— Арлиза…
Мы с Арли с удивлением обернулись.
— Я знаю, что ты для него сделала, — едва заметно улыбнулся мой биологический отец, благодарно наклонив голову. — Спасибо тебе за это. Весь род тебе благодарен. Отныне ты для нас своя. Приходи, когда захочешь. Мы всегда тебе рады.
Моя принцесса неожиданно зарделась.
— Спасибо, лэн. Я непременно приду.
— Тебя тоже жду, — спокойно кивнул мне тан. — Думаю, через день-два результаты будут. Возвращайся. Обсудим.
— Два дня по нашему времени или по вашему? — на всякий случай уточнил я.
— По вашему. Маги разума обычно крепкие орешки. Но с душой работать намного проще, чем с телом, поэтому долго не тяни.
— Тут, к сожалению, не все от меня зависит, — развел руками я. — Сами понимаете.
Да уж. Не успею прийти в себя, как окажется, что вокруг уже стоит толпа тээсбэшников и людей из особого отдела, прямо-таки жаждущих со мной пообщаться. А то еще и в управление отвезут. И хорошо, если не в наручниках. Мало ли что советникам его величества в голову придет по моему поводу? Я же не только Расхэ, единственный прямой наследник мертвого рода, но еще и Двойник. Да и про чуть было не случившееся возвращение Лимо наверняка кто-нибудь проболтается. Как минимум лэн Лойен обмолвится, а то, может, и кто-то еще подтвердит, что я был его учеником. Так что, полагаю, вопросов ко мне у первого рода накопилось столько, что двумя днями дело вряд ли обойдется.
— Хатхэ тебя прикроют, — без тени сомнения отозвался на мои последние слова биологический отец. — Да и вряд ли после разлома тебя будут слишком сильно прессовать. Допросят — да. Во дворец выдернут — само собой…
— Дворца-то больше нет, — со смешком напомнил я. — Хотя куда-нибудь точно выдернут, вы правы. Но к разговору я давно готов. Доказательства у меня тоже всегда при себе. Поэтому, если что, имейте в виду. Велика вероятность, что и в следующий раз я приду не один.
Тан Альнбар спокойно кивнул.
— Сроки я тебе уже обозначил. Остальное сам знаешь, не маленький. А теперь ступай. Время для вас и впрямь имеет значение. Когда буду нужен, позови.
Я коротко ему поклонился, и после этого мы с Арли наконец-то ушли, вернувшись в мою гостиную и плотно прикрыв за собой дверь. Но прежде чем мы окончательно расстались, я взял ее за руку и ненадолго привлек к себе.
Когда наши взгляды встретились, она замерла. Но у меня не было намерения делать чего-либо недозволенного. Да и вопросами я не собирался ее засыпать.
Более того, я никогда ее не спрошу, сколько раз за эти годы она заглядывала в грядущее, тем самым нарушая строгие правила и расплачиваясь за это годами беззаботного детства. Сколько раз рисковала, отыскивая для меня и для всех нас наиболее благоприятные линии вероятностей. Как часто до рези в глазах она всматривалась в наше возможное будущее. И до какой степени испугалась, когда поняла, что я не просто узнал о ее прегрешениях, но и увидел ее душу такой, какой увидеть был не должен. По крайней мере, не должен был увидеть именно сейчас.
Странно, что ни Рэдо, ни нависшие над ее головой дайны не смогли напугать ее так, как мысль о том, что я теперь знаю, что она постарела, превратившись из девочки… пусть не в бабушку, конечно, но уже во вполне зрелую личность, существование которой так старательно от меня скрывала.
Но я никогда не стал бы осуждать ее за это.
Напротив, я ею искренне восхищался. Ее мужеством, решимостью, ее самоотверженностью и тем, что она в свои неполные девять лет осмелилась пойти на такую жертву.
Да, ее никто об этом не просил.
Да, это было только ее решение и ее же ответственность.
Но тем-то оно и было важным лично для меня. Арли сделала это не для того, чтобы прославиться или заслужить звание сильнейшей провидицы Норлаэна. Не ради славы или денег. Не ради себя или меня. Нет. Она сделала это для всех нас, в том числе и для тех, кто о ней еще не слышал и, быть может, не услышит никогда.
А еще она отчаянно не хотела, чтобы о ее поступке кто-то узнал. Поэтому я ее и не выдам. Да и о том, какой она стала, не скажу. Вместо этого я во всем ее поддержу. Не оставлю. Не предам. Никогда не сделаю ей больно. И буду хранить, оберегать и ее саму, и ее тайны до тех пор, пока она не решит иначе.
Я хотел, чтобы она знала об этом уже сейчас.
До того, как мы уйдем. И до того, как она вернется в свое детское тело.
Знала, что я ни за что от нее не откажусь. И никогда не забуду о том, что нас связывает.
— Спасибо, — со слезами на глазах прошептала моя принцесса, когда ее коснулись мои мысли. — Я не сомневалась, что ты поймешь. Спасибо, Адрэа!
— Я буду тебя ждать, — только и сказал я, бережно погладив ее щеку.
Моя Арли…
Маленькая принцесса, которая сделала для меня больше всех и которая так неожиданно много стала для меня значить.
Да, я и правда буду ее ждать. Недели, месяцы, годы… сколько понадобится. А в тот день, когда она скажет мне «да» и займет место, которое принадлежит ей по праву, я смогу честно сказать, что наконец-то обрел все, о чем мечтал.
Арли после этого на мгновение прикрыла глаза и так же тихо вздохнула.
А потом чему-то слабо улыбнулась. Слезы на ее глазах тоже высохли. Она как-то посветлела вся, засветилась, словно настоящее солнце. После чего ее фигура начала стремительно бледнеть и почти сразу же моя принцесса беззвучно растаяла в воздухе, до последнего держась за меня взглядом и улыбаясь так, что от этого становилось тепло на душе.
* * *
Когда я пришел в себя, то, как и сказал тану Альнбару, был готов ко всему. К тому, что очнусь в модуле клиники «Изаторо». Или в подвале управления службы магического правопорядка с блокиратором на шее. Или же вообще в лаборатории особого отдела. А то и вовсе в камере для особо опасных преступников, благо поводов усомниться в моей лояльности и у старого, и у нового тэрнэ, в общем-то, хватало.
Однако, к моему удивлению, обстановка в палате оказалась до безобразия знакомой. Просторное светлое помещение. Простая койка, застеленная свежим, вкусно пахнущим бельем, на котором, собственно, я и лежал, укрытый до подбородка теплым одеялом. Белые стены, белый пол, небольшая дверца в углу, ведущая в индивидуальный санузел. Удобное кресло у двери. Легкие шторы на большом окне. Яркое полуденное солнце, бьющее сквозь чисто вымытые стекла. Обычный уличный шум снаружи. Да и вид из окна не позволял ошибиться с выводами: я, как ни странно, находился в семейной клинике рода Хатхэ. В крыле «В». В уже, можно сказать, «своей» палате под номером девятнадцать. Причем поблизости не было ни одного человека в форме. Ни одного военного или тээсбешника. Да и вообще никого, кроме меня, тут не было, что одновременно и радовало, и огорчало.
«Эмма?» — первым же делом позвал я, когда сел, огляделся и, поняв, что угрозы для меня нет, успокоенно выдохнул.
Однако сестренка почему-то не отозвалась.
Я спустил ноги на пол и озадаченно замер.
Что за дела?
«Эмма, ты где?»
Снова не услышав ответа, я поспешил обратиться внутрь себя. А не обнаружив там второй личности, к которой не просто привык, но с которой уже практически сросся, мягко говоря, заволновался.
Более того, затребовав полный отчет о последних событиях у модуля, я с еще большим беспокойством выяснил, что с того момента, как я покинул тело, прошло уже больше трех суток. Целых три, дайн их подери, проклятых дня, когда меня не было в этом мире. Я ничего не контролировал. Выпал, говоря простым языком, из реальности. Упустил из виду последние новости. Понятия не имел, что творилось в Таэрине за время моего отсутствия. И все это время модуль функционировал в автономном режиме, больше не получив ни от кого из нас ни одной команды.
«Эмма!» — окончательно встревожившись, я торопливо обшарил все закутки своего разума и тяжело вздохнул.
Дайн.
Сестренки и впрямь нигде не было. Я даже следов ее не нашел, да и данные с модуля доказывали, что, скорее всего, душа Эммы покинула мое тело вскоре после моей… ее, вероятно, все же притянул к себе разлом… и вот с тех самых пор обратно в наше общее тело она уже не возвращалась.