Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Антикитайское законодательство легко находило опору в юго-восточных австралийских колониях — Новом Южном Уэльсе, Виктории и Южной Австралии, где китайская иммиграция была проблемой всей колонии. Колонисты особенно стремились преодолеть клеймо своего каторжного происхождения и обычно изображали китайцев как фактических рабов, противопоставляя их эгалитарному товариществу, достигнутому белыми поселенцами[281]. К 1870-м годам местная колониальная политика была пропитана такими настроениями. Лондон был далеко, и его доводы о дипломатической необходимости и равенстве перед законом бледнели перед ощущением непосредственной китайской угрозы. В Квинсленде и Западной Австралии доминировали плантаторы, и они сопротивлялись первым волнам антикитайских ограничений. Но когда золотые прииски Квинсленда стали привлекать большое число свободных китайских иммигрантов и члены законодательного собрания начали читать материалы калифорнийского расследования 1876 года о китайской иммиграции, Квинсленд в 1877 году первым из колоний вновь ввел налог в 10 фунтов и норму «один человек на 10 тонн»[282].

Прибытие китайцев в Австралию участилось в конце 1870-х годов, и чиновники опасались, что Гонконг высылает своих преступников в колонии. В 1880 году премьер Нового Южного Уэльса Генри Паркс разослал колониальным правительствам Австралии циркуляр, предупреждая, что готовящееся в Соединенных Штатах и других странах антикитайское законодательство погонит китайцев в Австралию и что китайцы «по большей части связаны с какой-то неведомой властью и на самом деле не свободны». Он запросил мнения правительств о созыве межколониальной конференции для выработки единообразного законодательства против этой угрозы[283]. Известие о том, что Западная Австралия только что приняла закон, поощрявший иммиграцию китайских законтрактованных рабочих, привело к тому, что в январе 1881 года спешно созвали конференцию и направили министру колоний в Лондоне петицию: его просили не препятствовать единообразному австралийскому законодательству против китайцев и настаивали, что «действия правительства Западной Австралии [еще не самоуправляющейся колонии, находившейся под более непосредственным контролем Лондона] нельзя рассматривать иначе как противоречащие общему интересу социального развития этих колоний»[284]. По итогам конференции Новый Южный Уэльс, Виктория и Новая Зеландия в течение следующего года приняли новые законы, требовавшие от прибывающих китайцев уплаты подушного налога в 10 фунтов и ограничивавшие их численность одним человеком на 100 тонн. Они также пригрозили Западной Австралии полным прекращением сообщения, если она не отменит свои законы о китайском труде. Западная Австралия уступила давлению и ввела собственные ограничения в 1886 году, а за ней в 1887 году последовала Тасмания. Столкнувшись с таким единодушием, Лондон высказал лишь мягкие возражения, тогда как колонии уступили требованию Министерства колоний освободить британских подданных китайского происхождения от этих ограничений.

Британской Колумбии гораздо хуже удавалось воплотить антикитайские настроения в законы. Канадские провинции уже были объединены Законом о Британской Северной Америке 1867 года. Когда Британская Колумбия присоединилась к ним в 1871 году, она была лишь одной из многих провинций, представленных в далекой Оттаве, где сторонники свободной торговли и крупного бизнеса были более склонны прислушиваться к Лондону в вопросе миграции, а генерал-губернатор (назначаемый Лондоном) мог рекомендовать отмену провинциальных законов. Этим правом пользовались редко — главным исключением были законы западных провинций, которые дискриминировали азиатов и мешали межпровинциальному железнодорожному строительству[285]. Законопроекты о специальных налогах на китайцев уже проваливались в легислатуре Британской Колумбии в 1864 и 1872 годах, хотя в 1875 году китайцев удалось лишить избирательных прав. С прибытием новых поселенцев в 1878 году был принят налог на проживание китайцев, но Оттава отклонила его из-за дискриминационных положений, противоречивших договорным обязательствам. Представители Британской Колумбии в Палате общин начали агитировать за то, чтобы Британия вместе с Соединенными Штатами пересмотрела свои договоры с Китаем[286]. Канадское правительство ответило: «Принятие закона, воспрещающего иммиграцию людей из какой-либо части света, было бы беспрецедентным актом со стороны доминиона и противоречило бы политике других государств»[287].

В 1884 году Лю Жуйфэнь, китайский посланник в Лондоне, выразил протест против нового закона Британской Колумбии, который отказывал китайцам во въезде, обязывал их регистрироваться и запрещал им владеть землями Короны. К моменту его протестов Верховный суд Канады уже постановил, что эти законы выходят за пределы полномочий провинций, и генерал-губернатор отменил их. Министр юстиции Дж. А. Кэмпбелл объяснил, что, хотя Закон о Британской Северной Америке гласит, что каждая провинция может принимать собственные законы в отношении сельского хозяйства и иммиграции, это лишь полномочие поощрять, а не ограничивать миграцию. «Закон, который не допускает жителей какой-либо страны в провинцию, нельзя назвать законом местного или частного характера. Напротив, он затрагивает интересы доминиона, а возможно, и империи»[288].

Легислатура Британской Колумбии приняла эти законы, ожидая отмены, но надеясь, что это заставит Оттаву серьезнее отнестись к жалобам провинции[289]. Получив ободряющую ноту из Лондона, в которой генерал-губернатору сообщалось, что Министерство колоний отказалось вмешиваться в австралийские законы 1881 года на том основании, что они относятся к внутреннему законодательству, парламент действительно направил в 1884 году королевскую комиссию для расследования условий в Британской Колумбии и Калифорнии. Надеясь на успех, Британская Колумбия приняла новый закон против китайской иммиграции в феврале 1885 года, но он снова был отменен. Ссылаясь на решения Верховного суда США, министр юстиции настаивал, что провинциальные иммиграционные законы нарушают право парламента доминиона регулировать торговлю[290]. Впрочем, решение это было призвано не заблокировать дело, а проложить путь к закону для всего доминиона. Когда крупное железнодорожное строительство было почти завершено, в апреле парламент принял закон, требовавший уплаты подушного налога в 50 долларов и ограничивавший число китайцев одним человеком на 50 тонн, за исключением туристов, купцов, дипломатов, студентов и канадских резидентов. Выбор подушного налога, а не закона об исключении в американском стиле, отчасти был обусловлен визитом королевской комиссии в Соединенные Штаты, где она обнаружила, что судебные издержки, возникшие из-за многочисленных оспариваний законов об исключении, вероятно, равнялись всем деньгам, собранным австралийским подушным налогом[291].

Даже Королевство Гавайи начало ограничивать китайскую иммиграцию в 1883 году, хотя экономика, в которой доминировали плантаторы, и тесные личные связи монархии как с китайцами, так и с плантаторами сделали историю этого законодательства крайне неровной. Правительство поощряло вербовку китайцев после подписания договора о взаимной торговле с Соединенными Штатами в 1875 году, который обещал бурный рост рынка для гавайского сахара. В то же время растущее число белых поселенцев из Калифорнии привносило с собой антикитайские настроения, убеждая коренных гавайцев, что китайские купцы и ремесленники лишают их средств к существованию. С 1883 по 1887 год была принята серия все более строгих иммиграционных законов, в которых квота в двадцать пять китайцев на судно постепенно сокращалась до полного запрета на въезд китайцев, за исключением тех, кто имел возвратные паспорта, выданные гавайским правительством[292]. Плантаторы восполняли нехватку, вербуя японских (а позднее филиппинских, португальских и пуэрториканских) рабочих.

вернуться

281

17. Cronin, Colonial Casualties, 7–8; John Fitzgerald, Big White Lie: Chinese Australians in White Australia (Sidney: UNSW Press, 2007).

вернуться

282

18. Myra Willard, History of the White Australia Policy to 1920 (Melbourne: Melbourne UP, 1923), 41–50.

вернуться

283

19. Au-NSW 4/829.1, Parkes to Chief Secretaries, 11 June 1880.

вернуться

284

20. Ibid., petition to Earl of Kimberly, 31 January 1881.

вернуться

285

21. Ernest Cashmore, "The Social Organization of Canadian Immigration Law," Canadian Journal of Sociology 3/4 (1978): 409–29.

вернуться

286

22. Stanislaw Andracki, Immigration of Orientals into Canada with Special Reference to Chinese (New York: Arno, 1978), 14–21.

вернуться

287

23. Canada Parliament, Debates of the House of Commons (1879), 1251.

вернуться

288

24. Ca-CRAI, 1:2.

вернуться

289

25. Roy, White Man’s Province, 55.

вернуться

290

26. Ca-CRAI, 1:5–11.

вернуться

291

27. Report of the Royal Commission on Chinese Immigration (Ottawa, 1885), 409.

вернуться

292

28. H-MI Acts to Regulate Chinese Immigration; US-FR 1884, 282; 1888, 1:864–65; Clarence Glick, Sojourners and Settlers: Chinese Migrants in Hawaii (Honolulu: Hawaii Chinese History Center and University Press of Hawaii, 1980), 10–20, 209–23; Ralph Kuykendall, The Hawaiian Kingdom, vol. 3, 1874–1893: The Kalakaua Dynasty (Honolulu: University of Hawaii Press, 1967), 117–22, 147–52, 176–78.

41
{"b":"982699","o":1}