Собственно, я даже на найниит не мог сейчас стопроцентно положиться, потому что тоже прекрасно видел, что творится внизу. В том числе то, до какой степени слаженно действуют бойцы противника. Насколько велика плотность их огня. Как быстро и четко… подчеркиваю, неестественно быстро и так же неестественно четко, причем даже при отсутствии нормальной связи… они двигаются, ведут огонь, прикрывают друг друга. Причем это касалось и простых бойцов с автоматами, и пилотов «вертушек», и водил, управляющих танками, и магов, и немагов.
А помня о том, что, помимо Нартина Босхо, у его предприимчивого папаши имелись и другие добровольцы со вживленными в мозг модулями нового поколения, я не без основания полагал, что перед нами находится не просто личная армия тана Босхо — нет, это была та самая армия. Найниитовый, чтоб его дайны сгрызли, спецназ. Причем очень многочисленный, заботливо выращенный и хорошо обученный спецназ, которого в свое время всерьез опасался тэрнэ Альбер Ларинэ и в том числе из-за которого был уничтожен мой собственный род.
Его величество Аррос, правда, об этом пока не знал.
Для него все выглядело так, как если бы против нас были использованы обычные кровные узы.
Но я, к сожалению, видел разницу. И в условиях, когда с высокой вероятностью можно было предположить, что против таких врагов вся существующая в мире магия, не говоря уж про магию тэрнэ, может оказаться бесполезной, было ясно, что соваться вперед очертя голову нельзя. По крайней мере, не здесь и не сейчас.
А вот что я вместо этого собирался делать и чем собирался заняться, уже другой вопрос.
В данный момент я был занят конкретно тем, что не просто ждал, а с неимоверной скоростью собирал всю доступную мне информацию по всем имеющимся каналам и тщательнейшим образом ее анализировал. Для этого снова пришлось использовать многопотоковое мышление. Но дело, можно сказать, было уже привычным, рутинным, поэтому спустя всего несколько мэнов я пришел к довольно необычным выводам.
Во-первых, его величество. Скорее всего, он не лукавил, когда утверждал, что не просто не хочет, а не может использовать кровные узы, чтобы объединить первый род вокруг себя так, как это делал я для своих бойцов.
Причина, как я уже сказал, мне была неясна. Являлась ли это проблемой исключительно лэна Арроса или же она касалась всей правящей ветви, я тоже не понял, однако для первого рода это и впрямь был тревожный звоночек. Недаром лэн Альбер Ларинэ не отправился с нами сам и не отправил никого из своих командиров. И недаром его величество Аррос на этом с самого начала не настаивал.
Что-то за этим стояло.
Что-то по-настоящему важное, а не только стремление сберечь высший руководящий состав страны.
Но пока у меня не было времени с этим разбираться, поэтому приходилось работать с тем, что есть.
Во-вторых, моя броня. За все время, что мы с его величеством находились внутри границы, по нам ни разу не прилетело ничего убойного. То есть моя броня вкупе с особенностями расщепленного пространства все же давала неплохую защиту. Причем и от магов, и от простых стрелков, и от техники, и даже от провидцев. И до тех пор, пока она есть, прямого попадания мы, скорее всего, можем не опасаться.
В-третьих, наши враги. Понаблюдав за ними некоторое время, я довольно быстро пришел к заключению, что насчет модулей не ошибся. Конечно, обычным зрением я не мог видеть чужое управляющее поле, магическое тут тоже помогало мало, потому что для полноценной визуализации поля требовался прямой контакт с моими частицами, а выводить их за пределы расщепленной границы я все-таки не рискнул. Ведь если Эмма умеет определять момент контакта с чужими частицами, то какие-то из модулей Босхо (как минимум модули командиров) тоже наверняка на это способны. Плюс расстояние до них было достаточно велико. Плюс драймарант мешал рассмотреть детали, да и огромное количество следовой магии обзора не улучшало.
Однако кое-что я все-таки придумал. Вернее, для начала я предположил, что, имея на руках неполные выкладки по «Гибриду», тан Босхо вряд ли сумел в точности воспроизвести структуру «АЭМ-3». Более вероятно, что проект его маготехники заканчивали самостоятельно и, соответственно, внесли в конструкцию некоторую отсебятину, чтобы модуль вообще заработал и чтобы его можно было использовать без привязки к душе или к слепку личности.
Во второй раз, полагаю, повторить такое чудо даже у лэна Лиена Дэсхэ бы не получилось. Поэтому я исходил из того, что модули Босхо были, с одной стороны, попроще, чем у тана Альнбара. Плюс подешевле. Ну и наверняка имели меньше функций, чем у меня.
Также я предположил, что по внешнему виду эти модули мало чем отличались от стандартных найниитовых чипов и, скорее всего, не имели возможности существовать в виде множества мелких конгломератов частиц, как это было у Расхэ. То есть по структуре они должны быть достаточно крупными. А значит, у них, как у чипов, должно быть и магонорическое поле.
Само собой, все бойцы, как положено, носили многослойный драймарант, а тот, в свою очередь, скрывал такое поле полностью. Однако, поигравшись с доступными мне спектрами зрения, я все же нашел один, который давал пусть слабое, но все же изображение. И фиксировал не собственно управляющее или магонорическое поле, а оставшееся после управляющего поля следовое излучение.
Обычные приборы его, к слову, не улавливали.
Стандартные маготехнические устройства тоже фиксировать его пока не умели. И даже в теории сам факт наличия остаточного излучения никем и ни разу в истории маготехники описан не был.
Однако я, когда в свое время экспериментировал с найниитом, совершенно случайно обнаружил, что во втором режиме некоторое излучение от управляющего поля все-таки остается. Немного. Ненадолго. Буквально на несколько сэнов, после чего и эти остатки рассеивались полностью, так что поводов беспокоиться на этот счет у меня попросту не было.
Так вот в третьем режиме, как оказалось, следовое излучение тоже оставалось, причем заметно более выраженное, чем во втором.
И вот когда я это выяснил (а наши враги, напомню, работали именно в этом режиме), то все остальное стало намного проще.
В частности, я своими глазами смог увидеть, как за бойцами противника тянется едва уловимый, но все же вполне четкий след. От кого-то широкий и четкий, от кого-то, напротив, слабый и очень кратковременный. Причем вот таких коротких следов было на порядок больше, чем четких, из чего я заключил, что модули у Босхо все-таки неодинаковые.
Более того, я решил, что более навороченные устройства, имеющие, скорее всего, размеры покрупнее, должны давать более четкий и яркий отпечаток. То есть по нему можно было без труда отыскать командиров.
«Составляю карту личного состава противника», — тут же шепнула Эмма, тогда как у меня в модуле появилась очередная вкладка с новыми данными. Причем поскольку сестренка умела фиксировать и обрабатывать информацию намного быстрее, то карта почти мгновенно расцвела множеством красных и синих точек, по которым уже можно было сориентироваться.
Я при виде нее мысленно усмехнулся.
Что ж, я был прав. Босхо, походу, просто не успели за эти годы наклепать побольше навороченных модулей, а может, им просто пришлось экономить ресурсы, поскольку найниит и найт под ногами не валяются. Благодаря этому модули у их людей получились неравнозначными. В большинстве своем, я так полагаю, достаточно простыми в плане функционала. То есть с не самой лучшей защитой и со сравнительно небольшим количеством найниитовых частиц под управлением.
Это была хорошая новость.
А вот плохая заключалась в том, что внизу попросту не имелось бойцов без модулей. Даже неодаренные все без исключения имели дополнительные устройства в мозгах, поэтому долбить по ним магией было бесполезно. Плюс, если судить по остаточному излучению, управляющие поля тех бойцов, что находились рядом друг с другом, умели взаимодействовать. Проще говоря, объединяться. Поэтому чем больше народу находилось на единице площади, тем сильнее было остаточное излучение. Тем, соответственно, больше управляющее поле, прочнее найниитовый щит и мощнее их совместный удар.