворота, почти налетела на Дорис, которая, в негодовании уперев руки в бока, изрыгала самые невероятные и замысловатые ругательства.