– Барда‑а‑а‑а‑ак! – выпалил он, скрываясь от преследования.
Тут старик глянул на сарай, в котором сушилось зерно и ринулся туда.
Зайдя внутрь, он обнаружил пяток гоблинов.
Один пытался достать мешок с крюка на стене, двое жрали зерно. запихивая его себе в рот, а еще двое забрались на гору и принялись мочиться сверху прямо на пшеницу.
– Убью, суки! – зарычал Астарх и ринулся на гоблинов.
Однако те тут же принялись метаться по сараю, истошно выкрикивая:
– Бардак‑бардак‑бардак!
В это время, на другом конце села, гоблин, посреди гвалта, звуков бьющейся посуды и криков «Бардак!», стоял и завороженно смотрел на козу. Та с опаской смотрела в ответ, периодически встряхивая головой и уже примеряясь, как бы взять гоблина на рога.
Нет, коза гоблину была безразлична, а вот колокольчик, что при встряхивании головы животного выдавал мелодичный звон, гоблин желал заполучить во что бы то не стало.
– Моя калакольня взять! Моя добрая! – протянул он, постепенно подходя к животному. – Моя не обжать! Моя только калакольня нада!
В это время, на дом, в котором заперлась женщина с двумя детьми, залез гоблин. Он.при помощи жерди, кое‑как перебрался на крышу, добрался до трубы камина, и заглянул внутрь.
– Уку‑у‑у‑усна! – протянул он, уловив своим носом аромат копченой колбасы, что была подвешена в дымоходе.
Естественно, гоблин начал за ней лезть, не особо заботясь о мерах безопасности. Вопроса «как ее туда повесили?» в голове зеленого существа не возникло.
– Мама, в очаге… – пискнул сын, заметив как в камине начала падать зола.
Женщина тут же схватил метлу и заслонила детей.
Естественно поперечины, предназначавшиеся для колбасы, веса гоблина не выдержали и вместе с ним рухнули вниз.
Будух!
Из погасшего очага тут же вырвалось облако черной золы, а спустя секунду в нем показался черный, словно безлунная ночь, гоблин с колбасой в руках.
– Укусна! – выдал он.
Женщина уставилась на черное пятно, в котором выделялись два белых глаза и довольная улыбка, и истошно завопила:
– Демон! Демон!
– Демон? – тут же испуганно шарахнулся гоблин, прижимая к себе колбасу.
– Демон! – повторила крик селянка и с размаху попыталась ударить гоблина.
– Демона! Демона! – начал повторять перепуганный гоблин и метаться по дому, совершенно не понимая, что за демона приняли его.
Гоблин под стол, женщина за ним, он на лавку. С лавки на кровать.с кровати на шкаф. периодически она попадала метлой по гоблину, отчего тот начал метаться еще сильнее, пока с разгону не влетел в окно, выбив ставни мутное стекло.
– Демана! Демана! – заверещал он во все горло.
Гоблин, перемазанный сажей, ломанулся по деревне, но несмотря на настоящий страх и угрозу жизни, ни одну палку колбасы он не бросил. Наоборот, покрепче прижал к себе.
Хозяйка откинула засов и выскочила за ним, но тут же замерла.
Прямо перед ней, сидя на козе, пытался вырвать шнурок с колокольчиком гоблин. Коза брыкалась, пыталась его сбросить, но гоблин крепко вцепился ногами в ее бока и тянул на себя шнурок.
– Моя калакольня! Моя! – верещал он.
Барда‑а‑а‑а‑ак! – раздался вопль от других домов.
Коза, что уже начала пучить глаза и хрипеть от шнурка на шее, тут же ломанулась в калитке. Она выбила ее рогами и понеслась по улице вместе с гоблином на спине.
– Атдай! Моя! – кричал гоблин, продолжая ехать на козе.
Он чуть не протаранил старика с оглоблей, пронесся мимо гоблинов, что тащили мешки, мимо колодца, на краю которого сидел гоблин и, судя по физиономии, тужился и унесся за пределы села.
– Ба‑А‑а‑А‑арда‑А‑а‑А‑ак! – вопил он на ходу.
В это время на другом конце села, пятерка гоблинов сунулась в сарай, но тот был закрыт. Тогда они сунулись в свинарник, но там они обнаружили всего одного поросенка.
– Моя ловить! – завопил один гоблин.
Остальные тут же ринулись вперед, пытаясь поймать визжащего поросенка. Поросенок оказался прытким, поэтому успел выскочить во двор. Троица погналась за визжащим поросенком, а вот пара осталась во дворе.
Обыскав все и не найдя прямого доступа к съестному, они попытались войти в дом, но тот оказался заперт.
– Красивая! – указал один из гоблинов на резные ставни у окна.
– Красивая! – кивнул второй.
Гоблины тут же притащили плетеную корзину, встали на нее и с остервенением принялись отрывать ставни.
В деревне творился хаос.
Крики «Бардак!» разносились то хором, то разнобоем. Однако люди быстро сориентировались и оставшиеся старики и подростки организовались в группы, начав бить гоблинов.
Те получали тумаки, парочка получила глубоки царапины, но сражаться и убивать гоблины никого не стали. Вместо этого они похватали все, что попадет под руку. Горшки, гвозди, чурбаки, дрова, кур. Нашлись умники, что прихватили с собой засохшие коровьи лепешки. И со всем этим они ломанулись обратно в лес.
– Бардак‑бардак‑бардак! – вопили они на ходу, оставив в деревне чистый хаос.
Селяне, тем временем, собрались цепочкой и начали проверять жилища и постройки, чтобы выгнать последних гоблинов.
Они шли ровно, заглядывали везде. Однако, сами не заметили, как за их спинами увязался один гоблин.
– Астах, проверь амбар! – крикнул крепкий бородатый старичок, сжимающий вилы.
Старик направился в сторону амбара. Пройдя внутрь, он обошел постройку, оглядел и вышел.
– Пусто.
Мужики двинулись дальше, а вот гоблин подошел к амбару, заглянул внутрь и, заметив корзину без ручки с яблоками, прихватил ее с собой.
Однако, уходить он не собирался, продолжив идти за людьми.
– Сенька – ты в конюшню, а ты Глеб, в будку загляни, – скомандовал старичок.
– А в будку‑то зачем? – подал голос мальчишка, лет двенадцати на вид.
– А хрен этих гоблинов разберет, – буркнул селянин.
Народ снова начал расходиться. Гоблин же молча подошел к старику и с интересом уставился на мальчишку, что полез в будку.
– Сходи, в баню загляни. Мало ли… – начал было старик и повернулся, уставившись на улыбающегося гоблина.
– Бардак? – наивно спросил он и откусил яблоко.
Секунды две, селянин и гоблин смотрели друг на друга. И тут, только заметив замах старика, гоблин бросил корзину и ломанулся прочь.
– Лови! Лови, гниду! – выкрикнул бородатый старик.
– Бардак‑бардак‑бардак! – заверещал гоблин, перемахнув через ограду и умчавшись прочь.
* * *
Лорд Астер перестал оборачиваться на колонну. Сначала ему нравилось смотреть, как за ним идут люди. Почти две сотни, да ещё и вооруженные. Даже копья у крестьян издали выглядели вполне прилично. Словно настоящий великий поход против зла.
Астеру нравились подобные мысли. Из‑за чего он постоянно пытался сдерживать проступающую улыбку на лице, чтобы не выглядеть странно.
Правда в какой‑то момент колонна достаточно сильно растянулась, так как дорога не позволяла идти нормальным строем. Из‑за чего ему приходилось постоянно останавливаться.
То лошадь где‑нибудь увязнет. То глупый крестьянин не туда ступит. А в одном месте и вовсе пришлось срубить несколько молодых стволов и уложить поперек размытого участка.
За спиной послышалась ругань. Лорд отвлекся от своих мыслей и заговорил, обращаясь к охотнику, знающему дорогу.
– Долго еще? – спросил он.
Ратко оглядел тропу. Поднял голову и ответил.
– Если дальше вода не поднялась…
– Я не спрашиваю, поднялась вода или нет. Долго идти? – Резко прервал его лорд.
Охотник поджал губы. Только вот ответить не успел.
Впереди зашевелились кусты.
Один из наемников поднял руку. Шедшие первыми крестьяне остановились, выставив копья.
Все замерли, а спустя несколько секунд на тропу вывалился гоблин. Вернее, кое‑как выбрался, зацепившись ногой за корень.
Астер нахмурился, а спустя секунду огляделся по сторонам.