- Родион, твоя жена глупая женщина, - она уверенно взяла его крупную ладонь и стала потирать выступающие венки. – И она сыграла ключевую роль в твоей проблеме.

- Веста…, - угрожающе произнес Родион, - только не говори мне о жалости, хорошо?

- Нет, не буду. Я не испытываю её к тебе, - её губы дрогнули в улыбке при виде напускной суровости на лице. – Я просто хочу помочь. Спасибо что доверился мне.

От её ласкающих движений, тихого голоса, взгляда, проникающего в самую душу, у Родиона застучало в висках и затяжелело в паху. Не сдержавшись, он подхватил её под коленями и усадил себе на бёдра. Веста не сопротивлялась, когда он обнял её и прижал к груди.

- Ты - ангел…которому я нечаянно обломал крылья, - прошептал Родион, зарываясь лицом в её волосы.

После очередного признания Родиона, Веста окончательно погрузилась в проблему мужчины. Их встречи повторились еще несколько раз и каждый приход Родион баловал ее вкусными гостинцами: ни к чему не обязывающими сладостями, фруктами и кофе. Он старался коснуться девушки при случае, но излишне не навязывая свою персону, боясь спугнуть то хрупкое доверие, что возникло между ним - пациентом и психологом. Он делился не только болезненными воспоминаниями, но и забавными курьезными случаями, пока находился в зоне военных действий и порою веселил Весту, смеясь сам. Веста уже не опасалась находится с ним наедине, а Родиону достаточно было и этих мгновений, чтобы потом еще сутки вспоминать, прокручивать их по кругу.

Иногда он ходил по кабинету, будто маршировал в строю, активно жестикулируя и Веста не сводила с него глаз, откровенно любуясь. Несмотря на то, что Родион не намекал на интимные отношения и даже наоборот, едва ли проявлял свое влечение, пряча за бравадой, Веста порою ловила себя на мысли что не прочь повторить ту ночь. При мысли об удовольствии что ей доставил Родион, пусть и нетрадиционным образом щеки ее вспыхивали, а низ живота тяжелел и обдавало жаром, он боялась что Родион заметит ее состояние и как то среагирует. Как? Она даже боялась представить, от того желание охватывало с каждой встречей сильнее. А когда он уходил, оставляя ее в одиночестве наступало что-то подобие разочарованию. На подсознательном уровне ей хотелось, чтобы он сделал с ней что-то развратное, непотребное.

Родион же испытывал смешанные чувства. Ему доставляло наслаждение находиться с ней рядом, но чем дольше пребывал с Вестой наедине, тем больше желал. Он не мог рискнуть тем хрупким миром, что наладился между ними, не мог предать ее доверие, но бороться с желанием обладать ею, обнимать, трогать, быть внутри и стать единым целым становилось невыносимо. И, те кратковременные прикосновения и невинные поцелуи в щеку лишь распаляли страсть.

Однажды он все же не выдержал и переступил границу ее доверия.

В тот день, Веста сидела на сеансе в одном хлопковом халате и кружевное белье отчетливо проступало наружу. Мурзаев сразу выхватил образ соблазнительной фигуры и вполголоса простонал. Но отряхнув эротические видения, старался не смотреть при разговоре, хотя фантазия работала за него.

Веста сидела на своем рабочем месте, а он, привычно прохаживаясь по помещению, зашел за ее спину и опираясь о подоконник, начал вещать.

- Знаешь какие мне нравятся женщины, Веста? – спросил хриплым голосом.

Веста вздрогнула, но головы не повернула, лишь выпрямила спину, продолжая слушать Родиона.

- Нет. Скажи…

- Скромные блудницы.

- М-м-м…это как? – нервно выдохнула.

- Это когда девушка краснеет, при виде мужика, которого хочет, - он оттолкнулся от подоконника и приблизившись к стулу, наклонился. – Когда фантазии о нем ей не дают трезво мыслить, - прошептал на ухо. – И когда, оставаясь наедине она ласкает себя сама. Скажи, Веста, ты трогаешь себя перед сном?

Родион, опираясь ладонями о край стола, запер Весту с обоих сторон и прижавшись к виску губами, горячо дыхнул. Девушка поежилась от прикосновения, невинной ласки и зажмурила глаза, стыдясь той правды, что вывалил на нее Родион.

- Так ласкаешь себя?

Веста лишь отрицательно покачала головой, боясь выдать обман, саму себя.

- Обманщица, - тихо засмеялся Родион и провел кончиком языка по ушной раковине. – Но я сделаю вид что поверил.

- Перестань, Родион, - отстранилась и прикрыла ухо ладонью. – Это нечестно и неправильно.

- Что неправильно? Скажи! Хотеть заняться сексом с мужиком? Или ласкать себя в одиночестве?

Он по-прежнему нависал над ней, давя своим терпким ароматом, мужской мощью, желанием…и Веста не могла бороться с этим мужчиной. С самого начала признав его доминатом, лидером, властелином тела и души. Вся ее выдержка, воспитание, профессионализм меркли перед Родионом.

Родион чуть отстранился и положил руки на девичьи плечи и медленно, ласкающим движением провел ими вниз. Дойдя до кистей, накрыл крупными сильными ладонями и легонько сдавил, указывая кто хозяин положения. Веста вздрогнула и открыла глаза, застыв в ожидании его дальнейших действий. Ей вдруг стало безразлично что он с ней сделает, лишь бы не останавливался.

Родион на миг прервал ласку и незаметно для нее стянул с себя галстук. Завладев руками, завел их за спинку стула и обмотал им.

- Что ты делаешь? – затрепыхалась Веста, пытаясь освободится от пут. Повернула голову, шокировано уставившись в победное лицо мужчины.

- Тише, - глядя в глаза, закрепил потуже узел. – Вот так. Не кричи громко, иначе тебя услышат коллеги, - усмехнулся. – А я бы не хотел чтобы нам мешали.

- Родион, - произнесла угрожающе, - немедленно развяжи меня! Ты со всем с ума сошел!

- Не совсем, но пять минут хочу побыть безумцем.

И игнорируя слова её протеста и попытки развязать запястье, обхватил одной рукой за плечи Весту, а второй пробрался под халат. Веста пискнула и замерла. Резко свела бедра, понимая куда пробирается рука Родиона.

- Позволь мне сделать тебе приятное, Веста…

- Нет Родион! Так нельзя! Здесь нельзя! – елозила на стуле и в его руках.

- А ты забудь где ты, просто закрой глаза и доверься мне. Расслабься и мы оба получим удовольствие. Ну же!

Веста, понимая что с этим мужчиной проще согласится чем бороться, закрыла глаза и откинулась на плечо, моля об одном чтобы никто не начал долбиться в дверь. От его прикосновений пальцами к складкам между ног стало влажно и горячо. Как и всякий раз, стоило применить эту смелую ласку. Губы Родиона нашли ее и впились жестким и властным поцелуем, сокрушая все спорные мысли. Тогда как пальцы вовсю забавлялись с нижними губами: терли набухший клитор, проникали в дырочку и кружили там. Дыхание обоих шумное, рваное смешивалось, разум туманился и Веста отпустив себя, разведя шире ноги стала ответно двигаться навстречу его дерзким и умелым пальцам. Стыдно было признаться, но она соскучилась по мужской ласке, в частности по ласкам Родиона, каким бы горьким не было их расставание.

Она кончила быстро, бурно, почти молча, крепко сжимая мужскую ладонь между ног, выгибаясь в его объятиях, жадно целуя в ответ. Родион ликовал своей маленькой победе над девичьей скромностью и желанием.

- О ангел мой, я сам чуть не кончил, - произнес, разлепив уста и заглянул в затуманенные голубые глаза. – Ты божественная, знаешь это? - потирался носом о шею Весты, пока она, откинувшись на его плечо, шумно дышала, приходя себя от бурного оргазма.

Оставив короткий, смачный поцелуй на губах, Родион наклонился и развязал узел галстука. - Ты главное не стыдись того, что было, хорошо?

Веста выпрямилась и потерла покрасневшую кожу рук, приходя в себя от произошедшего. Стыд сжирал изнутри, но пережитое удовольствие в руках спецназовца перекрывало все правила и если это была своего рода терапия, то пусть пойдет пациенту на пользу.

- Опять сделал тебе больно, - он отошел от стола и наблюдал за суетой Весты.

Она не могла смотреть Родиону в глаза, суетилась с одеждой, поправляла прическу – как можно дольше отсрочивая разговор.