Я хотел было усомниться в том, что Эрегихон казнит такое количество людей… А затем припомнил, что некоторые основатели династии и побольше голов рубили. Поэтому просто кивнул и сделал вывод:
— Тебе будет тяжело.
— Будет. Но сложностей я не боюсь.
В поддержании порядка царю помогала тайная стража и бывшие царские стражники. Это были люди попроще. Часть работ они уже взяли на себя, а готовы были и больше взвалить. Недовольства походными условиями они не испытывали, бывшему царю подчинялись беспрекословно. В связи с чем я всё больше убеждался, что бунта среди людей Загаритваниса не предвидится.
Я, правда, совершенно не представлял, кто там будет по приезду заниматься полями и выгоном скота… Однако это были не мои проблемы, а Загаритваниса, и я старался убедить себя, что он сам сумеет их решить.
В остальном поход шёл спокойно, без происшествий. Изредка попадались по пути гухулы, но с ними разбирались знатные люди и аристократы из свиты царя. Для них это было своего рода развлечением — загнать и убить пару-тройку демонов. Вот только сжигать тела, оставшиеся после «охоты», приходилось моим людям. Сами аристократы считали, что уже и без того совершили героическое деяние, а потому больше никому ничего не должны.
Невдомёк им было, что гухулов по пути так мало лишь потому, что я всё заранее вычистил. Иначе бы пришлось разбираться не с одним-двумя бродячими мертвецами, а сотнями и тысячами. Но я знал, что это аристократам ещё предстоит испытать на себе после Пыльного Оврага. А сейчас пускай тренируются на малом числе.
И нет, мне не было жалко этих людей. Они всю жизнь провели в роскоши и достатке. Привыкли развлекаться и отдыхать, а не работать. Именно об этом я говорил царю, когда мы обсуждали, чья вина в произошедшем с Краем Людей. Всё, что предстояло испытать аристократам, было следствием их же праздности в недавнем прошлом.
Каждый раз, когда строилось очередное царство, в него закладывался огромный запас прочности. Труд миллионов людей создавал такой мощный задел, что их потомки могли беспечно жить долгие столетия. Однако всё в этом мире конечно. И наработанное предками начинало иссякать. А привычки аристократов и знатных людей оставались прежними. До тех пор, пока человечество не погружалось в кровавое безумие.
Так бывало раньше, и так случилось вновь. И царю ещё предстоит со всем этим разбираться. Я не строил иллюзий о том, что ожидает его на землях, которые он даже никогда в своей жизни не видел. Как минимум, там будет разруха, запустение и скудные почвы, неспособные взрастить хорошие урожаи.
Люди, ушедшие с Загаритванисом, ещё познают голод, холод и жажду. И, быть может, тогда всё-таки изменятся. Научатся строить, работать руками, взращивать урожай. Сколько их при этом умрёт, сколько выживет, меня не волновало. Приходит срок, и каждый получает по заслугам. Каковых у аристократов и царской свиты почти не имелось.
Путь до Пыльного Оврага занял немало времени. Остатки моих людей на том берегу уже должны были переплыть Озеро Тысячи Ключей. И здесь, присоединившись к основной массе в лагере, выдвигаться за мной на восток. Благо, у Истора имелись подробные распоряжения, что и как делать в пути.
Мы же с царскими людьми ехали и ехали вперёд, устраивая днёвки рядом с крупными поселениями, которые я зачищал с помощью песчаных людей. Чтобы мои переселенцы, добравшись до них, могли безопасно поискать припасы и нужные вещи в брошенных постройках.
Сам я старался во время пути либо общаться только с царём, либо просто держаться от его людей подальше. Чтобы не множить на свою голову лишние проблемы. А они неминуемо возникли бы, как уже бывало в лагере, о чём мне жаловались Истор и Меоли.
Девушку на этот раз я взял с собой. Мы часто ехали рядом, разговаривая или же молча. Иногда присоединялся Ситранис с Фертом и Аланой. По вечерам зачастую общались с царём. Его семью я практически не видел. Жена и сын ехали в большом возке, скрытые от чужих глаз. И шатёр у них был отдельный, куда бывший царь уходил на ночёвку.
День проходил за днём. Мы миновали Новозлатный, Асдаран и Ржавый. Дорога тянулась вдоль гор, мало-помалу приближался Пыльный Овраг. Не доходя до него, мы впервые столкнулись с более-менее серьёзным врагом. Несколько сотен гухулов, подтянувшиеся с востока, встали на пути колонны. Мои разведчики, к счастью, успели доложить о них раньше, чем царские — Загаритванису. И я разобрался с гухулами сам.
Однако царя вечером предупредил: вскоре демоны будут попадаться чаще, потому что я загодя прошёлся только до Пыльного Оврага. А дальше мы уже путь не расчищали. Загаритванис уверил меня, что всё в порядке. И на следующий день перестроил охрану колонны так, чтобы удар, в случае чего, приняли на себя мужчины-аристократы.
До Пыльного Оврага скоплений демонов больше не встречалось. А у города мы устроили днёвку. Пока я зачищал Пыльный Овраг с помощью «нашёптышей», уставшие люди царя отдыхали в лагере. Всё было спокойно, но я чувствовал, что вот-вот начнутся проблемы.
И они начались. В первый же день, когда мы вновь выступили.
Пыльный овраг, в честь которого и назвали город, был высохшим руслом древней реки. Обычно преодолевать его местные торговцы старались за один день. Чтобы вечером оказаться на другой стороне и найти источник воды, кров и пищу. А вот с царской колонной такое провернуть было сложно. Каждый раз, когда мы выступали, она растягивалась на многие сиханы. Это всё-таки не организованное войско, строгим порядком здесь и не пахло.
Более того, и лагерей у этой колонны бывало несколько. Не все из хвоста успевали добраться до первого лагеря, где обычно находился царь. И только во время днёвок отстающие наконец-то подтягивались. В этот раз вышло так же.
Утром, когда первые царёвы люди уже спускались на дно оврага, хвост колоны ещё тянулся к месту, где мы ночью стояли лагерем. И само собой, за день никто не успел преодолеть преграду. Поэтому и лагеря вечером стали разбивать на дне. Вот тут-то и оказалось, что воды в Пыльном овраге нет. А запасы никто из аристократов сделать не додумался. Только люди из первого лагеря, где ночевали мы, царь с семьёй, его охрана и воины, впрок запаслись водой.
Вечером следующего дня, наконец, отстающие добрались до основного лагеря. И сходу кинулись жаловаться своему господину, что целую ночь провели без воды, горячей еды и костров. А царю пришлось в очередной раз объяснять, что ни он, ни воевода Ишер — им не няньки.
Однако вопрос с водой он тихонько меня попросил решить. В итоге, движение ещё больше замедлилось. Приходилось раскапывать старые колодцы вдоль тракта, а также заготавливать побольше топлива для костров.
И теперь аристократы были недовольны задержками в пути. Их недовольство, в форме бурчания и косых взглядов, изливалось на мою спину. А идти решать вопросы к царю было бесполезно. Я ведь старался не только ради царского каравана, но и для своих переселенцев, идущих следом.
В итоге, всё это настолько вымотало, что я готов был бросить царя и его свиту рядом с Пригорным, а дальше съездить туда-сюда сам. Однако тут уже царь меня отговорил.
— Ишер, лучше доведи нас до Парунда, — посоветовал он. — Дальше я сам поведу людей. А ты сможешь вернуться к своим. Ты же понимаешь, что мои будут вечно недовольны. Они просто не могут иначе.
— Не могут потерпеть? — с иронией уточнил я.
— Они уже терпят, — пояснил царь. — Само это путешествие и без того очень отличается от привычной им жизни.
— Если будем идти быстро, в пути на нас могут напасть, — предупредил я.
— Лучше так, чем вечные разбирательства… — обречённо махнул рукой Загаритванис.
Днёвку у Пригорного я всё-таки устроил. А вот потом задал такую скорость, что царским людям стало не до жалоб. Тем более, Загаритванис выделил людей из числа своих стражников, чтобы торопили отстающих. Поэтому теперь выкладываться приходилось всем. В том числе, и тем, кто до сей поры предпочитал плестись в хвосте.
Местность к востоку от города шла пустынная и засушливая. Здесь уже отчётливо ощущалось дыхание Вечных Песков. Воду найти было возможно, но тяжело. Гостевые дома попадались редко, их строили там, где имелся родник или озерцо, ну и какая-то зелень вокруг. Чаще мы натыкались на когда-то облюбованные караванами стоянки.