– Можешь просто ставить галочки, фиксирующие то, что ты выполнила очередной акт порождения ОзВ, – сказала она, глядя в блокнот Серены.

Джейн заметила, что в ней проснулось что-то вроде ревности. Тоже захотелось задать какой-нибудь вопрос Фоссе, но ничего в голову не приходило.

– Насколько важно выдерживать именно пятнадцать секунд?

Это уже Айрин задает вопрос – тоже уже с блокнотом в руках. Да, Айрин – активная девочка, она точно посоревнуется с Сереной! И упорная. Джейн точно это знала, судя по тому небольшому опыту совместной жизни, который у них был – вернувшись из трека к Эвересту, они поселились вдвоем в одной комнате, чтобы иметь возможность побольше общаться друг с другом, обмениваться впечатлениями и лизать друг другу письки. Несмотря на то, что Айрин была живчиком, в сексе она предпочитала более пассивную роль, что было очень кстати, так как Джейн как раз очень нравилось, одев на себя плотный пояс с пристегнутым крупным членом, торчащим наружу, и еще двумя – одним таким же крупным и вторым поменьше, для попки, торчащими внутрь, побыть мальчиком и нежно потрахивать страстную девчонку. Они начали заниматься друг с другом сексом легко и естественно, как только поселились вместе, как будто обе чувствовали, что иначе и не может быть.

– Десять, пятнадцать секунд – все равно. В этих пределах нормально.

В отличие от Серены и Айрин, Джейн не испытывала порыва прямо сейчас схватить блокнот и начать делать эту практику.

– Значит, можно делать перепрыжку и вовсе без фиксаций, без блокнотов и записей? – Трапп, судя по всему, тоже стал пробовать.

– Можно.

– А еще? Какие еще есть фрагменты? – Нашелся вопрос и у Джейн, соответствующей ее темпераменту – не бросаться сразу делать то, что можно делать прямо сейчас, а сначала узнать побольше. Правда, она отдавала себе отчет в том, что "побольше узнала" она о перепрыжке не потому, что сидела и расспрашивала Фоссу, а потому, что другие ребята уже попробовали и задали вопросы, возникающие из этих конкретных действий. И все же некоторая странная инерция не позволяла ей последовать их примеру.

– Кроме накопления фрагментов по изучению наук, мы можем также накапливать фрагменты по изучению иностранных слов. Тренировка памяти может быть очень приятным действием, резонирующим с разными ОзВ, хотя во внешнем мире всех с детства так насилуют, что формируется устойчивое отвращение к изучению слов. Для того, чтобы вместо отвращения испытывать ОзВ, необходимо использовать специальную технику: а) пролистываешь книжку (желательно) или словарь (возможно), читаешь фразу за фразой, и независимо от того – полностью ты поняла смысл той или иной фразы или не полностью, читаешь дальше. Если встречаются незнакомые слова – пропускаешь их и читаешь дальше, даже если на время теряется ход сюжета. б) ждешь, пока не возникнет момент, когда ты натыкаешься на такое незнакомое слово, в отношении которого возникает интерес, любопытство, желание узнать – что оно обозначает. Тогда лезешь в словарь, узнаешь значение этого слова и выписываешь его в черновой список. Целесообразно придумать какую-нибудь фразу, которая будет облегчать запоминание слова, например по-малайски "lopak" = "лужа". Чтобы запомнить звучание "лопак", можно придумать фразу… например "если идти по дороге и лопать бутер, можно плюхнуться в лужу". Как бы глупо ни звучала фраза, она может значительно упростить запоминание. в) продолжаешь пролистывание книги. Когда выписываешь второе слово, повторяешь первое. г) выписывая каждое последующее слово, повторяя десять-двадцать предыдущих

Можно делать перерывы в этой деятельности. Один фрагмент равен определенному количеству выписанных слов, которые сейчас ты запомнила, и зависит это количество также от того – насколько легко тебе дается запоминание. Оно может равняться и 5 и 50 – решай сама в каждом данном случае. В любом случае один фрагмент должен занимать не меньше пятнадцати минут совокупно потраченного на это времени.

– Что будет в том случае, если кто-то из нас будет накапливать в основном фрагменты по наукам, словам, физической активности, а не по порождению ОзВ? – Спросила Фоссу Айрин.

– Мне не совсем понятен вопрос. Если он будет накапливать эти фрагменты, значит он будет их накапливать, и его жизнь будет становиться интересней.

– Но если он будет именно их накапливать, а фрагменты, так или иначе направленные на развитие озаренных восприятий, накапливать не будет? – Настаивала Айрин. – Фрагментов у него будет много, но они будут только касаться наук, языков, физических упражнений.

– Это не спорт, – мягко объяснила Фосса. – Здесь нет чемпионов и победителей. Здесь не выдается наград, здесь каждый сам себе зарабатывает главную награду – интерес к жизни. Практика накопления фрагментов – способ сделать свою жизнь интересней, и каждый сам решает – что он хочет делать. Если ты будешь накапливать фрагменты по наукам, а остального делать не будешь, то в твоем изучении наук может возникнуть некая дополнительная упорядоченность, но это не сильно изменит твою жизнь, конечно, так как изучать науки тебе и так нравится и ты и так уже привыкла к этой деятельности. Но если ты будешь применять накопление фрагментов к практикам, связанным с испытыванием озаренных восприятий, то жизнь изменится очень сильно, так как у тебя нет таких навыков в этом, как в изучении наук, и здесь внесение упорядоченности может сыграть большую роль. До сих пор вы относились к ОзВ как любители – возникла ОзВ и хорошо, не возникла – ну что ж, тоже неплохо, так как есть довольство, есть дружественность, есть те или иные слабые интересы. Но вы находитесь тут, в этой группе, потому, что у нас есть основания предположить, что озаренные восприятия могут оказаться для вас намного более интересными, чем для остальных беженцев. Новые оттенки ОзВ и даже новые ОзВ, новые физические переживания, новый опыт в осознанных сновидениях, вообще весь тот новый мир, который открывается путешественнику в ОзВ, может заинтриговать, увлечь вас. Вам может страстно захотеться испытывать ОзВ чаще, постоянно, всегда, еще сильнее, глубже, всеохватнее, магнетичнее, и тогда практика накопления фрагментов вам пригодится. А если нет – значит вы просто продолжите жить той жизнью, какой живете сейчас, останетесь беженцем, и будете вполне счастливы, как счастливы другие беженцы, которые населяют наши территории.

– То есть наши предпочтения как раз и вырисуются в процессе накопления фрагментов?

– Да, так и будет, – подтвердила Фосса. – И последняя практика на сегодня – "хреносечение".

– Какое-какое сечение? – Со смехом переспросила Айрин.

– Хрено! Каждый раз, когда ты ловишь себя на какой-либо мысли, ты вслух говоришь слово "хрен" и спокойно прекращаешь, останавливаешь, бросаешь эту мысль. Заметьте – слово "хрен" произносится вслух. И так каждый раз, когда ты ловишь себя на какой-нибудь мысли.

– Сложная практика, – озабоченно пробормотал Трапп.

– Простая, – возразила Фосса.

– Не могу себе представить, чтобы я смог добиться того, чтобы мысли не возникали.

– А зачем тебе это? – Поинтересовалась Фосса таким вкрадчивым голосом, что Джейн сразу поняла, что назревает очередной ее бросок в горло жертве. Джейн легко представилась эта картина – Фосса бросается и когтями и зубами вцепляется в Траппа, и она рассмеялась.

– Ну как зачем? Чтобы делать эту практику…

– Есть такие люди, – начала Фосса, в голосе которой уже появилась сверкающая сталь, – которые упорно слышат не то, что им говорят. Такие люди, как правило, безнадежны.

В ее взгляде, которым она проедала Траппа насквозь, было не меньше пронзающей стали, чем в интонации.

– Прекращать, а не предупреждать, – подсказала Серена, которая по-прежнему пользовалась блокнотом, в то время как Трапп по-прежнему предпочитал обходиться без него. – Фосса не предлагает предупреждать появление мысли, она говорит о том, что тебе нужно ее остановить, бросить на полпути, когда она возникнет. Это… да, это довольно просто, согласна.