— Вы любите космический полет, правда? — тихо спросила она.
— Это почти все, что я знаю, — ответил Брим, глядя в ее карие глаза. Вдруг, словно повинуясь чьей-то команде, он поставил бокал на столик и привлек ее к себе. Чувственным аромат духов Клавдии бил ему в ноздри и кружил голову. Она не сопротивлялась, прижимаясь к его груди и ища глазами его взгляд, чуть приоткрыв рот и округлив губы.
— Могу я поцеловать вас? — прошептал он.
— Ну наконец-то, — чуть хрипло произнесла она и осторожно обвила его шею свободной рукой. Дыхание ее чуть отдавало му'оккой и э'ландом.
Брим почему-то затрепетал, как зеленый пятнадцатилетний мальчишка. Он крепче обнял ее, прижимаясь губами к ее рту до тех пор, пока зубы их не соприкоснулись. Дыхание Клавдии участилось, а рот приоткрылся шире. Его дыхание тоже сделалось чаще, а сердце отчаянно билось в груди.
Потом рука ее на его шее ослабла, а губы оторвались от его рта. Клавдия перевела дух, открыла глаза и откинулась назад в его объятиях, удивленно покосившись на бокал э'ланда, который держала под опасным углом.
— Вилф Брим, — произнесла она со смущенной улыбкой, — если мы будем продолжать в том же темпе, я залью э'ландом весь свой ковер и… — Она махнула свободной рукой. — Ну, поймите… мы ведь еще даже не пообедали.
— Еще раз, — взмолился Брим. — Еще один такой раз, и в результате от нашего обеда останутся одни головешки.
Брим отпустил ее, и они вернулись к кушетке, сели по углам, сбросили обувь и допили свое вино. У них была целая Вселенная тем для разговора и шуток, но Брим, как ни старался, больше не мог отвести взгляда от ее ног. Да и сама Клавдия не слишком-то торопилась одергивать юбку, задравшуюся выше колен, когда она уселась, откинувшись на подушки.
Потом Брим заново наполнил бокалы, потом — по настойчивому звонку спрятанного где-то таймера — следом за Клавдией прошел на кухню, стены которой были увешаны полками, заставленными кухонной утварью всех форм и размеров. Однако царила здесь, несомненно, большая плита из черного металла, явно по-древнему действовавшая на открытом пламени. Брим улыбнулся — это ни капельки не удивило его, хотя все, что он знал о хозяйке этой квартиры до сих пор, имело отношение только к технологии межзвездного перелета.
Нарядившись в складчатый передник и толстые рукавицы-прихватки в цветочек, Клавдия открыла духовку и достала из нее два буро-золотых каравая хлеба, которые поставила остывать на ближайшую полку. Караваи наполнили воздух таким ароматом, что Брим немедленно обнаружил, что может — ну, хотя бы в некоторой степени — думать о чем-то другом, кроме этой соблазнительной женщины.
Клавдия довольно быстро накрыла на стол, а Брим, сидя по-царски в массивном деревянном кресле, восхищенно глядел, как она колдует с тарелками. Собственно, своего кулинарного опыта у него не было вовсе. Со времени первых налетов Кабула Анака он знал только казенное питание — когда оно было доступно, конечно. Теперь же, купаясь в волнах тепла и дразнящих запахов, он с удовольствием созерцал самую красивую женщину в самой необычной кухне, какую он только мог себе представить.
Наконец — когда Брим уже собирался пообещать, что вот-вот вцепится зубами в кресло, — Клавдия наполнила новые бокалы на дорогом стеклянном столике в еще одной полуосвещенной комнате. Потом она торжественно водрузила на него дымящуюся супницу с полукруглой серебряной крышкой и разлила суп по тарелкам. Обильный обед, сопровождаемый довольно большим количеством логийского вина, занял все их внимание, так что беседа очень нескоро вернулась в прежнее русло.
Значительно позже, после изысканного десерта — Клавдия призналась, что он покупной, — они вернулись на кушетку к камину, прихватив с собой бокалы с недопитым вином. На этот раз Брим сел ближе. Он ощущал себя восхитительно сытым и слегка навеселе после второй бутылки вина. Клавдия откинулась на подушки, затянувшись сигаретой из му'окки в длинном серебряном мундштуке. Щеки ее раскраснелись, а юбка открывала головокружительный вид на ногу в черном чулке. Не говоря ни слова, Брим обнял ее за плечи.
Только несколько мгновений спустя Клавдия повернулась и взглянула на него с каким-то странным выражением в карих глазах. В конце концов она, похоже, приняла какое-то решение, ибо поставила свой бокал на край стола и, рассыпав искры, раздавила недокуренную сигарету в пепельнице. Потом, чуть улыбнувшись, взяла бокал из его руки и поставила рядом со своим, откинулась назад и глубоко вздохнула. Глаза ее поблескивали в темноте.
— Вы очень симпатичный и, я бы сказала, привлекательный мужчина, мистер Брим, — вздохнула она. — Вы не собираетесь попросить меня о новом поцелуе?
Прежде чем Брим понял, что делает, он страстно привлек ее к себе и прижался губами к ее приоткрытому рту. На этот раз они начали осторожно, нежно, но когда Брим ощутил на своих губах ее влажные, горячие десны, сердце его снова отчаянно заколотилось в груди, а решимость держать себя в руках испарилась, так и не успев оформиться.
Неожиданно Клавдия обвила его шею руками и как-то отчаянно стиснула. После этого события приняли куда более решительный оборот.
— Это м-может выйти из-п-под контроля, — неуверенно пробормотал Брим, на мгновение открывая глаза.
— Знаю, — прошептала она в ответ. — Боюсь, уже вышло…
Рука Брима скользнула вниз, к ее груди, оказавшейся гораздо больше, чем он ожидал, — восхитительно тяжелой и упругой под его пальцами… Потом дыхание окончательно отказалось повиноваться ему, и он оторвался от нее на мгновение, жадно глотая воздух.
— Не надо, Вилф, — прошептала Клавдия, отводя его руку. — Не в первый раз, пожалуйста.
— П-простите, — пролепетал он, отчаянно пытаясь совладать с собой, однако, как он ни старался, страсть охватывала его все сильнее — и, судя по всему, ее тоже.
Брим снова провел рукой по округлости ее груди, а удары сердца отдавались в ушах грохотом пошедшего вразнос ходового генератора.
Изогнувшись всем телом, Клавдия еще раз дотронулась до его кисти — и пальцы ее на мгновение задержались. Потом, со стесненным вздохом она медленно стащила свитер и отложила его в сторону.
— Что толку противиться, — прошептала она прерывающимся от напряжения голосом. — Ничего не поделаешь, если я так хочу тебя.
— Вселенная… — прошептал Брим, ощущая под пальцами ее нежную, горячую кожу. Мгновение спустя он уже ласкал ее сразу набухший сосок, язык ее жадно шарил по его деснам, а рука потянулась вниз, в пах. Повозившись с застежкой, она чуть слышно застонала и прижалась к нему еще крепче Он был уже готов…
* * *
Долгое время после окончания своего первого — и абсолютно безумного — любовного слияния Брим с Клавдией лежали молча, крепко обнявшись, под уютное пощелкивание углей в камине. Наконец он встал и подбросил в огонь полено. В багровых отсветах пламени влажное от пота тело Клавдии то выступало из глубоких теней, то снова почти пропадало.
Брим молча смотрел на лежавшую рядом прекрасную женщину. Если бы он сознательно искал полную противоположность Марго, он не нашел бы никого лучше. Одна была блондинкой с почти прозрачной кожей, вторая — темноволосой смуглянкой. Грудь у Марго была маленькая, с розовыми сосками, у Клавдии — большая, округлая, с сосками в больших темных ореолах. Марго была довольно крупная, но с поистине королевской осанкой. Клавдия была невысока, зато великолепно сложена, и тело ее было тронуто полнотой совсем чуть-чуть и как раз там, где надо. Правда, схожи они были в одном: обе предавались любви истово, без остатка, с великолепным бесстыдством, какое трудно себе даже вообразить.
Брим с Клавдией то задремывали, то занимались любовью, пока рассвет не окрасил грозовой горизонт над морем в серый цвет. Брим лежал на кушетке, любуясь ее красотой в отсвете догорающего камина, когда слух его уловил далекий, но знакомый грохот — «Непокорный». Накинув на плечи плащ, он подошел к залитому дождем окну как раз вовремя, чтобы увидеть знакомый силуэт, вынырнувший из облаков. Сияя посадочными огнями, крейсер описал над гаванью идеальный полукруг. Только Арам может вести корабль с такой точностью, с усмешкой подумал Брим. Когда «Непокорный» заходил на посадочную прямую, он буквально слышал звучащую в голове молодого азурнийца литанию: скорость ровно сто семьдесят, ни больше и ни меньше… три четверти энергии на подъемные… поправка на боковой ветер… всю энергию на подъемные и сразу же крутой поворот на ветер…