Некоторые, правда, вскоре попытались вернуться. То ли по инерции, то ли с голодухи, а то ли в надежде, что на второй вопль сил у меня уже не хватит.
Однако я их быстро разочаровал, набрав на этот раз воздуха побольше и наорав на них еще пару разиков. Причем наорал так, что у самого в башке зазвенело. И вот после этого обескураженные, откровенно дезориентированные твари заполошно заметались по субреальности. Уже без явной цели, без какой-либо стратегии, лишь бы куда-нибудь скрыться от порожденной мною звуковой волны.
Часть из них при этом даже умудрилась столкнуться в воздухе и чуть ли не подраться, торопясь свалить куда подальше. Некоторые нырнули под портальные нити и попытались спрятаться там. Часть, обогнув разлом по большой дуге, попыталась укрыться от меня за его лепестками. Кто-то постарался просто отлететь подальше. Однако небольшая часть тварей все же нашла другой выход. И, словно понимая, что в субреальности деться им попросту некуда, что пищи и, соответственно, новых тел они здесь не найдут, несколько самых умных (или догадливых?) направились… увы, не столько прочь от меня, сколько к поврежденной разломом границе. И, нырнув в нее, словно тараканы в слоеное тесто, со всей доступной скоростью помчались вон. Прямо так, внутри границы, между ее слоев. Отыскав единственно возможный, можно сказать, прямой путь в мир живых, пускать в который их было нельзя ни в коем случае.
Я, к сожалению, не сразу понял, что происходит.
Я в это время был больше занят тем, чтобы отогнать тварей как можно дальше и от себя, и от истощенных магов.
Но потом я увидел, как дайны один за другим, словно муравьи по феромоновому следу, начали нырять в поврежденную границу. Увидел, как между прозрачными слоями скользят и стремительно мчатся куда-то наверх их бесформенные, но все еще прекрасно видимые тела. И лишь тогда запоздало сообразил, что, похоже, совершил непоправимую ошибку.
К сожалению, я не учел, что во время открытия разлома граница миров была не просто повреждена, а, по сути, расщеплена на несколько слоев.
А что такое расщепленная граница?
По сути, это проход… потайной путь в наглухо перекрытом тоннеле. Открытая магистраль между двумя точками пространства. В нашем случае — между субреальностью и обычным миром.
Проблема заключалась в том, что, пока граница оставалась целой, попасть в то самое пространство между слоями было нельзя. Разрушить просто так хотя бы один слой — тем более, на то она и граница миров, чтобы просто так не рваться и не поддаваться обычной магии.
Думаю, наш враг знал об этом. Более того, готов поклясться, что повредить ее было не дано даже ему. И это правильно. Граница миров и должна быть такой. Надежной. Цельной. Прочной как скала. Ведь только так можно было полностью исключить прямой контакт между миром живых и миром мертвых и тем самым сохранить их стабильное существование от безумцев, любопытных и сомнительных экспериментаторов вроде Даруса Лимо.
Однако в тот момент, когда разлом наконец открылся, граница все-таки порвалась. Вернее, расщепилась. Сама. Под действием энергии разлома она, как ламинат под действием влаги, начала неумолимо расслаиваться. А в результате между слоями появилось не только пустое пространство, но и сквозной проход, о котором я, к сожалению, сразу не подумал.
У меня даже мелькнула мысль, что дайны всегда попадают в наш мир именно таким образом — сначала открывается разлом. Одновременно с этим повреждается граница между мирами. Дайны, соответственно, первым же делом попадают в этакий предбанник, то есть в субреальность, где вынужденно болтаются в ожидании, когда поврежденная разломом граница начнет расслаиваться. Ну а как только между слоями становится возможно пройти, дайны начинают выбираться в наш мир, попутно отодвигая слои все дальше друг от друга и открывая себе прямой путь к пище.
Вы спросите, почему же мы никогда этого не видели? И почему никто и никогда не замечал, чтобы между открытием разлома и появлением разлома проходит довольно много времени?
Да потому, что в субреальности время нулевое. И сколько бы дайнам его ни понадобилось, чтобы отыскать дорогу наверх, мы его не ощутим. Для нас этого периода времени попросту не существует. Поэтому и кажется, что все случается одномоментно: разлом, граница, дайны… хотя, если мерить нашими мерками, на самом деле между этими событиями могут пройти и дни, и недели, и даже годы.
Но если сами по себе дайны, будучи откровенно безумными, могли бы еще долго тыкаться в границу в поисках выхода, то я им, можно сказать, сам его подсказал. И открыл прямой путь наверх, в мир живых, хотя никогда этого не планировал.
От последней мысли мне стало несколько некомфортно. Но беспокоила она меня совсем недолго.
Ведь, если подумать, а что еще я мог сейчас сделать?
Если бы я не сумел себя защитить, помогло бы это Верхнему городу?
Если бы я опустил руки и позволил себя убить, это хоть как-то повлияло бы на ситуацию? Помогло бы отсрочить неизбежное?
Что-то мне подсказывает, что нет. Будь я живым или же мертвым, дайны так или иначе все равно нашли бы дорогу наверх. Это было неизбежно. Но поскольку, как я уже говорил, время в субреальности нулевое, то на самом деле никто из обычных людей, включая одаренных, никакой разницы не ощутил бы и не понял, пришли они туда раньше или позже положенного срока.
Для жителей столицы это в любом случае был бы всего один миг.
Поэтому нет. На самом деле ничего криминального я не совершил. И ничего не испортил. Напротив. Подарив шанс на выживание себе и другим магам, я тем самым подарил этот шанс и Таэрину. Осталось только правильно его использовать, но, кажется, я уже понял, как это сделать.
* * *
К тому моменту, как стенки моего персонального кокона ослабли в такой степени, чтобы я смог спокойно из него выбраться, большая часть дайнов уже устремилась в границу, поэтому сейчас они тарнами[1] и десятками тарнов покидали субреальность, напрочь забыв обо всем остальном.
Правда, не все.
Поскольку сами по себе дайны были, мягко говоря, не особо сообразительными, то, найдя одно-единственное место в границе, через которое можно было покинуть субреальность, они уже не искали ничего другого. Ну а поскольку пропускная способность границы, как и ширина «тоннеля» между ее слоями, оказалась невелика, то сразу все твари туда не поместились. И пока самые шустрые торопливо мчались вперед, а самые наглые, распихивая соседей, ломились следом, то самые медлительные… ну или же невезучие… вынужденно ждали снаружи, столпившись у проделанной в границе дыры, и откровенно не зная, чем заняться.
Плюс из разлома все еще продолжали прибывать новые твари, и, само собой, неподвижно лежащие маги привлекли их внимание практически сразу. И пусть ауры портальщиков почти погасли, пусть сами они были не в силах пошевелиться, но для дайнов это была легкая добыча. Вернее, единственная доступная в субреальности добыча. Плюс рядом активно барахтался я, и моя аура, в отличие от аур коллег, светилась достаточно ярко, чтобы вновь прибывшие смогли ее заметить и первым же делом ринуться к нам.
Церемониться с ними я, разумеется, не стал.
Вопль йорка действовал на дайнов, как обычный отпугиватель. Тогда как я, отогнав их подальше, наконец-то скинул с себя дурацкий кокон и… совершенно неожиданно оказался перед лицом новой проблемы.
Проблема заключалась в том, что многочисленные «пиявки» так и продолжали цепляться за мои ноги, жадно вытягивая на себя силы. Причем кокон им в этом абсолютно не мешал. Но, пока сидел на мне, дотянуться до них я не мог. Ни найниитом, ни полем, ни так. А вот когда я его все-таки сбросил и, казалось бы, благополучно освободился, меня вдруг как током пронзила одна нехорошая догадка.
Судите сами. Вот открылся у меня, считай, под боком полноценный разлом. Майнов сто с небольшим до него было, не больше. Само собой, управляющее поле я заблаговременно свернул, найниит тоже припрятал, но при всем при том до сих пор не заметил, чтобы магия вдруг начала уходить из меня быстрее, чем раньше.